Согрешить с негодяем - Кара Эллиот

Отказ. Отказ и поклон на прощание. Это не то чтобы огорчило его, это уязвило его гордость. И пока он пешком добирался до клуба «Уайтс», разозлился еще больше. Скинув плащ на руки клубному швейцару, Лукас прошагал в читальный зал и жестом показал, чтобы ему принесли бутылку бренди.

Леди Шеффилд была права. Он не привык получать отказ, в особенности от женщин. Для него было более привычным, когда представительницы прекрасного пола просили его о чем-нибудь.

К дьяволу!

Выругавшись, Лукас устроился в одном из кресел возле камина и уставился в огонь. Тонкие танцующие язычки пламени были жалким подобием того, что жгло его изнутри. Там все шипело, трещало и рвалось. Может, у него и дым из ушей валит?

Два быстро опрокинутых стакана наконец остудили его злость. С третьим настроение стало более или менее созерцательным. Сила внутреннего огня теперь сравнялась с тем, что он видел в камине: вялые, неяркие сполохи, прямо как угрызения совести. Неужели он неправильно повел себя с леди Шеффилд? Желание поцеловать ее было нестерпимым, а он не мог отказать себе в том, чего ему хотелось.

Но самое интригующее: несмотря на протесты, она не осталась равнодушной к оказанному ей вниманию. Ведь на самом деле слова говорили одно, а тело — совсем другое.

Лукас вытер губы и опустил стакан. У опытного соблазнителя не должно быть проблем с неопытной вдовой, чтобы уговорить проявить к нему благосклонность. В любом случае ему потребуется еще одна встреча. Правда, к тому времени леди Шеффилд, наверное, наглухо забьет и двери, и окна.

Она, конечно, умна. Значит, ему нужно быть еще умнее.

Он непременно что-нибудь придумает.

Лукас оглянулся по сторонам, чтобы найти хоть кого-нибудь из знакомых, с кем можно было бы отвлечься от мрачных мыслей. И не обнаружил никого из своих друзей-приятелей. Почти все они сейчас находились на природе. Единственным, кто еще, кроме него, сидел в комнате, оказался трезвый, серьезный на вид джентльмен, который, потягивая сигару, читал газету.

Лукас прочистил горло. Пусть лорд Брустер — зануда, но с ним все равно веселее, чем наедине с самим собой.

— Есть какие-нибудь новости из России? — поинтересовался он.

— Маршал Кутузов может быть старым, толстым и слепым на один глаз, но, судя по всему, он даст Бони прикурить. — Фыркнув, Брустер перевернул газетный лист. — И теперь, если наши моряки смогут взять в осаду французский флот, у нас появится шанс покончить с этой бесконечной войной.

— Наверняка, — пробормотал Лукас.

— Кстати, о флоте. — Виконт приподнял кустистую бровь. — Мне-то казалось, что вы отчалили из Лондона, чтобы улеглось общее негодование по поводу вашей последней проказы.

— Неотложные семейные дела потребовали моего возвращения, — не стал вдаваться в подробности Лукас.

— Хм. — Брустер поморщился. — Хорошо, что вы не собираетесь на суаре леди Бектон этим вечером. Не знаю почему, но моя жена настаивает, чтобы я там был. В тамошний список гостей всегда включают стаю эксцентричных старушек, которые вместе со вдовами любят поболтать об искусстве и науках. — Он зашуршал газетой. — Возможно, если бы про меня написали, что я резвился с голой проституткой, я закрылся бы в деревне до конца сезона. Только вообразите: собаки, лошади, охота. — Виконт тяжело вздохнул и выпустил колечко дыма. — Рай!

По какой-то причине его последняя проказа не вызвала всеобщего веселья. Лукас слегка ссутулился в своем кресле.

— Нет, не собираюсь. Может получиться так, что там хлопот не оберешься. Мне сказали, что дамы не в восторге от моего поведения. Потому-то я и не пойду туда.