Семейный бизнес - Кристина Джонс

— Я как раз собиралась уходить. — Эхом прокатился по дому голос Сесилии. — У нас сегодня заседание театрального оргкомитета, а потом мы займемся перераспределением ролей и прочим. Ты приедешь в девять, да?

— Уфф, — пробормотала Джорджия, с усилием натягивая через голову цветастый джемпер. — Да, мы договорились встретиться с Аланом в восемь.

— Я одного не понимаю: почему ты не затащишь этого великолепного мужчину на прослушивание?

— Какого еще мужчину? — Джорджия поправила волосы и воротник джемпера. — Я хоть его знаю? Ты уже предложила ему руку и сердце своей внучки?

Накануне Сесилия успела краем глаза рассмотреть Рори, когда тот эффектно выпрыгнул из кабины «магнума», и с тех пор находилась в лирическом настроении. Он стал главной темой всех ее разговоров, упреки по адресу мягкотелого Клода Фоскетта, который так бесславно уступил свою компанию врагу, отошли на второй план.

— Не увиливай, Джорджия. Ты прекрасно знаешь, о ком я. Если бы Рори Фолкнер, — Сесилия словно пропела это имя, — исполнил главную роль, он бы затмил нашу Мари, особенно в той эротической сцене в третьем акте.

— Я уверена, что любительский театр вряд ли заинтересует мистера Фолкнера, бабуля. — Джорджия протиснулась в свои самые узкие джинсы. — Конечно, ты всегда можешь предложить ему главную роль, если так хочешь разбить сердце Алану Вудбери раз и навсегда. К тому же Алан уже выучил роль наизусть.

— Бог мой, наизусть? Вот ведь зануда. Впрочем, божественный Рори впустую потратил бы время на Мари. Она уже привыкла подчиняться во всем Барни. Ладно, я должна бежать. Так ты придешь, дорогая?

— Вместе с восходящей звездой сцены.

Джорджия услышала тяжелый вздох Сесилии и стук ее удаляющихся каблучков. Похоже, сегодня в «Поуджез Плэйэрз» выйдет на сцену самый неподходящий романтический герой за всю историю существования их театра.

Поспешно наложив макияж («чтобы прилично выглядеть, а не затем, чтобы соблазнять мужчин») — один слой туши для ресниц, коричневые тени и чуть-чуть бронзовой помады, — Джорджия закрыла дверь в спальню и заторопилась вниз. Она хотела быть готовой к приезду Алана. Приглашать его в дом, даже для того чтобы он просто подождал ее, — это уже слишком похоже на свидание. Раздался звонок в дверь.

— Черт, — пробормотала Джорджия, ковыляя по коридору в одной туфле. — А, привет, Алан! Ты что-то рановато, но я уже почти готова.

Алан, одетый в рыжие брюки из рубчатого вельвета и в пиджак с едва видимым галстуком, кивнул, переступая порог.

— Нервы не выдерживают. Я даже не смог поесть перед выходом. Может быть, это самый важный вечер в моей жизни. — Он нагнулся, чтобы погладить любопытных кошек, которые терлись об его ноги. — Сесилия поедет с нами?

Джорджия повязала широкий клетчатый шарф.

— Нет. Снегопад не начался?

— Пока нет. — Все еще сидя на корточках, Алан начал осматривать интерьер. — У вас очень уютно, а какой необычный цвет для прихожей. Я и не знал, что вы живете раздельно. Думал, вы с Сесилией живете вместе.

«Вот еще не хватало!»

— У каждой из нас две спальни, ванная и кухня. У меня есть гостиная, а у бабушки еще также три комнаты и погреб. Вон та дверь разделяет дом на две части. — Джорджия надела вторую туфлю, моля Бога, чтобы Алан не напросился на экскурсию по дому. — Я все здесь делала сама, бабушкина половина оформлена в более традиционном стиле. Все. Я готова. Пошли.

На улице стояла ослепительно яркая ночь. Воздух был ледяным. Джорджия быстро окинула взглядом двор: от грузовиков падали огромные тени, офис тонул во мраке.

— Похоже на маленький городок. — Алан открыл машину. — Дом, двор, офис и коттеджи сотрудников «Диадемы». Неплохо вы тут устроились.

Джорджия улыбнулась.

— Бабушка с дедушкой хотели, чтобы все было именно так. Поэтому они и купили ферму. Они всегда мечтали о том, чтобы у их сотрудников была не только работа, но и домашний очаг. Им самим многое пришлось пережить в молодости, и они знали, насколько важно иметь свой уголок в этом мире.

— Самая настоящая маленькая семья, — сказал Алан со вздохом, выезжая на дорогу. — Неудивительно, что вы не хотите попасть в число новых приобретений «Вивиенды».

Он повернулся к ней в темноте.

— Джорджия, я хочу тебя кое о чем попросить!

Джорджия затаила дыхание.

— Послушай, как я читаю реплики, пока мы едем.

* * *

В «Семи звездах» было тихо. Лишь несколько засидевшихся работяг, смаковавших свое «восстанавливающее силы» пиво у стойки бара из красного дерева, да горстка пожилых мужчин, игравших в углу в криббидж. В камине, похожем на пещеру, радостно потрескивали поленья, и полыхал огонь.