Счастье рыжего цвета - Елена Архипова

Впрочем, была у Ульяны попытка подружиться с мамой одной девочки из их группы. Женщину звали Нина, она была общительна, на вкус самой Ульяны одевалась очень экстравагантно – вызывающе ярко и на грани безвкусия. Впрочем, представить эту Нину в таких же скучных офисных костюмах и платьях, которые носила сама Ульяна, не получалось. И, может быть, женщины бы и подружились, но тут выяснилось, что дочь этой Нины и есть та самая девочка, которая постоянно задирает и обижает Дашульку, говоря очень обидные слова, называя Дашульку безотцовщиной и нищебродкой. Такие слова девочка могла услышать только от своей матери. А потому о какой дружбе или даже совместном походе на чашку кофе в соседнее с детским садом кафе может идти речь?

Вот с Ириной, мамой Никиты, да, теперь Ульяна знает, что на самом деле она мальчику тетка, но это сути не меняет, Ульяна была бы рада подружиться. Но у Ирины скоро родятся близнецы – это Ульяне воспитатель рассказала, когда Ульяна поинтересовалась о том, что женщину не видно уже больше 2-х месяцев. Ульяна видела, что Ирина беременна, животик был большим, и Ульяна уже тогда думала, что ей рожать со дня на день. Оказалось, нет. Просто будут двойняшки.

И вот, последние два месяца Никиту забирает из садика отец. Как оказалось, приемный. А ведь она еще удивлялась, почему Никита называл своего отца "папа Саша". Не каждый родной уделяет своему чаду столько внимания и любви, как Александр. Повезет ли Ульяне встретить такого же умного и чуткого мужчину? Мужчину, которого не испугает женщина с ребенком? Мужчину, который примет Дашульку вот так же, как Александр принял Никиту?

Мужчина, как сейчас принято говорить, "для здоровья", которому будет интересна только она сама и совсем не интересна ее дочь, Ульяне был не нужен. Она, конечно, мечтает о мужских ласках, в конце концов, она же молодая женщина, и ей тоже хочется любви и надежное плечо, на которое можно опереться. Не просто мужа, чтобы был, потому, что все подруги уже побывали замужем и даже уже развелись, в отличии от Ульяны. Нет, такого мужа Ульяне не надо. Она не как ее подруги Ева и Лариса, выскочившие замуж за первого, кто позвал. О том, что это "неприлично" – это были слова подруг. Подруги, кстати, до сих пор не понимают, почему Ульяна не захотела выходить замуж за Костика, отца своей дочери.

– Да какой из Костика отец! – возражала Ульяна. – Вы ж его знаете! Да и потом, жить с его мамашей? Нет уж!

– Ты носишь ее внука или внучку! Ничего, смирится! – настаивала Лариса.

– Ну, хоть дурой не будь, на алименты подай! – поддакивала Ева.

– Да какие алименты со студента?

– Не важно! Мамаша его пусть платит! Не обеднеет! У нее вон свой салон, в который, кстати, на стрижку целый месяц очередь! – не унималась Лариса.

– Да и на маникюр тоже! – поддакивала Ева. – Найдет денежки для своего сыночка, поверь!

– Нет! – Ульяна стояла на своем.

К матери Костика, Нине Владимировне, Ульяна не ходила, как и не сообщала самому Костику о своей беременности. Так получилось.

– Дети сами выбирают себе родителей, – так сказала бабушка, – вот и Дашулька выбрала тебя, а значит, так тому и быть. Тебя я подняла одна, и Дашульку поднимем.

Ульяна с Костиком и не строили планов на совместное будущее. Им обоим надо было пройти через первый опыт, вот они и прошли через него. А уж то, что из этого опыта получилась Дашулька, так, видно, тому и суждено было случиться.

Впрочем, Галина Владимировна сама к ним приезжала. Приехала, зашла, как к себе домой, без стука и с порога заявила:

– Пока не увижу тест на отцовство, внука не признаю, так и знай! Ни копейки от меня не получишь, пока не подтвердится, что ты от Костика понесла!

– Это ты, Галка, двадцать лет назад "понесла", а моя внучка забеременела. То, что твой сЫночка, – бабушка намеренно назвала Костика так, уничижительно ласкательно, как маленького мальчика, – не умеет пользоваться презервативом, так это уж не к нам претензии. И денег нам твоих не надо! Сами вырастим, без вас. А ты готовься получить в невестки такую, как сама! Откат он всех касается, сама знаешь!

Галина Владимировна, услышав эти слова бабушки, побледнела, выдохнула:

– Ведьма! – и выскочила за дверь.

– Ба, а ты это о чем? – удивилась Ульяна.

– Так эта уважаемая бизнесменша сама в свое время окрутила сына директора местного рыбозавода, понесла, как она говорит, от него. Дождалась, когда пузо на нос вылезло, и пришла к ним. То, что Галка гуляла, как мартовская кошка, все знали, а тут вдруг как она роман то с этим, как же его, звали то? А, Аркашкой, закрутила, так ее и не видно, и не слышно вдруг стало. Зима, все в куртках ходят, фигуры скрывают. А потом, когда уж не скрыть стало, она и заявилась к ним в дом. Объявила, что это их внук. И ведь действительно от Аркашки родила!

– Тест на отцовство делали? – догадалась Ульяна.

– Да куда там! Какой тест в те года? Точно не у нас, – махнула рукой бабушка, – у Костика твоего глаза же разного цвета, верно?

– Да. Гетерохромия, – кивнула Ульяна, – один серый, один карий.

– Вот, вот! У Аркашки также было. Пришлось его родителям признать внука и даже свадьбу им потом играть. Прожили, правда, молодые, не долго. Аркашка пить начал, вот Галка и развелась с ним. Денежек-то она, правда, хорошо с его родителей поимела. Да и алименты на своего Костика приличные получала. Ты в голову-то ее слова не бери! Галка просто судит обо всех по себе, вот и тявкает.

Ульяна с Костиком учились в одном классе. Парень оказывал Ульяне знаки внимания весь выпускной класс. А потом, в день выпускного, когда они уже всем классом гуляли по набережной, прощаясь со школой и с родным городом, они первый раз поцеловались. Через месяц он должен был уехать поступать в институт, так что сейчас можно было целоваться, зная, что все это не всерьез. Именно так они оба и воспринимали свои отношения. В конце концов, это был необходимый опыт для них обоих.

Вот и получали они свой опыт на полную катушку.

Костик уехал через месяц, а еще через месяц после его отъезда Ульяна поняла, что беременна. И она пришла к бабушке. А к кому еще пойдешь с таким?

– Будешь рожать! Ничего, вырастим! – последовало категоричное. – А счастливый отец знает?

– Нет, – Ульяна покачала головой, – ба, да и какой из Костика отец?

– Это да. Действительно, никакой! Ничего. Сами воспитаем. В нашу породу пойдет, в Крыловскую.

О том, что он стал отцом, Костик, конечно, узнал. Только вот сообщила ему об этом не Ульяна.

Костик приехал летом на каникулы. В маленьком городишке, пусть даже и курортном, такие новости быстро разносятся. Они встретились с ним все на той же набережной. Ульяна возвращалась из магазина, а он просто прогуливался. Он, гордый студент – отличник, возмужавший и раздавшийся в плечах, и она, мать – одиночка. Дашульке тогда шел 4-й месяц, ночь накануне была бессонной. Девочка часто просыпалась и засыпала, только взяв в рот грудь. Большая грудь Ульяны от молока раздулась еще больше. Она сама себе напоминала цех по производству молока.