Измена, Развод и прочие шалости - Милла Мир

В этот вечер мы снова знатно накидались.

Пили, пели и танцевали.

Остановите Землю, я сойду!..

Задушевные беседы до утра.

Не о чем-то конкретном.

Так по мелочи.

Мы постепенно узнаем характер, предпочтения друг друга.

Конфетно-букетный период — самое сладкое, приятное времяпровождение.

Невероятно вкусное познание друг друга.

Острие ножа.

Голая страсть.

Уставшие, но невероятно счастливые и довольные мы вернулись ко мне домой.

Принесенная бутылка шампанского на мой взгляд была лишней, но нас это не остановило, мы радостно ее хлопнули.

В компании друг друга нам было уютно и тепло, а мне еще и спокойно.

И пусть весь мир подождет…

Глава 9

Сергей.

Я люблю праздники, особенно преддверие нового года.

После расставания с бывшей меня тяготит одиночество.

Меня, как впрочем и Лизу, не радовала перспектива провести праздник в пустой квартире, пусть и в гордом одиночестве.

Встреча с женой лучшего друга была как раз кстати, ее появление в моей жизни лучший подарок.

Я не соврал ей, она мне давно нравится, в глубине души я всегда считал, что ей нужен абсолютно другой человек.

Точно не Пашка, он другой.

Как пара они совершенно не подходят друг для друга.

Огонь и вода не совместимы.

В сочетании столь непохожих характеров в лучшем случае можно получить пиво “Доктор Дизель”.

Что угодно!

Точно не любовь.

Я рад, что у друзей начнется новая жизнь, но уже по отдельности друг от друга.

У каждого появятся свои интересы.

Моя совесть чиста.

Я не уводил Лизу из семьи, она сама ушла.

Между мужем и женой все кончено.

Я не третий лишний.

Лиза сама захотела уйти.

Я не разбивал семью.

Невозможно разрушить то, чего давным-давно уже нет.

Да и в нормальном понимании между друзьями не было любви.

Их отношения можно назвать как угодно:

Привязанность.

Привычка.

Голая страсть.

Бурный секс.

Удобное совместное проживание.

Все, что угодно.

Только не любовь.

По этой и множеству других причин я решил пригласить Лизу к себе на дачу.

Подруге понравилась моя идея, мы накидали в сумку нужные нам вещи и не теряя времени даром отправились в путь.

Это был самый веселый день в моей жизни, Лиза оказалась не только хорошей подругой, но еще и моим корешем, собутыльником умеющим не только слышать, но и слушать.

Я не ошибся в выборе девушки.

Возможно любимой, возможно и нет.

Даже если у нас ничего и не получится, попытаться построить с ней серьезные отношения дорогого стоит.

Паша последний кретин.

Как он мог так бездарно просрать такую девушку???

Променять Лизу на шалашовку с Хуево-Кукуево???

Да еще и не одну…

Я не стал ей рассказывать горькую правду о похождениях моего лучшего друга, я многое знаю, Паша от меня никогда ничего не скрывал.

Я жирно намекнул Лизе, дал ей неплохой повод для размышления.

Она должна принять правильное решение.

Мой домик в деревне находился далеко за городом, практически около самого леса.

Вокруг растут огромные сосны, покрытые снегом, кругом сугробы.

Моя девочка с любопытством разглядывала окрестности пока мы были в пути.

В свое время я сделал на даче хороший ремонт, дрова для печки были мной предусмотрительно наколоты заранее.

Я у мамы единственный сын.

Я вырос без отца.

Я с детства был приучен выполнять мужскую работу.

Все хозяйственные хлопоты всегда были на мне.

— Сереж, у тебя растут елки? — с удивлением спросила у меня Елизавета, — у тебя есть на чердаке старые игрушки?

— Где-то должны быть. Надо посмотреть.

— Давай украсим ель во дворе, будет красиво и очень мило.

— Согласен, неплохая идея.

Не откладывая дело в долгий ящик, под звонкий смех и прикольные шутки Лизы, у подружки искрометное чувство юмора, я забыл, когда я последний раз так много смеялся, мы нарядили во дворе елку.

Повесили внизу морковку, сверху яблоки и печенюшки.

Я затопил баньку, разжег на мангале костер.

Пока я жарил шашлыки Лиза приготовила бутерброды, занималась закуской.

— Я заготовил отличные березовые веники, пошли, баня уже готова, — заметив испуганный взгляд сладкой девочки, я не мог не спросить, — Лиза, что не так?

— Сереж, я… Я не люблю баню, — чуть слышно пролепетала мелкая, — я не знала, как тебе об этом сказать… Ты… Ты столько для меня сделал!.. Ты так для меня постарался…

— Проблема в том, что ты не взяла купальник?

— Да. И это тоже… Но самая главная причина в том, что я… Я стесняюсь тебя. Я не смогу зайти обнаженная в парилку. Для того, чтобы мне побороть смущение мне надо в себя влить, как минимум двести пятьдесят грамм коньяка…

— Лиза, — я рассмеялся, — мне кажется мы сейчас быстро решим твою проблему, — я сгонял в дом за горячительным напитком, не забыл взять запить, — давай под горячее мясо? — я наполнил рюмки.

— Сереж, шашлыки божественно вкусные, — я сглотнул слюну, когда заметил, как Лиза кончиком языка дотронулась до своих губ. Плотность моих джинсов значительно возросла, благо, что моя девочка не могла заметить мой стояк под курткой. Я боюсь представить. Что будет, когда мы зайдем в баню?.. Мне бы не хотелось с ней спешить… Вот только холод давал о себе знать со страшной силой, мороз крепчал, резко набирал обороты. Как назло нас не брал алкоголь, — пошли греться, — под слабые протесты Елизаветы, я видел, как она замерзла, у нее зубы стучат от холода, я взял ее на руки и отнес в теплую баню.

— Обещай, что не будешь на меня смотреть? — сдалась Лизавета, когда я протянул ей спасительную простынь.

— Хорошо, — пока она раздевалась я как будто окосел, мой взгляд постоянно смотрел в ее сторону, потом я вспомнил, что на стене висит большое зеркало.

В общем и целом моя проблема была решена.

Я смог вдоволь на нее налюбоваться.

У Лизы шикарное тело, ладное, сбитое.

Я еще тогда, на тройничке, оценил ее красоту.

Сегодня мои глаза снова открылись.

Член незамедлительно встал.

Да так встал, что шкура на жопе трещит и лопается.

Я мигом разделся, но стояк прикрыл.

Не хотел смущать Лизавету.

Правда я понимал, что простынь скоро намокнет и моя девочка заметит мое возбуждение.

В это время Лиза одной рукой придерживая покрывало, другой рукой пыталась принять водные процедуры.

Я видел, как ей неудобно.

На ее месте я бы скинул с себя ненужную намокшую ветошь, однако, она упорно пыталась самостоятельно помыться.

— Лиз,