Снова ты: Уйти, чтобы вернуться - Кароль Канн

Он засмеялся.

— Кейти, за тобой мне в любом случае не угнаться. Искусством надуваться ты владеешь в совершенстве, с тех пор как тебе исполнилось пятнадцать. Если у тебя не получалось настоять на своем, ты всегда использовала этот метод.

— А я думала, мы оставим прошлое в покое.

— Что-то неважно у нас с тобой это получается, — констатировал Бред.

Такси остановилось в конце улицы. Они зашли в магазин, и Кейт прямым ходом отправилась в отдел обуви. Бред покорно последовал за ней.

Он знал, что ему предстояло, поэтому уселся в удобное кресло и просто стал ждать.

Удивительно, но не прошло и пяти минут, как Кейт уже стояла рядом, держа в руках толстые носки и белые кроссовки.

— Подойдет? — спросила она.

Эта женщина сводила его с ума.

— Ну и темпы, — удивился Бред. — И сколько пар, кроме этих, ты берешь?

— Ни одной.

— Когда же ты научилась справляться с покупками менее чем за пять минут?

— Вероятно, в то время, когда ты учился запугивать своих близких. Если бы у тебя не было сотрудников, ты бы распугал всех клиентов. — И она быстрым шагом вышла из магазина.

Он догнал ее уже на улице.

— Как называется следующая галерея в списке? — спросила Кейт, не удостоив его и взглядом.

«Работа, — внушал он себе. — Концентрируйся на работе».

— На этом этапе мы прошли все.

— Ты уверен? Разве больше не было? У тебя же список с собой?

— Нет.

— Как ты тогда можешь быть уверен?

— Ты собираешься мне выговаривать за то, что я не взял с собой список?

— Нет, но…

— Следующие галереи — это галереи Блэндинга, Толлмэна, «Соблески-арт» и «Пэннингтон-дизайн». Блэндинг отсюда где-то в пятнадцати минутах ходьбы, но до закрытия мы уже не успеем. Претензии сняты?

— Ты посещал курсы по тренировке памяти?

Ее улыбка была провоцирующей.

— Ну-ну, Кейт, — пробормотал он. Она не могла его провести. Он точно знал, о чем она думала. — То, что я когда-то из-за неотложного дела пропустил встречу с тобой, еще не значит, что у меня плохая память.

Она отступила в сторону, чтобы пропустить женщину с тележкой, заполненной свежими цветами.

— Это лишь означает, что твоя работа тебе была важнее, чем я.

— Мне извиниться?

Она покачала головой и молча двинулась дальше. Через несколько шагов он настиг ее в толпе и крепко взял за руку.

— Ты ожидаешь, что я спущу все твои колкости, Кейти?

— Перестань меня так называть, — ответила она холодно. — Меня зовут Кейт. Смешно было бы по прошествии восьми лет оплакивать наши отношения. Ты не очень огорчался восемь лет назад, думаю, не станешь и сейчас!

— Оплакивать? Конечно, нет, дорогая. Ты ведь так славно утешилась с моим другом Гамильтоном.

— А ты? Ты был хоть капельку расстроен?

Господи, опять они выясняют отношения! В Бостоне, среди людского водоворота. Стоят посреди тротуара, привлекая любопытные взгляды прохожих. Она двинулась вперед, и Бред последовал за ней.

— Как странно, — пролепетала она. — Похоже, это дается мне тяжелее, чем я ожидала.

Он крепко держал ее, когда они переходили улицу.

— Об этом следовало подумать, прежде чем увязаться за мной.

— Я хочу найти Мэделин. Это желание перевешивает…

— …ненависть ко мне, — закончил Бред.

Кейт колебалась.

— Хотелось бы, чтобы это была ненависть, — ответила она голосом, полным боли. — Тогда бы все было не так тяжело.

— Что все?

Она сделала рукой объединяющий жест:

— Нашу вынужденную близость нужно как-то перетерпеть, хотя понимаю, что ты уже на пределе.

Я для тебя балласт, не нужно делать из этого тайну. Но не волнуйся, нам станет легче.

— Каким образом?

— Я возьму отдельный номер.

— Кейт, ты иногда напоминаешь заевшую пластинку. Город переполнен. Даже твоя золотая кредитная карточка здесь не поможет. Да и отдельные комнаты ничего не изменят. Мы не справляемся с ситуацией.

Она растерянно уставилась на Бреда:

— То есть?

— Мы не справились даже тогда, когда ты пошла с Гамильтоном к алтарю. — Он понизил голос. — Скажи мне, Кейт. С ним было хорошо? Так же, как нам с тобой? Ты когда-нибудь испытывала с ним такое же?

Кейт знала, как важно, наконец, сказать правду. Наверное, это было бы подобно очищению. Вот только тротуар в центре Бостона для этого не очень подходил.

— Ты действительно хочешь знать? Или это просто наказание за то, что я хотела за тебя замуж? Тебе следовало с самого начала сказать, что свадьба исключена. А ты заставил меня два долгих года надеяться. Сколько я еще должна была ждать, пока ты соблаговолишь на мне жениться? Шесть месяцев? Шесть лет?

Она не стала ждать ответа и пошла дальше. Он не остановил ее, и она почувствовала облегчение и отчаяние одновременно.

Бред никогда ее не останавливал. И тогда, двенадцать лет назад, после школьного бала и идиотского спора в номере отеля. Первая ночь, которую они хотели провести вместе… И она шла одна в темноте домой на высоченных подламывающихся каблуках. И восемь лет назад, когда она на свадьбе у одной из подруг пригласила на танец Гамильтона Орвелла, чтобы заставить ревновать Бреда. А он не ревновал, он был холоден как лед. И так же холодно объяснил ей, что, если она непременно хочет выйти замуж, ей следует подыскать себе кого-нибудь другого. Именно это она и сделала. И слава Богу, что она не стала его ждать. Бред Ларсон был вычеркнут из длинного списка ее несбыточных мечтаний.

Но отчего ж так хочется плакать в пустом лифте отеля? И почему ей так одиноко?