Стильная жизнь - Анна Берсенева

«В самом деле – кайф!» – подумала она, падая в объятия какого-то парня, оказавшегося в этот момент как раз напротив нее на танцевальной площадке.

Парень не растерялся от того, что на него так неожиданно свалилась девица, а тут же подхватил Алю и, когда танцевальное па было закончено, отпустил, надо сказать, с неохотой. Аля засмеялась, подмигнула своему минутному кавалеру – и, продолжая танцевать, тут же забыла, как он выглядит. И это было прекрасно!

Она ненадолго присела за столик, чтобы отдышаться.

– Пенная парти – это улет, – рассказывала Нелькина гостья. – Поставили прямо у входа такие штуки, вроде водометов, и они, прикиньте, плевались настоящей пеной! И ни пятен от нее, ничего!

Аля не привыкла к спиртному, бокал коктейля, выпитый в самом начале вечера, до сих пор не выветрился у нее из головы, хотя потом она пила только колу. Что-то сдвинулось у нее в сознании, веселье нарастало, ей уже казалось, что пенные водометы – это действительно улет, и как хорошо каждый вечер проводить именно так, в таком вот сияющем, мигающем и гремящем музыкой местечке, чувствовать себя туго скрученной пружиной, чувствовать упругость каждого своего движения…

Она уже не различала, кто же был приглашен на день рождения, а кто подошел просто так. Публика за столиком менялась, поздравляла Нельку, потом перемещалась то к стойке бара, то на танцплощадку.

Истории из клубной жизни тоже сменяли друг друга под грохот музыки.

– А я тут однажды у бара пятьдесят баксов нашла, представляете? – Это рассказывала уже Нелька. – В «Пилоте» каком-нибудь больше десятки в жизни не найдешь, хоть весь вечер на карачках ползай!

– И что ты с ними сделала? – поинтересовался парень в таких же, как у Али, только светло-голубых, джинсах «Наф-Наф».

– Да ничего! В казино тут же проиграла, – рассмеялась Нелька. – Думаешь, акции побежала покупать?

Вечер удался, это было ясно. Возле Али завертелся какой-то парень – кажется, тот самый, которому она упала на руки в танце. Во время следующего танца они успели поцеловаться, но знакомиться все-таки не стали, а, приветливо помахав друг другу, разбежались по разным углам этого чудесного безумного корабля.

И это было так же хорошо, как будоражащий гул пестрой, веселой толпы, блеск какой-то разноцветной пыли на Нелькиных волосах и сумасшедшие выходки фриков, чуть не на ушах ходивших по танцполу!

Домой ехали на частнике, пойманном на Ленинградском проспекте: Нелька специально заначила для этого деньги.

– Устала? – спросила она у Али, падая на заднее сиденье «Жигулей». – У-уй, просто ног не чую! Хорошо, что на завтра во вторую смену заменилась.

– А я совсем не устала! – Алины глаза таинственно и радостно сияли в полумраке салона. – Мне так хорошо было… Я прямо не ожидала от себя!

– Почему же? – улыбнулась Неля. – Чего это ты, интересно, от себя не ожидала?

– Не знаю, как объяснить… – Аля помедлила, глядя, как мелькает справа от дороги темный и причудливый Петровский замок. – Я, знаешь, не представляла, что смогу так раскрепоститься, настолько ни о чем не думать. Ни сомнений, ничего! Просто танцевала, веселилась…

– Да ты вообще-то ведь нормальная девка, Аль, – сказала Неля. – Ты не знала, что ли? Конечно, почему ж в «Титанике» не отвязаться – он же для того и предназначен! Ходить надо почаще…

– А платить кто будет? – усмехнулась Аля. – Ты, или Пушкин?

– Да, это проблема, – согласилась Нелька. – Ну, ничего! Вот станешь знаменитой артисткой, заведешь себе шикарного спонсора и будешь сколько хочешь где хочешь танцевать!

Аля улыбнулась Нелькиным словам. Конечно, именно так и представляет себе жизнь актрисы ее верная подружка… Да разве только она!

«А я? – вдруг мелькнуло в голове. – А я-то вообще ничего себе не представляю…»

Но ей было так хорошо, так легко танцевать этой ночью, а теперь в машине было тепло от печки, и огни вдоль Ленинградского проспекта так таинственно мерцали по дороге к дому.

«Декабрь, январь, февраль… Целых полгода еще! – подумала Аля. – До экзаменов полгода, зачем же заранее думать о той жизни, которая, может быть, еще только будет потом?»