Музыка ночи - Рут Уинд

Сегодня Роузмэри более чем обычно не терпелось приступить к традиционному обмену сплетнями.

— Как здесь тихо, — сказала она, плотно притворяя за собой стеклянную дверь, чтобы сохранить прохладу, которую создавал кондиционер.

Конни делала "химию" миссис Джонкинс, главе школьного совета, и кислый запах состава смешивался с запахом лака для ногтей, который маникюрша аккуратно наносила на очень длинные ногти Алиши.

— Не знаю, как ты делаешь прически с такими ногтями, — качая головой, произнесла Роузмэри, — или что-то сажаешь у себя в саду.

Алиша улыбнулась своей раздражающей кошачьей улыбкой и посмотрела на накрашенную левую руку — ту, на которой красовалось широкое золотое кольцо, когда-то надетое на ее палец Маркусом.

— Такие ногти у меня всю жизнь. Они словно каменные. Говоря по правде, не знаю, как бы я обходилась без них.

— Ну, — через весь зал спросила Конни, — что вы думаете об этой писательнице, что привел Блю?

— Кажется, она приятная.

Обычно кто-нибудь помоложе собирал деньги и бежал за сандвичами или другой едой к лотку у дороги, и сегодня это задание выпало на долю Шоны, дочери Конни. Роузмэри открыла кошелек и отсчитала девушке четыре доллара, пока та записывала заказы на старом конверте.

— Купи мне сегодня буррито. И если увидишь моего сына, передай, что я опоздаю к ужину.

— Хорошо, — ответила Шона, продолжая записывать. Она спрятала деньги Роузмэри и пошла к дверям. — Он говорил мне, что работает до семи. Мы сегодня должны заниматься математикой. — Она помахала. — Я быстро.

Думая об Элли, Роузмэри сказала:

— Ужасно видеть, как такая славная девушка поддается чарам Блю. Это уже заметно по ее глазам. — Она покачала головой. — И она совсем не в его вкусе, верно?

— Совсем не в его, — согласилась Конни, — но я готова поспорить, что он все равно затащит ее в постель уже на этой неделе.

— Надеюсь, что нет, — проговорила Алиша. — Он такой кобель.

Конни надела на голову клиентки пластиковую шапочку.

— Ты несправедлива, Алиша. У него просто были удары в жизни. И жена у него умерла не так давно. Мужчина после такого горя вынужден немного развеяться.

— Прошло не меньше пяти лет. — Алиша вытянула перед собой руки и разглядывала ногти, прищурившись. — Потому что я здесь уже столько времени. Пять лет — это слишком много, чтобы попрежнему сходить с ума от горя.

— Ты знаешь, я к нему очень хорошо отношусь, — вступила в разговор Роузмэри, стараясь высказаться так, чтобы не пришлось соглашаться с Алишей. — И все же… Иногда надо продолжать жить по привычке.

Алиша фыркнула.

— Не хочу видеть, как он разобьет сердце этой славной малышке. — Роузмэри помолчала. — Она совсем не хорошенькая, правда?

— И тощенькая, — добавила Конни. Она поджала губы.

— А я считаю, что она привлекательная, — сказала Алиша. — И смуглая. Никогда не понимала, что мужчины находят в этих бледных, как поганки, девицах.

Роузмэри рассмеялась:

— Не все находят, лапочка. — Алиша тряхнула косами.

— Во всяком случае, мой не находит. — Она улыбнулась. — Ой, давайте оставим бедняжку в покое. Она никак не показалась мне глупенькой, а мы все видим, что Блю заходит издалека. Такой мужчина… — она пожала плечами, — он просто родился, чтобы стать кобелем.

— Кобель — неподходящее слово, — заметила Конни. Она похлопала миссис Дженкинс по плечу, чтобы та пересела в другое кресло.

— Тогда кто? Как по-другому можно назвать мужчину, который перебирает женщин, словно сорта пива?

Конни улыбнулась:

— Он просто дамский угодник, вот и все. Ему нравятся женщины. В этом нет ничего плохого.

Роузмэри откинулась в кресле, скрестив руки. Она вспомнила момент, когда в книжном магазине Блю стоял, опустив руки, и смотрел на Элли с потерянным выражением лица. Так же вел себя Маркус, когда вернулся с войны, и был таким потрясенным, что несколько месяцев не мог спать.

— Может, она просто будет ему хорошим другом, — сказала она. — Человеку нужен друг.

Все замолчали, задумавшись над этим.

— Да, — согласилась Конни. — Нужен.

Элли еще раз сверилась с картой и подъехала к библиотеке округа Стоунволл, которая располагалась в старом кирпичном здании посередине маленького парка. Высокие окна выходили на густую зеленую лужайку с высокими деревьями, создающими приятную тень. "Именно так и должна выглядеть библиотека", — решила Элли, разглядывая каменных львов, охраняющих вход. С одной стороны от него журчал фонтанчик, и она заметила блестящую золотую рыбку в пруду.

Элли открыла высокие, тяжелые двери и с удовольствием обнаружила, что внутри библиотеки сохранился старый дух. И в воздухе, пахнущем старым клеем, пылью и книжными переплетами, и в запахе натертого черно-белого пола, и в солидных дубовых столах и стульях, занимающих центр зала и окруженных полками. Здесь даже имелся балкон с резными перилами, к которому вели железные ступеньки. Надпись над ступенями гласила: "Справки".

В этот весенний день здесь было мало посетителей — молодая мамаша с малышом, старик, дремлющий над газетой, и худой, изможденный мужчина, согнувшийся над журналом. Элли обогнула круглые ступеньки и подошла к подтянутой женщине за столом. Ее очки висели на шее на ядовито-зеленом шнурке, и этот цвет абсолютно не сочетался ни с ее строгим платьем рубашечного покроя, ни с мягкими завитыми светлыми волосами.

— Могу я вам чем-нибудь помочь? — дружелюбно осведомилась она.

— Надеюсь, что да. — Элли достала из сумочки список. — Меня зовут Элли Коннор. Я писала вам о том, что собираюсь здесь проводить исследования о жизни Мейбл Бове.

— О, конечно! — Женщина встала и протянула руку. — Я миссис Нэнс, главный библиотекарь. — Она энергично отодвинула свой стул и жестом пригласила Элли следовать за ней. — Я взяла на себя смелость приготовить для вас кое-какой материал — мы еще не компьютезированы, поэтому найти некоторые сведения было бы очень долгой работой, и я решила, что вы предпочтете читать, а не рыться на пыльных полках.

Миссис Нэнс остановилась напротив длинного стола, где книги стояли в стопках соответственно размеру. Она положила руку на пачку огромных книг в темных переплетах.

— Это газетные подшивки. Я достала их за несколько лет, и они должны вам пригодиться. Вот это, — она указала на стопку материалов в мягких обложках, и Элли узнала диссертации, — несколько докторских, вам они могут показаться интересными. Одну из них я получила по межбиблиотечному абонементу, но ее несколько недель не надо возвращать, так что если она окажется вам полезной, мы можем подержать ее подольше.

Элли была очень тронута.

— Похоже, у вас есть вторая профессия — учительница. — Женщина хихикнула.