Тайна девственницы - Виктория Александер

– Значит, решено. Те, кто привлек эту историю в нашу семью, и будут за нее отвечать. Куинтон и Натаниэль, вы поможете мисс Монтини найти печать и восстановить доброе имя ее брата.

Куинтон посмотрел на мать и презрительно усмехнулся:

– У меня есть множество других, более важных дел на ближайшее время.

– У меня нет, – сказал Натаниэль и спохватился. – То есть они у меня есть, но мне очень хочется найти этот древний артефакт. Мы могли бы переписать историю, раз так получилось, что эта история и информация сами пришли в наш дом. Это вопрос карьеры и репутации.

– Репутации моего брата! – уточнила Габриэла.

– Без разницы. Он все это затеял, и его имя не исчезнет без следа.

– Я предполагаю, что эта печать имеет огромную ценность и была бы удачливым приобретением любого музея или коллекционера, – сказал граф.

– Да, это правда, – рассердилась вдруг Габриэла. – Но я повторяюсь: это находка моего брата! И он хотел, чтобы она принадлежала Антикварному совету!

– Превосходно, моя дорогая. Не хотелось бы, чтобы вас сбили с правильного пути, – сказала ласково леди Уайлдвуд. – Но меня по-прежнему интересует финансовая сторона вопроса. Я не совсем понимаю, на что вы живете сейчас. Ваш брат был в таких же зависящих от непредвиденных обстоятельств условиях, как и мои сыновья. Они получают деньги от грантов, фондов, от музеев и организаций, таких, как этот ваш Антикварный совет. – Габриэла заметила в ее глазах беспокойство. – Но у моих сыновей есть достаток от семьи. А вы потеряли обоих братьев, ваше положение должно быть крайне… тяжелым!

– Я должна сознаться, – Габриэла аккуратно подбирала слова, – что состояние дел моего брата после его смерти несколько меня шокировало.

– Я не удивлена, – сказала хозяйка дома. – Мой муж был заядлым путешественником и почетным членом Антикварного совета. Он питал страсть к древностям и их изучению. У нас в доме частенько проходили целые званые обеды для его друзей и коллег, таких же, как ваш брат, мисс Монтини. Дискуссии заканчивались далеко за полночь, а рассказы о путешествиях и находках продолжались уже при восходе солнца. Я всегда знала, что эти люди более увлечены прошлым, чем настоящим, и редко интересуются финансовой стабильностью собственной жизни. Сомневаюсь, что ваш брат существенно отличался от них. Поэтому… – Леди Уайлдвуд оглядела детей и улыбнулась. – Я предлагаю, чтобы, пока ситуация не разрешится и печать не будет найдена, мисс Монтини осталась в нашем доме как гостья.

– Что?! – воскликнул граф.

– Абсурд! – Реджи на с надеждой посмотрела на братьев.

– Безрассудно, но интересно. – Куинтон уставился на Габриэлу.

Натаниэль развел руками.

– Я думаю, что это прекрасная идея, мама! Ты, как всегда, великолепна! Мы не доверяем ей, она не доверяет нам. Что может быть лучше, чем приглядывать друг за другом.

Габриэла покраснела. Отличная идея – жить с обоими братьями под одной крышей! Один вульгарно оглядывает ее, другой танцует с ней и ведет себя так, будто являлся ее партнером. Он флиртует с ней и заставляет чувствовать себя не в своей тарелке.

– Я не уверена, что…

– Мама! – наконец-то заговорил граф, – я не могу поверить, что ты приглашаешь незнакомку остаться в нашем доме!

– Она не совсем незнакомка, Стерлинг. Я знала ее мать.

Габриэла подняла голову и тоже посмотрела на графа.

– Это правда. После смерти брата я нашла связку писем моей матери. Одно из них было от вас.

– Мне очень грустно было слышать о ее смерти, а затем о смерти вашего отца, Габриэла.

– Это случилось давно. – Габриэла безразлично пожала плечами, будто это не имело для нее уже никакого значения.

– Вы должны были прийти ко мне и поговорить начистоту, прежде чем вламываться ночью в дом. Я бы помогла вам, чем смогла! Это был бы разумный поступок. А ваши скрытные и обдуманные методы…

Габриэла готова была провалиться сквозь землю.

– Мои искренние извинения…

– Я надеюсь, что мы с вами на днях совершим длительную прогулку по саду и поговорим о вашей матери. Мне кажется, у вас есть много вопросов ко мне.

В горле у Габриэлы запершило. Она никогда не думала, что леди Уайлдвуд окажется такой прекрасной женщипой и захочет с ней поговорить о человеке, который дал ей жизнь. Она старалась реже думать о матери и едва припоминала неясный портрет, который хранился в доме отца. Портрет был утерян или выброшен ее родственниками сразу после его смерти.

Габриэла тяжело вздохнула.

– Вы очень добры.

– Значит, решено. – Леди Уайлдвуд поднялась с дивана и расправила плечи.

Остальные последовали ее примеру.

Жить с Харрингтонами не входило в план Габриэлы. Но это было действительно хорошей идеей. Если хочешь узнать секреты врагов – лучше всего пожить среди них. К тому же леди Уайлдвуд искренна, любезна и понравилась Габриэле.

– Уже поздно, дети мои, и я хотела бы удалиться, – сказала графиня, зевнув. – Я прикажу, чтобы вам подготовили комнату, моя дорогая, – обернулась она к Габриэле. – Вы можете послать за своими вещами завтра утром. – Она оценивающе оглядела одежду Габриэлы. – Надеюсь, у вас есть нормальные, соответствующие женщине вещи?

Габриэла вздохнула:

– Но мне необходимо послать сообщение. Сейчас. Одной леди… которая является старинной подругой… моих братьев. – Это было практически правдой. – Она будет беспокоиться, если не найдет меня в спальне утром.

– Вы очень заботливая девушка, моя дорогая. – Графиня открыла дверь, ведущую в коридор, и посмотрела на дочь. – Ты идешь?

– Да, мама. – Реджина последовала за графиней.

– Мы должны наконец выспаться. Вы найдете письменные принадлежности в столе мистера Деннисона. Впрочем, вы уже знакомы с расположением его вещей в библиотеке, – сказал граф.

Габриэла уже не знала, как ей реагировать на его колкости.

– Куинтон, – он зашагал прочь, – ты идешь?

Куинтон прикончил очередной бокал бренди, поставил его на каминную полку и подошел к Габриэле.

– Мисс Монтини! – Он, кривляясь, поцеловал руку и уставился в разрез ее рубашки. – Это был очень… поучительный и незабываемый вечер! Жду не дождусь нашей следующей встречи…

Он выпустил ее руку и, напевая, направился к двери.

– Эндрюс покажет вам вашу комнату, когда вы будете готовы, – снова заглянул в гостиную граф. – Спокойной ночи, мисс Монтини.

– Лорд Уайлдвуд. – Габриэла присела в реверансе.

Он обменялся долгим взглядом с Натаниэлем, и младший брат вышел вслед за ним из комнаты. Через мгновение он вернулся.

– Пишите ваши записки, мисс Монтини, – строго произнес он.