Черная Вода - Алена Худова

– Как знать! – настроение Вика улучшалось на глазах. – И потом, если уж совсем начистоту, ты ведь только наблюдатель. Согласишься ты или нет, но я заманю девчонку к себе, а ты все равно будешь видеть ее сны. Только защиты для тебя уже не будет.

– Ясно, – Герман презрительно отвел глаза.

– Гер! Ты – мой лучший ученик. Да еще и обладаешь редким даром. Я не позволю себе лишиться такого экземпляра, а тебе – зарывать талант в землю. Иди своим путем. Ты сам этого хочешь. Я лишь пытаюсь тебя подстегнуть.

Герман едва заметно закивал головой.

– Хорошо, – сквозь зубы процедил он. – Когда приступаем?

– Давай так, – синие глаза Вика блестели от азарта. – Даю вам неделю в лаборатории. Пока сами сработайтесь, осмотритесь. Я вас трогать не буду. В следующий понедельник ты предоставляешь мне отчет и официально знакомишь с этой девчушкой. Там мы уже и решим, как будем двигаться дальше.

– Попробую, – мрачно согласился Герман.

– Я очень рад, что ты снова «в седле», – искренне улыбался Вик. – Думаю, ты тоже.

Герман изобразил слабое подобие улыбки.

По сути, у него нет выбора, так может за неделю ему удастся полностью перевести эту девушку на свою сторону и обойти Вика? Нельзя упустить такой шанс!

Глава 14.

Остаток воскресенья прошел спокойно. Я отключила звук у мобильного и просто наслаждалась компанией книг и своего черного кота Туза. Мне вдруг захотелось забыть о существовании Германа и всей этой истории в целом. Ведь, по сути, он – взрослый мужчина! На вид ему лет тридцать пять, а может и больше. Нас разделает больше десяти лет разницы. Даже если на секунду допустить наши отношения, то… нам просто не о чем будет разговаривать. И потом, мужчинам нужен интим, а эта сторона отношений пугает меня больше всего. Даже думать об этом не хочу!

Расстроенная своими мыслями, я улеглась под одеяло, взяв в охапку Туза, и пожелала хотя бы в сегодняшнем сне не видеть Германа.

Сквозь сон до меня доносятся звуки природы: далекий щебет птиц и ветер, путающийся в шелестящих кронах. Пахнет костром.

На стены террасы закатное солнце отбрасывает тени. Уже дойдя до моей постели, оно покусывает лицо теплым прикосновением. Тихо и спокойно. Не хочется вставать…

«Я жду тебя», – проявились звуки в моей голове как фото из негатива.

Вздрогнув, я открыла глаза и осмотрелась.

Знакомые стены, пороги, красные полосатые половики на деревянном полу. Я снова в этом доме. Значит, я сплю.

Быстро вскочив, я бегу на зов, боясь упустить такой хрупкий случай.

Картина вне дома выглядит завораживающе: черные ветви деревьев слегка покачиваются от ветра, сбрасывая жухлую листву. Падая, она рассыпается в труху, усеивая выступающие из земли корни.

Бархатную темноту освещает гигантская луна. Такую не увидишь с Земли: пыль и грунт на ее поверхности блестят на свету, переливаясь как россыпь бриллиантов, четко видны контуры «лунного кролика» со всеми его океанами и морями. Кратер Тихо, словно застывшее мертвое солнце, протянул серебристые лучи, словно моля о помощи. А Море Спокойствия, напротив, манило в свою завораживающую глубину, наполненную невидимыми бесплотными водами.

Лунный свет временами приглушали уютные, не уступающие Луне в размерах, облака, лениво плывущие по черному небосводу.

«Я так скучаю по тебе», – послышалось у меня за спиной, и я почувствовала, как усталость сдавила мне плечи.

– Почему? Ты ведь видишь меня каждую ночь, – слова дались мне с трудом. Привычная боль уже подступала к моим вискам и давила на позвоночник.

Я чуть согнулась будто от тяжести собственных плеч. Впереди замаячила знакомая черная тень и двинулась ко мне, но мне было тяжело даже поднять глаза. Мой организм словно отравляло что-то изнутри. Невыносимая головная боль отзывалась тошнотой и дрожью в руках.

Огромный силуэт уже приблизился ко мне вплотную и заключил в кольцо своих каменных рук. Щекой я отчетливо ощутила кожаный воротник его плаща и твердую как скалу грудь мужчины. То же самое было сегодня с Германом. Тогда на улице! Он обнимал меня так же!

Мне не хотелось противиться его ласке, но жуткая боль все усиливалась и мои ноги подкосились. Сердце весило килограмм сто и билось с силой, разрушающей грудную клеткой, но я должна была задать свой вопрос:

– Кто ты?

«Ты знаешь мое имя».

– Мне нужно не имя! – сквозь зубы выдавливала я. – Кто ты такой! Почему… ты…

Предел боли был достигнут, и я не могла дальше говорить.

«Больше не приходи сюда одна», – слова отзывались ожогами в моей голове. «Обещай мне!»

– Обещаю! – выкрикнула я, чувствуя, как слезы обжигают щеки.

«Ты все узнаешь. Только не приходи одна…»

Сухие листья, серая пыль и мелкая галька разом поднялись от земли и зависли в воздухе.

Его чудовищная сила, рост, мощь и энергия питали все происходящее и заряжали электрическим импульсом.

Мне показалось, что внутри моей головы что-то оглушительно лопнуло и я окончательно «поплыла» сознанием.

Очень медленно я возвращалась в тепло и комфорт. Я снова чувствовала запах дерева и тепло солнца на своей коже. Его лучи догорали в деревянных оконных рамах, окрашивая комнату в багровые оттенки.

Открыв на мгновенье глаза, я увидела привычные стены своей комнаты. За окном глубокая ночь. Туз с удовольствием потянулся в ногах и зевнул, щелкнув зубками. Устало моргнув, я тяжело выдохнула и снова забылась крепким сном.

Глава 15.

Я проснулась разбитая и обессиленная. Голова раскалывалась от боли, в глазах – словно песочек. С трудом я поднялась и добралась до мамы, которая заканчивала завтракать на кухне. По моему виду она уже поняла как мне плохо, и пошла готовить все необходимое для укола.

Обычно, если уж у меня начинает болеть голова, то никакие таблетки ее не заглушают, поэтому я уповаю только на уколы.

– Может тебе сегодня не идти на работу? – обеспокоено спросила она.

– Да нет, сейчас пройдет, – я промычала в подушку, потирая ягодицу после инъекции.

– Ночью, наверное, было что-то с давлением, – рассуждала мама. – У тебя еще и глаз красный.

– Глаз? – машинально повторила я и подошла к зеркалу.

И правда. На левом глазу лопнули капиллярчики, поэтому мне тяжело смотреть.

– Ничего, разойдется, – устало ответила я