Снова домой - Кристин Ханна

Это было их собственное место, по субботам здесь устраивались вечеринки. Пожелтевшие сигаретные окурки усеивали поляну. Кругом валялись также смятые пачки из-под сигарет и горы пустых бутылок. Кто-то притащил с собой приемник, из него гремела оглушительная музыка.

Лина бросила окурок на землю, затоптала его каблуком и направилась к остальным. Джетт стоял, прислонившись к стволу кедра, и пил «Джэк Дениэл» так, словно в бутылке оыла вода. Золотистая жидкость стекала по его квадратному подбородку и капала на тенниску.

Лина бы много дала, чтобы знать, чем можно в эту минуту привлечь его внимание, что надо сделать, чтобы Джетт не только посмотрел, но и наконец увидел ее. Она уже давно была от него без ума, однако он держался весьма холодно. У них было кое-что общее: Джетт тоже рос без отца. Лина была уверена, что это должно их сильно объединять, ведь у них была такая похожая жизнь. Однако он, казалось, совершенно не замечал ее, как, впрочем, не замечали и остальные. Она была сродни призраку: как-то всегда оставалась с краю, вне компании, безуспешно пытаясь найти слова, которые навели бы какой-то мост между нею и другими подростками.

– Эй, Хиллиард, – позвал Джетт, вытерев тыльной стороной ладони влажные губы. – У тебя сколько-нибудь денег есть? Курево кончилось.

Лина улыбнулась и отвела за ухо выбившуюся прядь черных волос. Не бог весь что – уж это она понимала, – но по крайней мере хоть что-то Джетту понадобилось от нее. У Лины всегда бывало больше денег, чем у остальных. (Хоть какая-то польза была от ее никудышной матери.)

– На пару пачек наберется, – ответила она, запуская руку в карман джинсов.

Бриттани мутным взглядом посмотрела на Лину, потом открыла свою сумочку и выудила оттуда пинтовую бутылочку текилы.

– Эй, Лина, хлебнуть хочешь?

Лина взяла бутылку за теплое горлышко и сделала большой глоток. Текила, обжегши горло, обрушилась в желудок.

Бриттани провела рукой по своим коротким волосам и покосилась в сторону Джетта. Затем, торжествующе глянув на Лину, она приподнялась на цыпочки и поцеловала его в губы. Тот легко обнял Бриттани за талию и притянул к себе.

– Ты на вкус – ну в точности как текила, – шепнул он ей, затем огляделся по сторонам. – У кого-нибудь травка есть?

Не прошло и минуты, как вечерний воздух наполнился i ладковатым запахом марихуаны. Косячок пошел по кругу. Каждый затягивался и передавал самокрутку соседу. Все смеялись и пританцовывали.

Лина ощутила, как под действием травки заиграла кровь. Все вокруг как бы замедлило свой ход. Тело сделалось вялым и неподатливым, ее все сильнее и сильнее тянуло вниз.

Усевшись на землю, она закрыла глаза и принялась раскачиваться из стороны в сторону. Господи, как же хорошо ей сразу сделалось! Несколько затяжек – и мир совершенно переменился! В этом блаженном состоянии ей было плевать на многие вещи, обычно сразу выбивавшие ее из колеи. Лине сразу стало безразлично, что ее образцово-показательная мать сегодня встречается с директором школы: в эти мгновения все ато представлялось мелким и ничтожным.

Даже те мучительные проблемы, которые весь день не давали Лине покоя, – даже они теперь сделались такими же ничего не значащими, как дымок от ее сигареты.

Бриттани плюхнулась на землю рядом с Линой.

– Я сегодня видела, как твоя мать входила в кабинет мисс Оуэн.

Джетт расхохотался.

– Ха, вот уж не поздоровится тебе сегодня, Хиллиард!

– Да, я тоже видел, как ее мать шла к директрисе, – подтвердил кто-то. – Она, может, и сука, но вид у нее шикарный!

– Вполне могла бы работать моделью, – сказала Бриттани и придвинулась поближе к Лине. – Про тебя вот не скажешь, что ты ее дочь. На кого же в семье ты похожа, как думаешь?

Лина поморщилась и потянулась за самокруткой. Иногда она так ненавидела эту дуру Бриттани, что просто сил не было.

– На папашу, должно быть.

Бриттани покровительственно взглянула на нее.

– Ну, разумеется, это всего лишь предположение. – Она сделала большой глоток текилы и рассмеялась. Затем осторожно поднялась на ноги. – А у меня идея! – Она подбежала к Джетту и принялась что-то горячо шептать ему в самое ухо. Оба громко расхохотались.

Отбросив пустую бутылку от «Джэк Дениэл», Джэтт, покачиваясь и спотыкаясь, направился к машине. Открыв багажник, он принялся шарить там, затем вытащил что-то и вернулся на поляну к остальным. Широкая пьяная ухмылка сияла на его лице.

– Ну, Хиллиард, мы сейчас выясним, кто твой папаша!

Лина не ответила. Они не поняли – никто из них никогда не понимал, – насколько сильно задели ее эти беззаботные слова.

– Ты что это задумал? – спокойно поинтересовалась она.

Джетт подошел вплотную и пристально посмотрел Лине в глаза.

– Собираемся выяснить, на кого именно ты похожа. Это крутой способ, сейчас сама увидишь. – И прежде чем она успела хоть что-нибудь ответить, Джетт напялил ей на голову старую бейсболку и вытащил ножницы. – Обрежу все волосы ниже бейсболки, как надо будет! – Он икнул и пьяно захохотал.

Страх охватил Лину.

– Эй, подожди!

– Моя мамуля – парикмахер. Я знаю, как все это делается, – заверил ее Джетт.

Бриттани презрительно смерила ее взглядом.

– Что, сдрейфила? В штаны наложила? А, Лина? Их окружили остальные подростки.

Лина прикусила дрожащую нижнюю губу. Однако взгляд не отвела.

– Ничего я не сдрейфила, – твердо ответила она. – Волосы короче, голове прохладнее. – Она повернулась к Джетту и улыбнулась так решительно, как только могла: – Валяй!

Джетт начал кромсать ее волосы. Густые черные пряди падали на левисовскую куртку. При каждом металлическом чиканье ножниц Лина морщилась: было такое чувство, словно от нее самой отрезают куски.

Бриттани вытащила из сумочки зеркальце и протянула Лине. В ее карих глазах светилась победная улыбка.

Лина медленно взяла зеркальце и заглянула в него. На мгновение у нее остановилось дыхание. Но через несколько секунд Лина успокоилась, топорная стрижка уже не казалась такой ужасной. Девочка внимательно разглядывала свое лицо. Лицо, в котором не было почти ничего материнского: резкие черты и голубые глаза.

Прежние сомнения вновь накатили на нее. Причем на сей раз ни выпивка, ни травка не могли помочь. Неожиданно Лина задумалась об отце – об этом загадочном человеке, в которого она пошла лицом и душой. Ей захотелось узнать, чем именно он сейчас занимается. Может, возвращается с работы домой? Целует другого ребенка, который у него мог родиться много лет назад и ради которого он оставил их с матерью?

«Если бы я знала его, все было бы значительно проще», – уже в тысячный, наверное, раз подумала она.