Соблазненная боссом - Юлия Бузакина

В разгар нашего импровизированного свидания в переговорную заглянула Карина.

– Даша! А босс где? У меня неотложный вопрос по ипотеке!

– Руслан Эдуардович уехал. Присоединяйтесь к нам, Кариночка! Я испекла чудесное миндальное печенье! – окончательно осмелев, я добродушно позвала подругу на чай.

Карина зловеще приподняла бровь.

– Ты что, кормишь этим печеньем всех подряд?!

– Ну, да… а что такого?

– Да оно же… заговоренное!

– Как, заговоренное?.. – опешила я.

Ужасно пендитный Власов замер, а потом вдруг поперхнулся кусочком печенья.

Выпучив глаза, он пытался вдохнуть, но у него ничего не получалось.

– Григорий Николаевич, вам плохо?! – испугалась я.

Карина со знанием дела размахнулась и ударила Власова по спине. Схватившись за горло, мой рыцарь начал отчаянно кашлять.

– Григорий Николаевич! – я кинулась к возлюбленному.

Карина уверенно подошла сзади и обхватила его за грудь. С силой сжала, и кусочек печенья выскочил у него из горла.

– Все нормально! Дышите, Григорий, дышите! Даша! Что ты стоишь?! Набери прохладной воды из кулера, сейчас брызнем, и будет, как новенький! – нервно улыбаясь, раздавала указания она.

Задыхаясь от паники, я бросилась к кулеру. Карина вырвала у меня стаканчик, набрала полный рот воды и уверенно оседлала распластавшегося на стуле Власова. Наверное, решила, что надо будет сделать ему искусственное дыхание.

– Что здесь происходит?!

Я подняла глаза. В дверях переговорной, картинно приподняв красивую бровь, стоял ошеломленный Бекетов.

Карина собиралась брызнуть водой в лицо Власову, но от испуга поперхнулась, и вода полилась нашему юристу на лицо и безупречный ворот белоснежной рубашки.

– Слезьте с меня! Немедленно! – захрипел он, и Карина начала сползать в сторону.

Власов принялся отряхиваться.

– Чтобы я еще раз пришел сюда на чай?! Да ни за что на свете!

Несколько мгновений он смотрел на меня полным ярости взглядом, потом погрозил пальцем и прохрипел, заикаясь:

– В…Ведьма!

Оттолкнув Бекетова, он шумно вышел из приемной.

Карина нервно сжала пластиковый стаканчик, выпалила:

– Извините!

И тоже ретировалась восвояси.

Мы с новым боссом остались наедине.

Бекетов был так близко, что я ощущала аромат его мужских духов с холодным морским ароматом.

– Даша… – вкрадчиво проговорил босс. – Вы что же, нарушили мой приказ и притащили сюда пить чай этого старого повесу? И украли мое печенье?

Его медовый голос отдавал совсем не медом.

На красивом лице сквозило какое-то странное выражение. Как будто он никак не мог решить, казнить меня прямо сейчас, или чуточку позже.

– Вы ведь приказали выкинуть это печенье, – чувствуя, как потеют ладони, пробормотала я. – А оно оказалось очень даже ничего! Вот мы и решили выпить с ним чаю – я, Карина и Григорий Николаевич. Ведь сейчас обеденный перерыв!

– Это было мое печенье!

– Вас что, печенья жалко?!

– Да! Если я приказал его выбросить, надо было это сделать!

– Оно оказалось заговоренным! Считайте, я спасла вас от чар неизвестной поклонницы! Знаете, как страдают те, кого привораживают?

– А что же вы тогда не приворожите своего Власова?! – ехидно хмыкнул Бекетов.

– Я не хочу! Это будет нечестно! Чувства должны быть искренними и идти от сердца… Впрочем, уже неважно. Власов обозвал меня ведьмой и больше никогда не обратит на меня внимания.

Печально вздохнув, я попыталась обойти Бекетова.

– А если бы он умер?! Задохнулся бы в нашей переговорной от кусочка печенья?! Нашей семье, по-вашему, мало скандалов?! – поймав меня за локоть, взорвался тот.

В серых глазах мерцал лед. Пальцы впивались в мой локоть все больнее.

Я отступала, он наступал, не давая мне вырваться, ровно до тех пор, пока я не оказалась прижатой к столу.

– Интересно, Лада Михайловна знает, что вы имеете склонность к воровству? – вдавливая меня в стол, выдохнул мне в лицо Бекетов.

– Вы приказали его выбросить! – возмущенно вскрикнула я.

