Кричи для нас - Молли Дойл

Натыкаясь на группу из четырёх человек, мы молча стоим за деревьями, наблюдая, как светящиеся палочки становятся все ярче и ярче по мере их приближения к нам.

Майкл выходит, вызывая у них леденящий кровь вопль, когда они бегут вверх по тропинке. Джейсон смеется над этой встречей, но Призрак хранит молчание.

Полностью на взводе. Кипящий от ярости.

— Что ты собираешься делать? — спрашиваю я его, глядя в тёмные глаза его маски.

— Я собираюсь напугать их, — холодно отвечает он. — Я хочу увидеть страх в их глазах.

Джейсон замедляет шаг, поворачиваясь к нам лицом и пятясь назад.

— Сколько? — спрашивает он, и от его делового тона у меня по спине пробегают мурашки.

— Они все работают в обители, — с тревогой отвечаю я. — Каждый из них до единого.

— Это много людей, — бормочет Джейсон.

— Всё в порядке, — отмахивается Призрак, когда мы останавливаемся, и он смотрит на меня сверху вниз. — Мне нужны имена.

— Имена? — спрашиваю я.

— Назовите тех, кто был худшим, — приказывает он. — Те, кто реально причинил тебе боль.

Воспоминания вспыхивают во мне, когда я на мгновение обдумываю свой ответ. Это совсем не сложно. Это просто.

— Парни были хуже всех, — осторожно отвечаю я. — Дерек. Джон. И Алекс.

— Хорошая девочка, — выдыхает он, лаская моё лицо. — Ты хочешь посмотреть, малышка Квинн?

Моё сердце колотится, когда я медленно качаю головой.

— Хорошо, — шепчет он. — Тогда ты останешься прямо здесь. Не двигайся. Что бы ты ни услышала или ни увидела, не двигайся с этого места.

— Хорошо, — шепчу я в ответ.

И они направляются к дому.

Глава 8

Призрак

— Заблокируйте главный вход, — инструктирую я Майкла, внутри меня кипит чистая ненависть, полная решимости вырваться на свободу в форме тотального хаоса. — Джейсон, ты прикрываешь выход. Напиши мне, когда последняя группа людей уйдет.

— К делу, — говорит Джейсон, исчезая за углом дома.

Майкл поднимается на верхнюю ступеньку, преграждая путь.

— Никого не впускать, — выдавливаю я, видя, что краснею. — И никого не выпускать.

Зайдя внутрь, я чувствую мрачную, серую атмосферу. Окна плотно заколочены, деревянный пол скрипит под моими ботинками, а музыка становится громче. Я осматриваю тускло освещенный коридор, никого не замечая. Даже через мою маску это место пахнет бензином от близлежащих машин и влажной древесины.

Мой телефон жужжит у меня в кармане.

Джейсон:

Последняя группа вышла

Вынимая нож из-за пояса, я заворачиваю за угол.

— Дерек, — зову я, дразня его, проводя по лезвию кончиками пальцев, пока адреналин бурлит во мне.

— Да, бро, — почти сразу же отзывается он. — Кто это?

— Приди и узнай.

Он выходит из-за фальшивой стены, одетый в свой дурацкий маленький костюм.

— Псих в маске с лицом призрака, — замечает он, смеясь. — Я тебя знаю?

Приближаясь к нему, я крепче сжимаю рукоять своего ножа.

— Не совсем, — отвечаю я. — Я друг Квинн.

На его лице появляется замешательство, когда он движется рядом с тусклым светильником на стене.

— Квинн? — спрашивает он.

Нетерпеливо склонив голову набок, я киваю.

— Что-нибудь напоминает?

— Точно. Да. Та странная маленькая сучка, чей отец покончил с собой, верно?

Отбросив его к стене коридора, я, не теряя времени, вонзаю свой нож ему в грудь. Хлещет кровь, хрустят кости. Снова и снова, и снова я потрошу его, окрашивая стены, полы и свою маску в красный цвет. Он захлебывается собственной кровью, булькает, наполовину рыдая, умоляя меня положить конец моей жестокой атаке.

Теперь уже ничего не остановить.

Я пообещал моей малышке Квинн, что заставлю их заплатить. Их жизнью.

Их кровью.

Его тело безвольно приваливается к стене. Выдёргивая лезвие из его грудной клетки, Дерек безжизненно падает на пол с тяжелым стуком.

Один убит.

Остальные следом.

Адреналин бурлит во мне, когда я врываюсь в другую комнату, замечая на сцене парня, одетого как чокнутый старый ученый. Какое грёбаное клише.

— Ты станешь моим следующим пациентом? — спрашивает он, повторяя свою банальную фразу, указывая на фальшивый труп на том, что кажется металлическим операционным столом.

— Нет, — рычу я, перепрыгивая через стол, когда он отшатывается назад. — Но ты станешь моим.

Он поворачивается, чтобы убежать от меня, потрясённый и сбитый с толку, пока я не вонзаю свой нож ему в спину. Покалеченный, он затем падает на колени в состоянии шока. Вот когда боль, наконец, пронзает его, пронзая всё тело. И он кричит одновременно от агонии и страха, когда я поворачиваю лезвие вбок в его плоти.

— Джон? — садистски спрашиваю я, требуя ответа.

— Д-д-да, — выдыхает он, падая на пол в конвульсиях.

— Джонни бой! — шутливо кричу я, вытаскивая нож, прежде чем закатать рукава.

Быстрым подбрасыванием в воздух я ловлю свой нож за рифленую рукоятку, прежде чем вонзить острый металл ему между лопаток следующим.

— Это за Квинн, — сухо бормочу я, пиная его под ребра. — По одному удару за каждый год, когда ты и твои друзья мучили её.

Раздается еще один хруст, когда я снова вонзаю в него нож. Снова. И ещё раз. В конце концов сбиваюсь со счёта в приступе ярости. Снова слышится бульканье. Тихие всхлипы отчаяния, когда он начинает ползти вперед, используя то немногое, что у него осталось.

— Как ты ещё не сдох? — шучу я, наступая ему на спину, теперь покрытую глубокими порезами и пропитанную кровью. Я цокаю на него языком. — Ты никуда не пойдешь, Джонни бой. Это та часть, где ты умираешь за то, что ты сделал с ней.

И как по команде, любой намёк на оставшуюся жизнь покидает его тело.

Джейсон входит в комнату, заставая меня врасплох, его куртка в пятнах крови.

— На заднем дворе в сарае есть бензин.

— Хорошая находка, — резко выдыхаю я, вытаскивая свой нож из плоти Джонни боя.

— Я захватил немного и оставил у задней двери.

— Где Алекс? — требую я, все еще кипя от злости.

Кивком головы он указывает на другой коридор.

И вот он в центре комнаты, прикованный к деревянному стулу, рот заклеен клейкой лентой. Мой член дергается при мысли о том, чтобы покончить с его жизнью.

Отомстить за малышку Квинн.

Это то ещё зрелище — видеть, как слезы текут по его лицу.

— Бедный Алекс, — цитирую я знаменитую фразу Призрачного лица. — Ты думаешь, это всё из-за тебя? Ты думаешь, что ты всё ещё звезда?

Он что-то бормочет в ленту, пока я не срываю её.

— Что это, чёрт