Воронья стая - Энн Бишоп

Она не собиралась этого говорить, не собиралась никому рассказывать о том, как её разум иногда пустеет. Иные — особенно Саймон, не позволили бы ей водить КНК или делать что-то самостоятельно, если бы знали о провалах в памяти. А теперь она взяла и рассказала всё Генри, который просто стоял и смотрел на неё, как на какую-то странную и любопытную вещицу.

— А Саймон знает об этом? — наконец спросил Генри.

Она покачала головой.

— Нам обязательно говорить об этом сейчас?

Долгий взгляд.

— Есть о чём подумать, так что мы можем отложить это в сторону. Пока.

— Спасибо.

Обсуждение было отложено, но оно не будет забыто.

— Ты пришёл только, чтобы спросить о Саймоне?

Она знала, что Генри использовал полученный Саймоном пинок, как предлог, чтобы прийти и узнать, почему от неё пахнет лекарствами.

— Человеческий целитель был здесь, осматривал офис на Рыночной Площади, — сказал Генри. — Может быть, нам стоит перезвонить ему, чтобы он посмотрел твою кожу.

— Доктор, — тихо сказала она. — Его называют доктор.

Она вздрогнула, не в силах сдержать страх, который таился в воспоминаниях о её прежней жизни.

— Для этого мне не нужно его видеть.

— Это беспокоит тебя, ты не хочешь, чтобы он был здесь, — голос Генри прозвучал как гром, предупреждающий о надвигающейся буре.

«Осторожнее», — подумала она.

— Нет, доктор Лоренцо меня не беспокоит. Он кажется хорошим человеком, и он хорошо заботился обо мне, когда я была в больнице.

Генри выжидал. Мег подозревала, что он может ждать и будет ждать часами.

— Вы впускаете другого человека из-за меня. Вот почему Саймон рассматривает возможность позволить доктору Лоренцо иметь здесь офис, не так ли? Чтобы заботиться обо мне? Но у него будет выход на Рыночную Площадь, он сможет наблюдать за всеми вами.

Генри улыбнулся.

— Сколько бы люди ни думали, что узнают о нас, мы всегда узнаем больше, Мег.

— Он будет лечить других сотрудников?

— Мы можем это обсудить, — последовало молчание. — Почему ты не хочешь, чтобы он был здесь?

— Халат, — выпалила она, пытаясь почесать кожу сквозь слои одежды. — Белый халат. Ходячие имена, люди, которые заботились о девушках в резервации, носили такие же белые халаты или белую униформу.

— Тогда он не будет носить символ страха и боли, когда будет в Дворе. Мег!

Услышав своё имя, которое прорычал Гризли, она испугалась настолько, что отшатнулась от стола, а Натан вскочил на стойку в передней комнате, готовый ворваться в дверной проём служебной комнаты, если он ей понадобится.

— Он не будет носить символ твоего врага, — сказал Генри.

— Арроууу!

Согласие от Натана. Не имело значения, прислушивался он к их разговору или нет. Ни один Волк не станет спорить с Гризли, особенно когда он сам позвал этого Гризли, чтобы помочь с человеком.

— Всё в порядке.

Что-то внутри неё расслабилось. Или, может быть, сейчас она была более сосредоточена на том, чтобы сказать правильные вещи, чтобы Натан спрыгнул со стойки, прежде чем он поскользнётся и ушибётся. Она посмотрела на Генри, потом на Волка.

— Со мной всё в порядке.

Кризис разрешился, Натан спрыгнул со стойки и вернулся в постель. Генри ушёл, заверив её, что белые халаты будут запрещены.

Мег стояла в сортировочной, пытаясь отгородиться от воспоминаний о своей жизни в резервации и убедить себя, что ей никогда не придётся туда возвращаться. Во время полуденного перерыва она отправится в «Вопиющее Интересное Чтиво» и найдёт одну из книг ужасов, написанных терра индигене. Эти истории пугали её настолько, что она спала с включенным светом, но она также находила утешение в том, насколько ужасными могут быть Волки, когда они терзают человека, которого считают врагом.

* * *

Генри вошёл в «Лёгкий Перекус», схватил Мэри Ли и потащил её в заднюю часть магазина, несмотря на яростные протесты Тесс.

Обеим женщинам потребовалась минута, чтобы достаточно успокоиться и выслушать его, но как только они это сделали, и Мэри Ли поняла, о чём он спрашивает, он почувствовал себя лучше и хуже. Дело было не в том, что Мег была пророком по крови, а в том, что она была человеком. Но Иные никогда раньше не пытались заботиться о человеке, и даже люди находили заботу о ком-то вроде Мег сложной задачей.

Откуда терра индигене могли знать, что у людей осталось так мало инстинктов заботы о себе?

Хотя, честно говоря, у Мег никогда не было возможности позаботиться о себе самой.

Потрескавшиеся губы. Потрескавшаяся кожа, которая могла треснуть из-за холодной погоды, сухого воздуха и обезвоживания. Грубые кутикулы, которые могут расколоться и кровоточить. Зима была суровой для человеческой кожи, но были кремы для лица и рук и лосьоны для тела, которые могли бы помочь. Бренд, который Иные требовали от своих сотрудников, был доступен в нескольких человеческих магазинах, но очень дорог, а лосьоны и кремы не продавались в магазинах на Рыночной Площади, где они были бы более доступными.

Будь у него выбор, Генри скорее обнял бы дикобраза, чем выслушал бы восторженные отзывы о лосьонах и кремах для рук. Поскольку у него не было выбора, и он сам попросил, он терпел объяснения Мэри Ли, пока Тесс не остановила девушку.

— Я закажу достаточно продуктов для всех вас, если вы, девочки, пообещаете объяснить Мег, как ухаживать за её кожей, — сказала Тесс.

— Конечно. Мы можем поговорить сегодня вечером после медитации, — ответила Мэри Ли. — Рути и Хизер тоже будут там.

— Есть ещё кое-что, — сказал Генри, глядя на Тесс. — Наша Мег призналась, что иногда её переполняют образы и в голове у неё всё путается. Это пугает её.

— Информационная перегрузка, — мгновенно ответила Мэри Ли. — Когда раздражителей слишком много, мозг нуждается в отдыхе. Такое случается со всеми.

< С нами такого не бывает>, — сказала Тесс.

<Мы