– Я бы уволил вас, но не хочу нервировать Ладу накануне родов… – его пальцы скользнули по моей щеке, и он ухмыльнулся. – К тому же, мне интересно, как подействует заговоренное печенье на Григория Николаевича. Он ведь его отведал, и не одно? Верно, Дарья?

От того, что он был так близко, стало нечем дышать. Его было снова слишком много – много аромата холодной туалетной воды с примесью чего-то мужского, много черного цвета в его костюме, много презрения на его красивом лице… я задыхалась. Все, чего мне хотелось – влепить ему пощечину, но я не смела. Пощечину он мне точно не простит, а мне нужна моя работа. Только его семья сможет добыть квоту на бесплатное лечение моей сестры. Сейчас будущее Лизы зависело от этого наглого и эгоистичного сноба, который вызывал у меня глухое раздражение!

– Отстаньте от меня, – устало выдохнула я. – Вас слишком много, и вы нарушаете мои личные границы.

В его глазах мелькнуло торжество.

– Ну, нет! Сегодня вечером вы отправитесь со мной в одно жутко скучное место, а я, так и быть, постараюсь забыть, что вы украли мое печенье и скормили его Власову!

– Что за место? – оттолкнув его руку, я закатила глаза.

– Вы что, забыли про благотворительный вечер «Черная орхидея»? Вы же ничего не забываете, Даша?

– О, нет! – я испуганно прикрыла рот рукой. – Там определенный дресс-код, Лада Михайловна меня предупреждала! Как же я могла забыть?! Мое васильковое платье совсем не подойдет для такого вечера!

Он ухмыльнулся. Судя по взгляду, моя паника доставила ему удовольствие.

– Расслабьтесь, наряд для вечера уже готов. Надо будет только успеть заехать его забрать. Лучше вспоминайте, где лежит конверт с пожертвованием. Я не собираюсь платить из своего кармана кучке мошенников, собравшихся во имя спасения черных орхидей.

Бекетов наконец выпустил меня из своего плена и подхватил чистую белоснежную чашку. Налил в нее горячий чай из нового заварного чайника и осторожно отпил глоток.

– М-м-м, хоть чай вы умеете делать достойно, – похвалил меня он. – Надеюсь, в него никакого зелья не подсыпали?

– Что значит, «кучке мошенников»?! Средства с мероприятия пойдут на развитие малого бизнеса! – пропустила мимо ушей ненужную похвалу я. Если раньше он бесил меня своим хамством, то сейчас я была возмущена до глубины души.

– Да уймитесь уже! – отпив еще глоток чая, фыркнул Бекетов. – Есть благотворительные вечера, которые устраивают для помощи нуждающимся. А есть беспросветный эгоизм и восхваление себя любимых! «Черная орхидея» – второй вариант.

– Постарайтесь, чтобы никто не узнал о вашем мнении об устроителях благотворительной акции! Иначе все старания Лады Михайловны пойдут прахом.

Бекетов самодовольно фыркнул и отпил еще глоток чая.

– До начала вечера еще три часа. Будьте так добры, отнесите ипотечному брокеру папку с договорами. А в шесть часов вечера так и быть, сделаем вид, что я приглашаю вас на благотворительный вечер «Черная орхидея». И не забудьте отыскать конверт со взносом!

Подарив ему хмурый взгляд, я быстро вышла из переговорной. Пусть пьет чай в одиночестве, раз он такой мерзкий.

Глава 9. Дарья

Нравился мне Бекетов, или нет, а в шесть часов вечера я сидела в служебной машине рядом с ним и в душе лелеяла надежду вернуться домой хотя бы к десяти.

– Сейчас заедем за платьем для благотворительного вечера, – сообщил босс.

Я хмуро смотрела в окно машины.

– Надеюсь, в десять часов вечера я буду дома.

Он скользнул по мне насмешливым взглядом.

– Какая вы скучная, Даша! Разве вам не хочется хоть немного изменить каждодневный путь из офиса домой?

– Может, и хочется. Но не сегодня. Слишком длинный выдался день.

– Иногда выход за пределы зоны комфорта открывает много нового.

– Не в нашем случае. Я не люблю шумные сборища. Наверное, именно поэтому я забыла про сегодняшнее мероприятие.

– Можно подумать, вас там съедят! – он усмехнулся.

– Не съедят, но будут оценивать. А я не люблю, когда меня рассматривают.

Служебная машина свернула на парковку у одной из новостроек, и наш водитель заглушил двигатель.

– Здесь живет Любовь, – сообщил босс.

– Ваша? – приподняла