Эмиль. Забудь меня - Лена Голд

— Ты это вроде бы мне принес, не? — пробую на вкус напиток. — Отлично. Спасибо. Умеешь ты играть, Бестужев. И зачем ты ее отправил?

— А ты хотела, чтобы она тут оставалась? Не волнуйся, сегодня раз десять припрется. И тебе все мозги сделает, — поворачивает компьютер в свою сторону.

Я не отвечаю, и Эмиль тоже не продолжает вести диалог. Он изучает файл, а потом забирает со стола бумажку, где я написала неверные пункты.

— Верно ты все сделала. Но еще вот тут, — он тычет карандашом в еще одно предложение на экране. — Тоже под знаком вопроса. А также имя директора с ошибкой. Это явно проверка. Лучше бы ты, Глеб, свою безмозглую проверял, — последнее он говорит, конечно, не мне. И цедит сквозь зубы с раздражением.

Эмиль щелкает клавиатурой. Хмурится, что-то печатает.

— Что ты делаешь?

— Вот этот файл ему отправь и скажи, чтобы работал в следующий раз головой. Тут все исправлено как надо.

— Ты меня балуешь. Всю жизнь будешь за меня работать?

— Нет, конечно.

— Что я тебе должна? За помощь...

Я делаю очередной глоток кофе, не сводя взгляда с Эмиля, у которого в глазах моментально загораются хитрые огоньки. Сдаешь ты обороты, Бестужев. Я же вижу, как тебя привлекаю. Но ты упорно отрицаешь это своими словами.

— Сама придумай, — пожимает он плечами.

— Окей. Тогда с меня ужин. Но не сегодня. К отцу нужно будет заехать.

— Слишком ты обещаниями разбрасываешься, Арина. Вчера одно, сегодня второе... Не боишься? — скептически выгибает бровь, наклоняясь ко мне. — И... Лучше что-нибудь необычное придумай.

Снова провоцирует. Знает ведь, как я тащусь от его запаха. Как хочу близости. Но и сам он хочет, да только не поддается. Есть у него что-то в голове, что не дает сделать шаг ко мне.

Я никогда не любила игры или же сюрпризы всякие устраивать. Хоть подруги во времена университета постоянно меня подталкивали, чтобы я хоть как-то привлекла внимание, сильнее привязала к себе своего парня. Но я категорически была против. Потому что мужчины должны делать приятно женщинам, а не наоборот. Желания не было никакого. Я просто не любила его, что осознала несколько месяцев назад и сразу же рассталась.

С Эмилем же все наоборот. Любые безумства хочется в жизнь воплотить. И вот сейчас в голове пробегает коварный план, который я обязательно когда-нибудь реализую.

— Необычное, говоришь... — откидываюсь на спинку кресла. Чем дальше я от этой соблазнительной секси-машины, тем лучше. — Хорошо, тогда давай я тебе пообещаю кое-что неповторимое...

Эмиль усмехается. Оглядывает меня заинтересованным взглядом, скрестив руки на груди. Даже бровь вопросительно приподнимает. Мол, продолжай.

— В один прекрасный день, Бестужев, ты в точно такой позе будешь сидеть в кресле. В своем кабинете. Да только не один. А, например, с новыми напарниками, с которыми будешь обсуждать очень важные вопросы. И в какое-то мгновение почувствуешь на себе чужие руки.

Представляю перед глазами ту картину. Как сижу за столом, тянусь к пряжке его ремня и максимально тихо его расстегиваю. А потом прикоснусь к... МММ... Аж внизу живота тяжесть появляется...

— И? — спрашивает. Зрачки его расширяются, будто синева становится темнее.

— И ты не сможешь издать ни звука. Захочешь... Очень захочешь, однако не сможешь. Расслабиться не получится. Будешь ловить кайф, но не до конца. Желание придушить меня поднимется до максимума. Но и этого сделать не сможешь, потому что рядом будут свидетели. Догоняешь?

Догоняет он. Прекрасно знает, о чем идет речь.

Эмиль тянется к горлу, расстегивает верхние две пуговицы рубашки. Он сглатывает — кадык дергается. Ну и ну, Бестужев. Проверим твою выдержку на прочность, милый. В конце концов, ты сдашься.

— А я буду ждать того дня, Арина. С нетерпением, — хрипло и с нажимом. — И...

Договорить не успевает. Слышится трель мобильника. Эмиль достает его из кармана брюк, закатывает глаза, всматриваясь в экран. А потом принимает вызов и включает громкую связь.

— Эмиль, ты где? — голос Глеба.

— Сейчас поднимусь к тебе. Что-то срочное? — бросает холодно.

—Да. Надо поговорить. Насчет Арины.

Бестужев напрягается. Губы поджимаются в тонкую полоску. На лице ходят желваки.

Он отключается, не ответив Салтыкову. А потом бросает на меня равнодушный взгляд и направляется к выходу.

Не поняла я. В чем проблема Глеба и почему на меня Эмиль злится? Я-то тут при чем?