Кредит доверия - Виктория Яровая

– Не нужно бояться. Я не причиню тебе вреда.

Почему-то я сразу ему поверила, но меньше переживать не стала. Дело ведь не только в нем. Есть еще и я. И тут все гораздо сложнее. Близость с этим мужчиной настолько заполонила мою голову неприличными мыслями, что самой становилось стыдно. Но делать нечего, не кидаться же на него с поцелуями? Поэтому, собравшись с духом, я благодарно кивнула. Ну уж одну-то ночь точно как-нибудь переживу.

Глава 5

Темнота, часто разгоняемая яркими вспышками на небе, окутала кабину гравибота. Я тихонько лежала и никак не могла уснуть. Прохор тоже был совершенно неподвижен, и если бы я не вслушивалась в его мерное дыхание, то могла бы подумать, что я здесь одна. Но стоило прикрыть глаза и втянуть воздух, как я ощущала приятный мужской запах. Не тот искусственный аромат, что был на куртке, а настоящий, который сложно объяснить. Но чувствуя его, сразу понимаешь: рядом с тобой сильный, уверенный в себе мужчина.

Я пыталась лежать тихо и неподвижно, но от попыток уснуть уже совсем отказалась. Этому не способствовали ни периодический грохот снаружи, ни красивый мужчина под боком, который не делал даже намека на близость. Ну чего я к нему пристала? Лежит себе и лежит. Может, спит уже. Это я провалилась в свои женские мечты и никак не могу из них выбраться. Не хватает еще для полноты картины обидеться на Прохора за его бездействие. М-да. Давно я не ощущала себя такой идиоткой.

– Не можешь уснуть? – вдруг раздался его тихий, слегка хрипловатый голос.

– Угу, – только и смогла ответить я, пытаясь успокоить бешено рванувшее куда-то сердце.

Мужчина приподнялся на локте и повернулся ко мне. Яркая вспышка озарила спокойное лицо и легкую улыбку на нем. Он негромко заговорил, и я слушала его, ловя каждое слово.

– Я знаю, что это неправильно. Мы мало знакомы, и вряд ли нашу встречу стоит считать судьбоносной. Но я все смотрю на тебя и никак не могу избавиться от ощущения, что просто обязан тебя поцеловать.

Мужчина замолчал, вглядываясь в мое лицо, а я замерла. То ли от испуга, то ли от предвкушения. Казалось, он вот-вот наклонится и накроет мои губы своими. Жар прошелся по телу, окутывая приятным теплом. Но я молчала, путаясь в собственных ощущениях.

– Ась, – прошептал он, – я могу тебя поцеловать?

От такого прямого вопроса на меня нахлынуло волнение и пересохло в горле. Мысли заметались в панике и схлестнулись в смертельной битве. Одни кричали: «Да! Да!». Другие накинулись на них и вопили: «С ума сошла, дура!?». А я словно наблюдала за ними со стороны и, пока они между собой разбирались, успела молча кивнуть.

– Ты ведь понимаешь, что я не захочу останавливаться? – снова шепотом спросил Прохор.

Он не спешил накидываться на меня, давая время отступить. И опять ответом был мой молчаливый кивок под обреченный шлепок по лицу моей адекватной половины и победный танец второй, сумасбродной, частички.

Мной овладело легкое смущение, словно я была неопытной девушкой, а не замужней дамой. Я лежала и не двигалась, наблюдая, как он не спеша наклоняется ко мне. Еще мгновенье, и его губы коснулись моих. Тепло, почти невесомо. Ненадолго замерли, словно пробуя на вкус, и с неохотой отстранились. До чего же приятно. Мне так захотелось продлить эту нежность.

Следующий поцелуй не заставил себя долго ждать. Такой же трепетный, но чуть более требовательный. Он дразнил, ласкал и манил подыграть ему. И я поддалась на его игривый уговор. Прижалась к крепкому мужскому телу и с тихим стоном ответила.

Губы Прохора стали настойчивыми с легким налетом грубости, которая тут же сменялась томной лаской. Я не вытерпела и провела язычком по его нижней губе, и это окончательно лишило мужчину контроля.

Одним быстрым движением он подмял меня под себя и впился в губы с жаром, который перекинулся на меня и распалил внутри обжигающий огонь. Он требовал палить к чертям все условности и надуманные барьеры. Оставить только мужчину и женщину в том первозданном виде, что сотворила природа.

Одним рывком он снял с меня футболку и на секунду замер. Яркая вспышка услужливо подсветила мое голое тело для его жадного взгляда.

– Прекрасная, – прошептал он, наклоняясь ниже и медленно целуя мои уже припухшие губы. – Иди ко мне.

Горячий шепот опалил кожу, и сильные руки сжались чуть крепче, прошлись по спине, заставляя прогнуться, и зарылись в волосы. Легкие движения пальцев вызвали волну нежных мурашек. А следом его рука сжала волосы, вынуждая меня запрокинуть голову. Шею тут же покрыли жадные поцелуи. Кожа под ними горела сладким огнем, и мой тихий стон разрушил тишину.

Быстрым движением Прохор сбросил с себя остатки одежды и накрыл меня горячим телом. Вжался чуть сильнее и поймал губами мой очередной стон. Поцелуй стал жестче, неистовей и глубже. Он властно впивался мне в губы, требуя не менее яростного ответа. И я давала его. Отчаянно, страстно, почти до боли сминая его губы своими. Мы словно выпали из реальности, одержимые лишь друг другом и накрывающим нас удовольствием.

Поцелуй все не прерывался, и мы плавились от накатывающих сладких волн. Бесстыдно прижимаясь к крепкому телу, мне хотелось только одного: поскорее ощутить его целиком. Но он не спешил. Словно дразня, слегка отстранился, и его руки с нажимом заскользили по моему пылающему телу, вырисовывая каждый чувственный изгиб. Повторяя их путь, следом двинулись губы. Почти невесомыми движениями горячий язык прошелся по животу, заставляя меня выгибаться и желать большего.

– Такая нежная и сладкая.

Его ласковый шепот слился с темнотой, растворился в ней и коснулся меня словно перышко.

– Хочу тебя всю. Без остатка…

Горячее дыхание опускалось все ниже, и я замерла, чтобы в следующее мгновенье вскрикнуть от яркой вспышки удовольствия. Манящая и острая, она повторялась снова и снова, и с моих губ слетел срывающийся шепот:

– Еще…

И тут же я выгнулась в очередном сладком спазме. Мои руки гладили его широкие плечи и зарывались в короткие волосы. При слабом свете вспышек мужское