Разрушенный - Мари Мур

Во мне не осталось ничего от той девочки, которая пережила много страданий. Меня не удалось никому сломать. Так почему я все еще проявляю слабость и позволяю Кэшу забираться в мою голову?

Я ненавижу его. Точнее, должна ненавидеть. Он относился ко мне, как к игрушке, отверг меня и мои чувства. А я только и делаю, что ищу ему оправдания.

С меня хватит. 

Резко развернувшись, я решительно направляюсь к комоду, достаю леггинсы, спортивный топ и толстовку. Переодеваюсь и выхожу из комнаты, собираясь отправиться на ночную пробежку. Мне нужно проветрить голову и разум от ненавязчивых мыслей. В конце концов, я просто должна дать своему телу привычную физическую нагрузку. В Мельбурне в это время я бегала или занималась в спортзале.

Спустившись на первый этаж, я иду к выходу на террасу. Дом погружен в сон, его огромное темное пространство освещает лунное сияние. Серебристый свет проходит через просторные окна, и от деревьев в саду тени падают на пол гостиной.

Я бесшумно ступаю в кроссовках и в полумраке двигаюсь достаточно быстро. Но внезапно замираю на месте.

За одно мгновение все мышцы в теле напрягаются, когда мой взгляд останавливается на балконе. Его стеклянные двустворчатые двери открыты, отчего по гостиной гуляет легкий ветер. Я смотрю на высокий темный силуэт, застывший у балюстрады, и мое дыхание сбивается. Я тяжело сглатываю и отступаю назад. Вместе с этим тянусь рукой к карману толстовки, но тишину нарушает спокойный низкий голос.

– Почему ты не спишь?

Я резко выдыхаю и качаю головой.

Киллиан.

Он напугал меня.

– У меня тот же вопрос, – хрипло говорю я.

Я выхожу к нему на балкон. Киллиан переводит взгляд на меня, но не отвечает. Вместо этого он многозначительно указывает на бокал с вином, который держит в руках и в следующую секунду подносит ко рту.

На нем костюм с распахнутым пиджаком. Галстук бабочка развязан и свисает вдоль воротника. На белой рубашке расстегнуты несколько верхних пуговиц, но Киллиан выглядит далеко не расслабленным. Его явно что-то волнует.

– Мне не спится, и я решила побегать, – произношу я, нарушая молчание первой.

– Ты не против, если я к тебе присоединюсь? – вдруг спрашивает Киллиан.

У меня нет ни одной причины ему отказать.

– Я не против.

– Дай мне пять минут, чтобы переодеться, – Киллиан отдает мне полупустой бокал с вином и уходит.

***

Мы бежим по тропинке, покрытой каменной кладкой. Уличные лампы, установленные на газоне, отбрасывают теплый желтый свет, на который слетаются мотыльки. Кроме этого, пение цикад и дребезжание светлячков звучат в ночной тишине.

– Что это был за парень, с которым ты сегодня разговаривала? – спрашивает Киллиан.

Я перевожу на него взгляд. Теперь мне становится понятно, почему Киллиан отправился со мной на пробежку. Мистер-шпион решил выяснить про Найла совсем не в изящной манере – прямо в лоб.

– Его зовут Найл, мы познакомились с ним на выставке, – отвечаю я. – А еще он пригласил меня на свидание.

Киллиан поворачивает голову, и я вижу, как его взгляд становится напряженным.

– Ты согласилась?

Я вздыхаю и признаюсь.

– Сначала я согласилась. Но теперь не уверена, что мне стоило этого делать. Скорее всего, я отменю встречу.

– Он тебе не нравится? – снова задает вопрос Киллиан.

– Я… Не знаю. Кажется, я запуталась. Найл симпатичный и производит впечатление хорошего парня, но… – я замолкаю, не зная, как объяснить Киллиану все, что творится у меня на душе.

Киллиан останавливается и вытаскивает из кармана бутылку с минеральной водой. Делает глоток, протягивает ее мне, но я отказываюсь.

– Пойдешь ты завтра на свидание или нет – это твое решение. Мы с Фрэнком в любом случае поддержим его, каким бы оно не было. Это твоя жизнь и только ты решаешь, как ее прожить, – заявляет он. – Но ты точно не можешь всю жизнь быть рядом со мной и с Фрэнком.

Киллиан окидывает меня внимательным взглядом с головы до ног.

– Только посмотри на себя. Когда я сегодня увидел тебя в красивом платье, я понял, что ты – мечта любого парня, – продолжает он, и мои щеки вспыхивают от его слов. – И еще я понял, что когда-нибудь у тебя появится муж. Он будет любить тебя больше всего гребаного мира. У вас будет большая и счастливая семья.

Прикрыв веки, я качаю головой.

Муж… Большая семья… 

То, что говорит Киллиан, кажется чем-то нереальным и невозможным.

– У тебя все получится, – твердо произносит он и добавляет. – Но вот, чего у тебя действительно не получится – вернуть упущенное время. Молодость дается один раз. Ты никогда не сможешь повторить это мгновение или вернуться в этот день. Ты никогда не будешь моложе и красивее, чем сейчас. Не лишай себя всего этого.

– Не могу поверить, – произношу я с легкой улыбкой. – Ты хочешь, чтобы я отправилась на свидание с Найлом? И ты даже не станешь меня отговаривать, как положено старшему брату?

Киллиан пожимает плечами.

– Мне не о чем переживать, – говорит он убийственно спокойным тоном. – Найл станет трупом, если будет вести себя с тобой непозволительно.

Я тихонько посмеиваюсь и с трудом себя сдерживаю, чтобы не обнять Киллиана. Я знаю, что он не большой любитель тактильных коммуникаций, поэтому мне остается поблагодарить его мысленно.

«Спасибо, что ты у меня есть»

– Почему ты так странно вел себя в галерее? – я задаю вопрос, который хотела спросить у Киллиана весь сегодняшний вечер. – Я впервые увидела тебя потерявшим контроль.

– Не бери в голову, – отмахивается он. – Завтра я сделаю так, как велит мне отец, и заберу картины из галереи.

Он снова переходит на бег, и я смотрю в его быстро удаляющуюся широкую спину, обтянутую серой толстовкой. Нет, он не сможет убежать ни от меня, ни от моего вопроса. Я отправляюсь за ним и вскоре его догоняю.

– Ты так и не ответил, что произошло?

Киллиан ничего не говорит.

– Ты можешь довериться мне и рассказать, что случилось на выставке, – серьезно говорю я. – И почему ты не хотел туда ехать.

Киллиан замедляется, а после останавливается. Переводит дыхание и опускает глаза, словно пытаясь подобрать правильные слова.

– Ты точно хочешь об этом знать? – он переводит взгляд на меня, и наши глаза встречаются.

Я киваю, и Киллиан опускается на газон, оперевшись локтями в согнутые колени. Я усаживаюсь рядом с ним, наблюдая, как несколько секунд он отрешенно смотрит перед собой и молчит. Обычно такая затянувшаяся тишина предшествует чему-то важному и сокровенному.

– До