Вспомнить любовь - Элизабет Кейли

Бетси тяжело вздохнула. Ну что за пациент! Конечно, она сразу же поняла, о чем спросил ее Фрэнк, и просто попыталась уйти от ответа. Почему бы ему не довольствоваться тем, что она ответила?

– Я понимаю, что вы имели в виду, Фрэнк. Дело в том, что до сих пор, несмотря на активные действия полиции, найти ваших родственников не удалось. В любом случае до Рождества нам придется выписать вас. Доктор Хэттвей и так получит весьма неприятный разговор с департаментом здравоохранения. Мы делаем все, чтобы задержать вас в больнице как можно дольше. Видели бы вы свою карту! – Бетси покачала головой. – Мы просто не хотим выставлять вас на улицу, Фрэнк.

Он отвернулся к окну. Крупные хлопья снега налипли на стекла.

– У вас нет ни одежды, ни денег, ни жилья, ни друзей, ни родных. Как мы можем выбросить вас в мир, который вы едва помните? – Бетси знала, ее слова больно ранят Фрэнка, но он сам хотел услышать правду.

В тишине палаты запищал термометр.

– Давайте его сюда, – со вздохом сказала Бетси.

Температура была нормальной. Фрэнк действительно восстанавливался удивительными темпами.

– Со мной говорили представители отдела социальной защиты. Мне предоставят место в ночлежке, одежду и немного денег на мелкие расходы. Также у меня будут талоны на обед. Обещали помочь с работой. Но честно сказали, что только после Рождества, сейчас мертвый сезон. Да и кому я нужен, пока рука в гипсе?

Бетси почувствовала, как на глаза набегают слезы. Фрэнк был сильным человеком, очень сильным, но сейчас он боялся, как ребенок, потерявшийся в универмаге. Да и знал он о себе столько же, сколько трехлетний малыш: его зовут Фрэнк. Нет, даже меньше – малыш знает, как зовут маму и папу, а Фрэнк лишен и этого.

Она осторожно присела на край кровати и накрыла тонкой ладошкой крупную, сильную ладонь Фрэнка.

– Все будет хорошо, – уверенно сказала Бетси. – Конечно, вам будет нелегко, но со временем все наладится. Вы найдете работу, дом, и когда-нибудь к вам вернется память.

– Спасибо, ваша поддержка очень много значит для меня. – Фрэнк вымученно улыбнулся. Наверное, он завел этот разговор просто для того, чтобы услышать из уст Бетси, что все будет хорошо. Он сразу же поверил этой хрупкой женщине с добрыми красивыми глазами.

Бетси пожала его руку и удивленно поняла, что уже когда-то ощущала подобные прикосновения, но вот где?

– Мне нужно идти, – тихо сказала она.

– Да, вас ждут пациенты.

Фрэнк кивнул, но не отпускал ее руку. Ему казалось, стоит только Бетси выйти из его палаты, и солнышко вновь спрячется за тучи. Останется лишь бесконечный снег, холод и страх неизвестности.

Бетси встала и вытащила свою ладонь из его руки.

– Я к вам зайду в конце смены, – пообещала она. – А сейчас постарайтесь отдохнуть. Сон – лучшее лекарство.

Она улыбнулась на прощание и вышла из палаты, искренне надеясь, что Фрэнк не увидит предательских слез. Медсестра не имеет права плакать при пациенте. Да и вряд ли Фрэнку понравится жалость. Он не из тех, кто позволяет себя жалеть.

Дома Бетси была тихой и задумчивой. Домашние, словно почувствовав ее настроение, говорили приглушенно и старались как можно реже появляться в гостиной. Даже Джейсон сделал музыку в комнате тише. Бетси было о чем подумать. Вечером Дэн уговорил ее поужинать с ним. Дэн выглядел то ли расстроенным, то ли встревоженным, Бетси так и не смогла определить, как не смогла и отказать ему, хотя ужасно устала и мечтала только об одном: добраться до кровати.

Но после ужина с Дэном ее мечтам о спокойном сне не суждено было сбыться. Все было как обычно. Они сидели в любимом кафе, заказали лазанью и красное вино, болтали о знакомых, обсуждали больничные дела, и Бетси уже казалось, что Дэн просто начал бояться одиноких вечеров, как вдруг во время десерта он, запинаясь и краснея, словно школьник, сказал:

– Бетси, а ты выйдешь за меня замуж?

Она удивленно посмотрела на приятеля.

– Тебе пора в отпуск, – наконец смогла выговорить Бетси. – Что-то у тебя с чувством юмора не в порядке.

Но Дэн и не думал шутить. Он вытащил из кармана бархатную коробочку. Бетси замерла, понимая, что сейчас будет. Она все еще надеялась, что это глупая шутка. Но Дэн открыл коробочку, и Бетси подмигнул крупный бриллиант. Во всяком случае, достаточно крупный для сироты и медицинской сестры городской больницы.

– Элизабет Боунс, ты выйдешь за меня замуж? – повторил свой вопрос Дэн.

– О господи, что же ты делаешь? – Бетси покачала головой.

– Это значит «нет»? – Голос Дэна дрожал.

– Это ничего не значит. Ну что ты такое придумал? – упрекнула его Бетси. – Мы ведь дружим, мы просто друзья! Мы даже не целовались.

– Ни с кем и никогда мне не было так хорошо, как с тобой. – Тон Дэна была таким искренним, что Бетси чуть не расплакалась. – Я уверен, что мы сможем прожить всю жизнь рядом, быть вместе в горе и в радости, делить эту жизнь пополам и радоваться ей. Бетси, мы ведь подходим друг другу. Мы совершенно одинаковы, вот только я мужчина, а ты женщина. И вместе мы станем единым целым. Наверное, мне нужно было раньше сказать это, но я люблю тебя, Бетси. Уже давно люблю.

Она бросила быстрый взгляд на кольцо. Как все просто. Сказать сейчас «да», остаться на ночь у Дэна и больше никогда не видеть сны о мужчине своей мечты. Или видеть и тихо плакать в подушку? Но если мечта так мечтой и останется? Дэн прав, они подходят друг другу. Им будет очень хорошо вместе. Нет, им будет комфортно. Никаких сюрпризов, никаких ссор и размолвок. Они ведь понимают друг друга без слов. Чего еще желать?

Дэн вдруг закрыл коробочку. Губы его чуть подрагивали.

– Тебе нужно подумать, – уверенно сказал он.

Бетси кивнула.

– Я отвезу тебя домой.

Она вновь кивнула. И уже в машине сказала:

– Никто не понимает меня так, как ты.

Дэн вдруг повернулся к ней и поцеловал. Этот поцелуй пах медом и вересковыми полями под жарким солнцем, в нем была сладость и нега, но не было и капли морской соли. Терпкого, яростного натиска страсти. Это был нежный и трепетный поцелуй, и все же Бетси чувствовала разочарование. Она только надеялась, что уж этого Дэн не поймет.

– Мне нужно подумать, – тихо сказала она, едва их губы расстались.

Дэн ничего не ответил и только с тоской и болью смотрел, как по заснеженной дорожке идет женщина, которую он любит больше жизни и которая не любит его. Он слишком хорошо понимал Бетси, чтобы тешить себя иллюзиями. И все же любовь в его сердце не давала умереть надежде. На самом деле они ведь так похожи, разве они не смогут быть счастливы? Он сделает все, чтобы Бетси было хорошо рядом с ним, он окружит ее теплом и обожанием, будет поклоняться ей, словно богине, и со временем он сумеет пробудить в ее сердце ответное чувство.