Ничего кроме любви - Марша Ловелл

У ворот выстроилась кавалькада лимузинов. Саймон и Чарлз приехали сами, без водителей. Чарлз, уверенный, что Анна поедет с ним, распахнул перед ней дверцу серебристо-серого роскошного «бентли», на котором прикатил из Англии. Саймон вышел из дома вместе с остальными и сказал Себастьяну:

– Я не знаю дороги. Может быть, вы поедете со мной? Заодно и поговорим.

– К сожалению, не получится. Найду для вас кого-нибудь еще. – Себастьян огляделся и заметил выбежавшую из дома Анну – ей пришлось вернуться, потому что она забыла сумочку. – Моя кузина прекрасно знает дорогу, – со скрытым злорадством сказал Себастьян. – Она и поедет с вами.

Анна намеревалась отказаться, но, оценив ситуацию и поняв, что альтернатива поездке с Саймоном – общество Чарлза, мгновенно передумала.

– Я готова. Это ваша машина, Саймон?

Она уселась на переднее сиденье явно взятого напрокат автомобиля и захлопнула дверцу. Саймон сел за руль. Его губы кривились в усмешке. Видя, что Чарлз направляется к ним, Анна поспешно сказала:

– Да не сидите же вы как истукан! Вперед!

– Может быть, Чарлз хочет поехать с нами? – спросил Саймон, чем еще больше взбесил ее.

– Ну нет, только не в этой машине! – занервничала Анна.

Саймон тем не менее опустил стекло.

– Анна покажет мне дорогу, – сказал он Чарлзу. – Поедете с нами?

На мгновение Чарлз замешкался, а затем как-то очень неуверенно пожал плечами.

– Я не могу оставить машину, она мне понадобится позже. Поеду следом за вами.

– Что ж, увидимся на месте. – Саймон поднял стекло и взглянул на Анну. – Похоже, вы были правы.

– Граф обожает свою машину. Да он умрет, но в другую не сядет.

– Даже ради вас?

Анна пристально посмотрела на Саймона.

– Разве не все мужчины ценят свои машины больше, чем женщин?

– В Америке нет.

– А в Европе большинство – да.

– Думаю, это зависит от того, как много женщина значит для мужчины, – глубокомысленно изрек Саймон.

– Женщина, а не машина?

– Машина всегда вознаградит тебя за хорошее отношение.

– Женщина, я думаю, тоже, – серьезно заявила Анна.

Саймон усмехнулся.

– Может быть, американцы лучше умеют обращаться с прекрасным полом, чем европейцы.

– Может быть, американцы до смерти боятся своих жен, – ехидно парировала Анна.

Саймон расхохотался.

– У нас все иначе.

Анна смерила его оценивающим взглядом.

– Думаете, вы такой крутой, да?

– Я создаю такое впечатление? – спросил он, нахмурившись.

– Да нет. Мне кажется, что вы самый обыкновенный доморощенный шовинист. Слегка грубоватый, а так – ничего особенного.

– А я уж было подумал, что вы начинаете подпадать под влияние моего неоспоримого обаяния, – заметил Саймон. – В какую сторону повернуть?

– Налево. – Анна подавила улыбку. – О каком обаянии речь?

Они остановились на красный свет, Саймон тут же повернулся к спутнице.

– Что там у вас с Чарлзом? То вы целуете его, то избегаете. Вы всегда играете мужчинами в кошки-мышки?

Лицо Анны застыло, она проигнорировала вопрос и спросила сама:

– Зачем вам понадобился Себастьян?

– А вам-то что?

– У вас с ним есть только одна точка соприкосновения.

Зажегся зеленый свет. Машина тронулась.

– А именно?