Штормовая угроза - Инея Эвис

- Вынь руку, - прошёлся по моей коже его сиплый голос, от чего еле сдержала судорожный выдох.

Вынув здоровую руку, вынырнула из кофты головой, а дальше он аккуратно стащил её через повреждённое плечо.

Оказавшись перед ним в одном лифчике, перекинула мокрые волосы вперёд, чтобы скрыть грудь. Не могла спокойно выдержать такой откровенный и, довольно, интимный момент.

Капитан разложил одежду на столе. Сам взял плед и накинул мне на плечи.

- Обмотайся им, как полотенцем. Мне нужно твоё плечо.

А дальше произошло то, что я с трудом пережила.

Он начал быстро избавляться от экипировки. Это был всё-таки жилет. Дальше на пол полетела рубашка и майка. Мне открылся вид на широкую загорелую спину, глядя на которую, в кончиках пальцев закололо желание дотронуться до её бугристых мышц. Он шатко, из-за качки, прошёл вперёд, достал из узкого встроенного шкафа полотенце и протёр им волосы, разметав их непослушными взъерошенными прядями. Затем достал второе, развернулся и я чуть не застонала в голос от его вида спереди. Закусив нижнюю губу, испытывала напряжение в каждой мышце, пока он медленно подходил играя рельефным торсом на каждом шаге. От лицезрения мощной груди и кубиков пресса внизу живота собрался сгусток энергии, для которого, увы, не было выхода на свет.

Вовчик был хорош собой, но спортом пренебрегал. Внешний лоск начинался с макушки, а заканчивался модными шмотками. Что там находилось под брендовыми тряпками знали единицы. Например, блондинка та из клуба. Мне один раз удалось запечатлеть в памяти кругленький животик, когда его футболка случайно задралась вверх. Он тогда что-то с верхней полки доставал.

А тут…

Посейдон, не меньше. Древнегреческий бог морей!

- Вытирайся, - вновь безапелляционный приказ, которому совершенно не хотелось сопротивляться.

Если бы кто-то осмелился так разговаривать со мной в Москве… Даже не представляла, что было бы. Но здесь. В десятках километров от суши. Посреди бушующего шторма. Один на один с человеком, который спас мне жизнь ценой собственной безопасности…

- Спасибо, - тихо пробормотала, поняв, что даже не поблагодарила его за такой самоотверженный поступок.

- За что? - хмыкнул капитан, вновь размещаясь напротив меня.

- За всё. Не знаю, может ты каждый день спасаешь девушек, попавших в беду…

- Ты первая и, надеюсь, последняя, - отрезал устало, открывая тюбик с пахучей мазью.

- Настолько не понравилось? - попыталась улыбнуться, но его обнажённость сбивала с мысли.

- Я бы предпочёл более традиционное знакомство.

- В обычных обстоятельствах ты бы обратил на меня внимание? – самой тошно стало от промелькнувшей в голосе надежды.

- Нет, - раздался крайне прямолинейный и быстрый ответ, неприятно кольнувший самооценку. После чего поднял на меня глаза и усмехнулся одним уголком губ. - Я не ищу никого.

- Почему? - утопая в его глазах, проговорила пересохшими губами.

Рядом с ним невозможно было сосредоточиться на своей физической проблеме.

Ведь плечо ныло. Может даже перелом. А я сидела истуканом, таращилась на мужчину, которого знала от силы полчаса и не могла думать ни о чём кроме него.

Может это что-то вроде Стокгольмского синдрома, только наоборот? Привязанность спасённого к спасителю? К красивому, уверенному в себе, не стремящемуся показаться лучше, чем он есть. Может у меня до сих пор шоковое состояние? В конце концов, всё происходящее напоминало сюжет остросюжетного фильма, но никак не вязалось с моей роскошной жизнью в Москве.

- Думаешь я шутил, когда грозился выбросить тебя обратно за борт за лишние разговоры? - прервал мои мысли капитан.

Жаль, что у спасителя не выработался тот же синдром к спасённому.

- Больно надо, - ляпнула, закатив глаза, хоть и обидно было такое слышать.

- Предположительно у тебя просто ушиб, - выдавил не маленькое количество мази на свою ладонь. - Какое-то время двигать рукой нельзя.

- Я и не могу.

Капитан начал наносить средство на моё плечо, затрагивая лопатку и ключицу.

Это пытка!

Я сидела не шелохнувшись. Если бы не качка корабля, то зашла бы за статую. Периодически бьющие о борт волны заставляли цепляться за матрас здоровой пятернёй.

Его ладонь осторожно втирала в кожу лекарство, действуя аккуратно, что не вязалось с его грубостью и полем деятельности. Будто не моряк, а врач. Убрав волосы, открыл себе больше места для растираний. Приблизился к шее. Вырисовывал замысловатые узоры. Внимательно следил за своими действиями, пока я разглядывала его в такой опасной близости.

Теперь то я поняла, какого это, когда трепещешь в присутствии мужчины. Когда внутри всё ходуном, как и на море сейчас во время буйства стихии. У меня в груди тоже шторм. В груди, в животе и в голове. Такое разнообразие чувств, что я захлёбываться ими начала. Столько всего сделать хотелось, и не успокаивало даже осознание, что я не знала его. Мы не знакомы. И всё же… это только сильнее подталкивало на безумства. Что-то необычное, безбашенное. Пусть и легкомысленное, но возрождающее чувство авантюризма.

- Тебе холодно? – спросил невзначай капитан, не отвлекаясь от своего дела.

- Нет, - прошептала в ответ.

- Почему дрожишь? – понизил голос. - Больно?

Интересовался вроде невинно, а в глазах такие смешливые черти скакали, что колени сами собой сомкнулись сильнее.

Я сумасшедшая! Удар об воду точно выбил последние мозги!

- Нет, - снова повторила, даже не стараясь успокоить расшатавшиеся нервы.

- Значит, дело в другом?

Он усмехнулся одним уголком губ, но я даже кивнуть не успела. Лодку сильно качнуло. Меня опрокинуло назад, а капитана на меня. Он бы удержался без проблем, но решил придержать моё заваливающееся туловище, чтобы не травмировать лишний раз плечо.

На кровати матрас был достаточно твёрдым и удар я бы точно ощутила. Однако меня в очередной раз уберегли сильные руки.

Лёжа под его могучим торсом, испытывала такой жар в теле, что плед мог воспламениться. Несколько секунд, показавшихся мне вечностью, он разглядывал моё лицо. Я впитывала каждую искру, мимолётное мерцание его ярких глаз.

- Как, - выдохнула практически паром, - тебя зовут?

- Курт, - тихо проговорил, чуть приблизившись и склонив голову набок. – А ты у нас…

Его лицо начало ярко сиять и это заставило его вскинуть лицо вверх.

Из иллюминатора капитана освещала белая вспышка.

- Началось...