Семейные Ценности - Зозо Кат

От такого ответа мама сделала ещё несколько шагов назад, задрожав и рухнув в кресло, что оказалось как раз за спиной. Но Мукуро проигнорировал женщину и спокойной, деловой походкой направился ко мне, протягивая документы, которые ещё недавно сжимала в своих руках мама.

— За тот браслетик, извини, но так было необходимо, пирожочек, — мягко улыбнулся иллюзионист. — Зато теперь, ты получила то, что всегда хотела, — вложил документы мне в руки, после чего провёл ладонью по волосам. — Ты свободна, ку-фу-фу.

— С… свободна? — неожиданно спросил Хаято. — Что ты мелешь?

— Что? — Мукуро словно только сейчас заметил, что в зале кроме нас двоих есть ещё кто-то. — Хм… — протянул он, задумчиво поднося указательный палец к нижней губе. — Думаю, игра окончена. Я получил то, что хотел и теперь пора оставить игрушки в покое.

— А? — встревожилась я, сама не знаю, почему шагнула к Мукуро и взяла его за рукав. — Семпай… Ты… Мы больше не будем общаться?

— Оя-оя, — вздохнул Мукуро, вновь улыбнувшись. — Но разве я могу устоять в общении, с таким милым пирожочком? Однако вам всем пора возвращаться. И да, — выражение лица парня стало серьёзнее. — Я не шутил. Игра действительно окончена, а ты, пирожочек, свободна. Распорядись этой свободой так, как хотела.

— Это что ещё за фокусы? — раздражённо произнёс Хибари, стряхивая остатки крови с тонф. — Ты тут решил задержаться? С чего бы?

— Кто знает… — ответил иллюзионист, после чего исчез в облаке тумана, который возник из ниоткуда.

— Пф! — фыркнул Кёя, выражая своё недовольство. Огляделся. — Что за слабаки? От этого сборища травоядных я только сильнее хочу забить их всех до смерти…

— Ну-ну, Кёя, раз ты в Италии, то почему бы не посмотреть мой дом? Ты же там ни разу не был, а я, как твой учитель, был бы рад показать то, чего добилась моя семья…

— Ещё раз назовёшь себя моим учителем, и я забью до смерти именно тебя, тупой конь, — сказав это, Кёя взмахнул тонфой, чтобы нанести удар по Дино, но тот ловко блокировал удар кнутом.

— Боже, ну что за трудный ребёнок? А я же хотел, как лучше… эх…

— Пошли отсюда, — шепнул мне на ухо Хаято. — Пусть бесятся, а мне до них дела нет.

— Но… — начала я, но услышала со стороны.

— Идите, — это была Бьянки. Девушка улыбалась. — А маму оставьте мне. Я… о ней позабочусь.

Этого было вполне достаточно, поэтому мы с Хаято не стали больше кого-либо ждать. Прижав к груди документы, которые гарантировали мою свободу, мы вышли из полуразрушенной церкви, наконец-то радуясь, что хотя бы один кошмар закончился.

Намимори.

Дом Савады.

— Значит, именно это искал Мукуро? — спросил Тсуна, вглядываясь в надписи на бумаге. — Ничего не понимаю, тут всё на итальянском.

— Если не вдаваться в подробности, — начал Реборн. — То тут говорится о переводе Риччи Велии из приюта в… семью, которая их подпишет. Подписи пока никакой нет, значит, по этим документам Вел сейчас находится в приюте. Если она не найдёт в ближайшее время опекуна, то и в самом деле может вернуться в приют до своего совершеннолетия.

— А-а-а⁈ — протянул Савада, округлив глаза. — Опекун? Но… кто?

— Я хочу попросить Шамала, — оповестила я. — В своё время они с отцом неплохо ладили.

— А вот я против! — тут же подал голос Хаято. — Этот старый извращенец… Да мало ли чему он тебя научит, как опекун⁈ Нет! Против!

— Он не так уж и плох, — вздохнула я, понимая, что мы начинаем один и тот же разговор уже в пятый раз. — Да, со странностями, но… Он добрый и умный человек.

— А ещё липнет к каждой юбке! — зарычал парень. — И пьёт, словно верблюд в сезон засухи! Нет! Точно не он!

— Эх…

— Ха-ха-ха! — засмеялся Ямамото, который всё это время молча наблюдал за нами. — Может тогда, моего старика попросить? Думаю, он не будет против. Да и в нашем кафе не помешает помощница.

— Ты вообще наглость потерял, бейсбольный идиот⁈ — вновь зарычал Хаято, готовясь сорваться с места и накинуться на парня. Такеши вовремя схватил подушку с кровати Тсуны и прикрылся ей, чтобы избежать последствий. — Решил себе домработницу завести⁈

— Ну-ну, я же не об этом… — успокаивал Ямамото, но Гокудера был неумолим.

— Катись к чёрту!

— Хаято… — вздохнула я, в очередной раз. На что тот немного притих, но продолжал бубнить себе под нос, что он против.

— Но… — начал Тсуна, всё так же продолжая крутить документы в руках и рассматривать их со всех сторон. — Если не они, то… кто? Доктор Шамал и правда… странная кандидатура, но отец Ямамото… Вполне хороший человек.

— Сейчас мне пятнадцать, — пояснила я. — По сути, необходимо подождать всего три года и наступит совершеннолетие по итальянским меркам. Тогда уже и приют ничего не сможет сделать…

— Угу… — задумчиво кивнул Тсуна, не отрывая взгляда от бумаг. — Ой, что это? Какая-то грязь прилипла? Ну-ка… — Парень принялся тереть то место, которое он считал грязным, пальцами, но вместо того, чтобы избавиться от грязи, всё окончательно вышло из-под контроля. Его указательный палец почему-то загорелся пламенем Посмертной Воли, после чего это пламя запечатлелось на документах. — А-а-а!!! Я не хотел! Извини, Вел! Что же?.. Как же это?.. Ох! Оно не гаснет!

— Дай сюда, никчёмный ученик! — бросил Реборн, перехватывая бумаги. Пересмотрел каждый лист и спустя несколько минут усмехнулся. — Хех, кажется вопрос с опекунством для Вел уже решён.

— Что⁈ — воскликнули все присутствующие.

— А ты чему удивляешься? — обратился малыш к Саваде. — Сам же подпись свою поставил. И более того, не в пункт временного опекуна, а в пункт родителя.

— ЧЕГО⁈

— И главное расписался пламенем Посмертной Воли, как это делали все Боссы в семье Вонголы. Иными словами, ты, как Десятый Босс Вонголы, только что