Порочные Фейри - Каролайн Пекхам

— Постарайтесь протрезветь и выспаться перед завтрашним матчем, — раздраженно сказал Марс, повернулся и пошел прочь от нас.

Мы все молча наблюдали, пока он уходил, а я отступала к своей двери.

Габриэль все еще выглядел достаточно злым, чтобы отшлепать меня, и у меня возникло искушение попросить его об этом, но я решила, что толкать разъяренного медведя, вероятно, не лучшая идея, и вместо этого открыла дверь.

Четверо Королей смотрели на меня так, словно не были уверены, приглашу я их войти или нет, и я жеманно улыбнулась, прежде чем отступила в комнату, оставив дверь открытой для них.

После минутного колебания все четверо последовали за мной, и я улыбнулась про себя, гадая, как долго они будут терпеть общество друг друга, чтобы остаться в моем.

— Это было чертовски забавно, — сказал Леон, разрывая напряжение, когда он закрывал за собой дверь, и я рассмеялась, когда он взял мою руку и прижался губами к тыльной стороне.

— Было, — согласилась я. — Мы никогда не забудем, как я спрыгнула с крыши поместья Акрукса и чуть не убила себя на глазах у будущих правителей нашего королевства.

Райдер фыркнул от смеха вместе с Леоном, и Данте тоже улыбнулся, хотя я могла сказать, что он все еще чувствовал себя немного виноватым за то, что не поймал меня.

Я протянула руку, чтобы коснуться его щеки, тепло улыбаясь, и он ответил мне тем же через мгновение. — Ты не можешь винить себя за то, что не поймал меня, когда я прыгнула, не предупредив тебя, — поддразнила я. — Кроме того, теперь я в порядке.

— Можете вы трое просто убраться от нее подальше? — огрызнулся Габриэль, и я, оглянувшись, обнаружила, что он вышагивает взад-вперед у окна.

— Она тебе не принадлежит, stronzo, так что прекрати пытаться ее контролировать, — прорычал Данте, повернувшись к Габриэлю и встав между нами.

— И ты думаешь, что она принадлежит тебе? — Габриэль насмехался. — Ты даже не знаешь ее. Девушка, в которую, как ты думаешь, ты влюбился, даже не настоящая Элис.

Леон ослабил хватку на моей руке и повернулся, чтобы предупреждающе рыкнуть на Габриэля рядом с Данте.

— Ты должен прекратить нести эту чушь про Зрение, Большая Птица, — огрызнулся Райдер. — У девушки, которую я знаю, нет серебряных колец в глазах. Она не связана с тобой. Она не твоя долбаная Элизианская Пара, и пока этого не случится, я никуда не уйду.

— Но ты уйдешь, когда это случится? — потребовал Габриэль. — Когда у тебя, наконец, будут необходимые доказательства того, что я видел, ты оставишь ее, чтобы она была моей?

В комнате повисла тишина, пока Леон не нарушил ее, проигнорировав этот вопрос и задав свой собственный. — Что значит, мы даже не знаем ее? Я провожу с ней больше времени, чем любой из вас, мудаков, и думаю, что знаю ее чертовски хорошо.

Мое нутро неприятно сжалось от его слов, а ложь, которая висела между нами, толкалась у основания моего языка, требуя освобождения. Я собрала достаточно доказательств, чтобы чувствовать уверенность в том, что никто из мужчин в этой комнате не несет прямой ответственности за смерть Гарета, поэтому у меня не было никаких веских причин держаться за свою ложь. Особенно учитывая то, что я явно начинала чувствовать по отношению к ним всем…

— Он прав, — сказала я тихим голосом, прежде чем они смогли продолжить спор. — Я не была до конца честна со всеми вами.

Внезапно все взгляды в комнате обратились на меня, и я нервно пожевала нижнюю губу, гадая, как отреагируют Данте и Леон, когда узнают, кто я на самом деле.

— О чем ты говоришь, маленький монстр? — спросил Леон в замешательстве.

Я медленно вздохнула и заставила себя опустить барьеры. Они заслуживали правды. Всю правду. Неважно, насколько уродливой она была.

— Перед тем, как я перевелась в Академию Авроры, моего брата убили, — сказала я ровным голосом, не позволяя горю окрасить мои слова.

— Твоего брата? — нахмурившись, спросил Леон, и Райдер грубо подтолкнул его, чтобы он замолчал.

— Да… Кто-то убил его, дав ему дозу Киллблейза, и ФБР не хочет верить, что это было убийством. Но я знаю, что так и было. Поэтому я решила найти этот кусок дерьма, который украл его у меня, и свершить над ним свое собственное правосудие.

— Но почему ты… — на этот раз Данте заставил Леона замолчать, и я быстро продолжила, нуждаясь в том, чтобы выложить все это.

— Поэтому я выследила человека, который, как я думала, знает, где мне следует начать поиски. И когда я заставила его говорить, он сказал мне, что один из Королей Академии Авроры ответственен за смерть моего брата…

— Ты думаешь, что кто-то из нас убил твоего брата? — спросил Леон в замешательстве. — Но я даже никогда не встречал твоего брата! И я также никогда никого не убивал, не то чтобы ты спрашивала, но если бы ты спросила, я бы просто сказал тебе, что…

— Моим братом был Гарет Темпа.

Наступила тишина, и я ожидала, пока они что-нибудь скажут. Что угодно.

— Гарет? — Леон поперхнулся. — Но… как… почему… — он покачал головой, как будто не правильно меня расслышал, и я пожевала нижнюю губу, наблюдая, как в его взгляде расцветает боль. — Значит, ты просто смотрела мне в глаза и лгала мне все это время? Гарет был моим другом! А ты… ты… — он снова покачал головой в знак отрицания, и я попыталась дотянуться до него, но слезы навернулись мне на глаза.

— Мне жаль, — вздохнула я. — Я должна была сказать тебе раньше, мне просто нужно было держать свою личность в секрете. Если кто-нибудь узнает, кто я, то сможет понять, что я ищу.

Темный рык вырвался из горла Леона. — Было ли что-нибудь из этого реальным? — потребовал он. — Или все это было