Вспышка молнии - Рексанна Бекнел

Отец и дочь долго смотрели друг другу в глаза. Боясь, что отец взорвется яростью, да так, что весь лагерь станет свидетелем их ссоры, Эбби произнесла:

— Я не ищу себе мужа, папа. Я хочу быть учительницей. И писательницей, — добавила она, решив на сей раз полностью облегчить душу. — Ты оторвал меня от дома и заставил пуститься в это путешествие. И вот я здесь. Но ты не можешь принудить меня к союзу, которого я не желаю. Когда мы приедем в Орегон, я потребую своей части земли, как то разрешает женщинам закон. Надеюсь, я буду хорошей дочерью и хорошей учительницей. Но я уже не ребенок. Мне двадцать лет. Если ты не согласишься на это…

Гнев ее истощился, и Эбби замолчала в ожидании, когда на нее обрушится ярость отца. К ее неописуемому удивлению, плечи его безжизненно опустились. Внезапно он начал содрогаться от приступа кашля.

— Папа? — кашель не унимался, и Эбби заторопилась к отцу, вытирая руки о передник. — Папа, с тобой все в порядке?

Он кивнул, отсылая ее взмахом руки. Мало-помалу кашель прошел.

— Это пыль, — прохрипел мистер Блисс и снова закашлял. Потом он взял ковш воды, принесенный Эбби, и начал пить небольшими глотками. — Все это от пыли, — наконец произнес он, вытирая лицо и рот носовым платком. — Не беспокойся, со мной все в порядке.

Не говоря ни слова, Эбби притронулась ладонью к его лбу.

— По-моему, у тебя жар.

Он сбросил ее руку.

— Если у меня и жар, то только потому, что я беспокоюсь о тебе, мисс, — но его повелительно-наставительный тон уже никого не мог обмануть, и он сам прекрасно понимал это. Со вздохом мистер Блисс покачал головой и весь как бы обмяк. — Эбби, девочка, я только хочу обеспечить твое будущее. Тебе нужен муж. Каждой женщине нужен муж. Просто я думал, что святой отец…

Мистер Блисс осекся. Некоторое время отец и дочь смотрели друг на друга. Потом он вернулся на прежнее место и сел, а она вновь занялась тестом.

— Я скажу преподобному отцу, чтобы он больше не навещал тебя, — отрывисто произнес Роберт Блисс. — Но это вовсе не значит, что ты можешь любезничать с любым парнем, который тебе улыбнется. Ты красивая женщина, Эбигэйл, точная копия твоей мамы. Мужчины, которые встретятся тебе на караванном пути, совсем не похожи на тех, с кем ты привыкла иметь дело в Лебаноне. Там мы знали не только их, но и их семьи. Но мужчины, которые направляются на Запад… Конечно, среди них есть и порядочные люди, но есть и такие… которые что угодно будут обещать, чтобы завоевать доверие такой женщины, как ты. Ты должна пообещать мне, что не будешь вступать в разговор ни с кем без моего предварительного разрешения. Я не хочу, чтобы тебя обидели так же, как обидели эту девочку, Ребекку Годвин.

Эбби раскатала тесто и начала резать его ободком перевернутого стакана. Отец думает, что она такая же красивая, как и ее мама. Из всего, что произнес Роберт Блисс, Эбби запомнила только это, предупреждения прошли мимо ее ушей. Он говорит, что она такая же красивая, как и ее мама, это согревало Эбби, как ничто другое.

Она смущенно улыбнулась отцу:

— Я буду осторожна, папа, — серьезно пообещала она. — Но я не хочу обходиться с людьми грубо. Ты должен доверять мне чуть больше. В конце концов, я ведь твоя дочь. Я полагаю, мой отец не мог вырастить дурочку, — шутливо закончила она.

Но отец даже не улыбнулся. Он полез за своей трубочкой и начал набивать ее.

— Я тоже на это надеюсь, — пробормотал мистер Блисс.

Любое помещение, расположенное внутри форта, было чище, чем импровизированный салун, сооруженный рядом с внешней стороной стен. Но именно в салуне Таннер Макнайт предполагал раздобыть интересующую его информацию.

Таннер облокотился на стойку бара: это была самая крепкая часть хрупкого сооружения, так как за ней покоилось сокровище — бутылки с ликерами — и погрузился в созерцание шумного общества. Здесь были главным образом фермеры. Разговоры, обрывки которых долетали до него, касались их единственной ценности — земли. Беседы велись о дожде, глубине посевов, видах на урожай,

Посетителей другого круга было в салуне намного меньше. Один — здоровый детина с ручищами, как три ствола, по-видимому, был кузнецом, другой — в очках и с отполированными ноготками, наверное, был стряпчим. Седовласый джентльмен и его сын — оба были докторами.

Все они, как один, прельщенные обещаниями правительства, направлялись на Запад в надежде получить землю. Согласно правительственному указу, надел получал тот, кто брал на себя обязательства начать возделывать землю и построить на ней дом. Половина надела — триста двадцать акров — причиталась мужчине, вторая половина приходилась на долю его жены.

Таннер пропустил стаканчик крепкого виски и поморщился: огненная жидкость обожгла глотку и желудок.

Женщины. С тех пор, как был опубликован указ, количество женщин, переселяющихся на Запад, увеличилось. Порядочные женщины. Жены и матери. Женщины, на которых мужья могли положиться и которые, в свою очередь, рассчитывали на поддержку мужей. Женщины, которые и в походных условиях демонстрировали чудеса кулинарного искусства.

Таннер опустил толстопузый стакан на липкую стойку и поморщился. Ему уже опротивели вареные бобы и сухари. Кроме того, он устал от своих бесполезных поисков. Он проверил уже три каравана фургонов и теперь проверял последний. Если и среди этой группы переселенцев не окажется внучки Хогана, значит он перехитрил самого себя: Блисс отправился-таки в Калифорнию.

Таннер заказал вторую порцию виски и стал пить ее медленно, маленькими глотками: если он хочет хоть что-нибудь узнать о девочке, которая путешествует вместе с отцом в этом караване, ему следует иметь свежую голову.

Таннер тщательно осмотрел помещение салуна и обнаружил знакомое лицо. Высокий, худощавый парень — тот самый, что разговаривал с девушкой на берегу реки, с Эбигэйл Морган.

Таннер встал, выпрямился и стал пробираться к неуклюжему парню.

Эбигэйл Морган могла бы сойти за внучку Хогана с большим трудом. Допуская, что его жертва уже вышла из младенческого возраста, Таннер не мог представить, что она уже успела полностью сформироваться и стать такой аппетитной женщиной, как Эбигэйл Морган. Вспомнив о том, как девушка сидела совсем рядом с ним на лошади, Таннер причмокнул.

Протиснувшись между двумя жестикулирующими мужчинами, Макнайт приблизился к своей цели. Молодой парень был фермером, женатым фермером: на пальце у него поблескивало новенькое обручальное кольцо. Таннер слегка расслабился и протянул молодому человеку руку для приветствия.

— Вы путешествуете в составе каравана, которым командует капитан Петерс, не так ли?

Парень колебался секунду, не больше, прежде чем пожать протянутую руку,

— Да, это так.

— Я только что присоединился к вашему каравану. Меня зовут Таннер Макнайт. Я из Индианы, — добавил он, придерживаясь версии, которую он сообщил капитану Петерсу.