Эмоции словно книга - Катерина Крон

Что происходило дальше, было каким-то сном, передо мной стоял Стас, я вспоминаю что теть Шура всегда называла его Славой, потому что хотела Вячеслава, а дядя Олег настоял на Станиславе, и в итоге она ласково звала его Славушкой. Вот все и сошлось, Бойко, так вот почему я тогда при первой встрече подумала, что фамилия звучит очень знакомо.

— Привет, — он смотрит на меня и протягивает руку, а я смотрю на него, в полном недоумении.

Наконец я раздуплилась и протягиваю ему руку в ответ, — Привет…

Родители начинают хохотать, — Что Эвелин, красивый вырос? Не узнала бы его если бы встретила?

— Не узнала…бы…, — я сажусь за стол, — он обходит его, и слегка касаясь моей спины, садится напротив меня, — Я положу тебе салат?

Он подает мне тарелку, не отводя от меня взгляд, родители болтают о чем-то своем, когда я беру у него тарелку, он намерено касается моей ноги, я вздрагиваю и почти роняю тарелку, но он её поймал.

— Доча ты чего? — спрашивает папа.

— Мы с ним одногруппники.

— А точно! Слава мне говорил что-то об этом, когда рассматривал детские фотографии. Да точно, он сказал, что вы учитесь с вместе, теперь я вспомнила! Так вы оказывается знакомы?

Я с округленными глазами смотрю на него.

— Знакомы мам, но она меня не узнала, — с улыбкой говорит он.

— Кому вина? — произносит мама, смотря на теть Шуру, — Кому коньяк произносит папа, также посмотрев на дядю Олега.

Они наливают спиртное, и предлагают нам со Стасом.

— Спасибо мам, я выпью сока.

— А я с удовольствием попробую ваш коньяк, дядя Артур, — и папа наливает ему рюмочку коньяка.

— За долгожданную встречу! — Произносит теть Шура и все стукаются бокалами и рюмками.

Когда вечер подошел к концу, все уже были хорошо так расслаблены, кроме меня.

Дядя Олег звонит своему личному водителю и просит отвезти их домой. Стас вышел в туалет и что-то долго не возвращался.

— Дочь, пойди проверь, все ли в порядке со Стасом? — просит меня мама, и я ей киваю. Я подхожу к туалету чтобы постучать, а там никого нет, интуитивно я подхожу к своей спальне. Надо же, угадала, он калачиком лежал на моей кровати, уткнувшись в мою подушку, и крепко её обнимая.

Я стою возле двери и наблюдаю всю картину. Ко мне подходит его мама.

— Кажется сынок перебрал, Артур, Наташ, вы не против если он переночует у вас, не хочу его будить.

— Конечно, вообще без проблем! — любезно ответила им мама, — Поспишь сегодня в комнате сестры.

Мы проводили гостей, но не целиком. Он сейчас лежал в моей спальне, обнимая мою подушку.

— Идите отдыхайте, я все уберу, — говорю я родителям. Они несколько секунд спорят со мной что помогут, но я беру верх, и они топают в спальню, желая мне спокойной ночи.

Я домывают последнюю тарелку и вытираю руки полотенцем, чувствую на себе взгляд, его взгляд. Он стоял возле дверного проема скрестив свои руки на груди, он довольно улыбался.

— И давно ты так стоишь? — вытирая стол спрашиваю я.

— Только что пришел, ждал пока твои родители уснут, я слышал, как они хихикали и разговаривали. А когда замолкли, я решил выйти к тебе.

Его речь была чистой, и тут я понимаю, что он задумал.

Глава 14. Обида

— Так значит, ты не был пьян, верно? — я вытираю руки и скрещиваю их у себя на груди, повторяя его позу.

— Почему же, я пьян. — он начинает подходить ко мне, и приблизившись ко мне, оставляя между нами всего пару сантиметров произносит, — Но от тебя я пьян сильнее.

Он жалобно смотрит на меня и на мои губы, — Как же я хочу их поцеловать… Ви, давай поговорим, пожалуйста…, — просит он своим хриплым голосом.

— Хорошо…, — он берет мою ладонь и тянет к дивану, мы садимся на него, он не отпускает мою руку.

— Почему ты сбежала? Я места себе не находил.

— Стас…, — я громко выдыхаю и смотрю вниз, — я думаю, что у нас вряд ли что- то получится…

На секунду он замирает, затем его взгляд осматривает весь зал, он снова переводит его на меня и машет головой, — Ви. Я люблю тебя, что я сделал не так? Я думал ты… думал, что у тебя тоже чувства ко мне, я голову от тебя теряю, ты нужна мне Эвелина, я с ума схожу. Хочу снова прижимать тебя к себе, хочу целовать тебя, хочу снова слышать твои стоны, что же ты со мной делаешь…

Он встает, проводит рукой по волосам и отворачивается.

Мое сердце разрывается, я чувствую какие эмоции он сейчас испытывает, в моей груди сейчас царапаются кошки, мне больно все это слышать.

— Стас, — я подхожу к нему и кончиками пальцев касаюсь его затылка, он вздрагивает, — Повернись ко мне, — он аккуратно разворачивается.

Я кладу свою руку ему на щеку и не торопясь подтягиваясь к нему на носочках, и замираю в миллиметре от его губ.

— Ви, — он выдыхает мне в рот и рукой берется за мой затылок, сминает под своими пальцами мои волосы и немного отводит свою голову в сторону. Я смотрю на него, и вижу сколько боли в его глазах.

— Прости меня, пожалуйста, я просто. подумала о том, что рядом с тобой всегда какие-то девушки, они вьются во круг тебя как пчелы над медом. Я знаю, что спокойными наши отношения не будут, я схожу с ума от ревности даже тогда, когда вижу, что какая-то девчонка просто смотрит на тебя.

— Я разве в твоем присутствии, хоть раз, смотрел на кого-то еще? Да я не вижу больше никого кроме тебя! — он смотрит на меня бешеными глазами.

— Я ведь даже повода никогда не давал для ревности! Тебе Маша что-то наплела? Господи Эвелина, я бегаю за тобой как голодный пёс, которого ты косточкой поманила. Я такого никогда не чувствовал. Это меня должна вся эта ситуация пугать, а ты всего лишь…ты просто ревности испугалась? Черт, да я все нервы свои истрепал, думая, чем я мог тебя обидеть, думал, что ты признания моего испугалась, думал, что не чувствуешь ко мне ничего. Ви ты… ты просто, — он хватается обеими руками за волосы и делает шаг назад.