ДНК для олигарха - Виктория Волкова

— Наследство моего отца должно вернуться в семью, — каждым словом разрезаю воздух. — Выйдешь за меня замуж и передашь мне управление активами. Брак не будет номинальным.

— А если я не хочу? — она поднимает на меня  глаза, полные слез.

— Я не спрашиваю, а выдвигаю требования, — роняю холодно. — Соглашаться или нет, тебе решать. Но девочка в любом случае остается в семье. Она- Шершнева. Я думаю, тест покажет высокий результат.

— Тест? — изумленно смотрит на меня Кристина.

— Трубочку, из которой пила Лиза, я отправил в лабораторию. Официальное заключение будет уже сегодня.

— Вы не имели права, — в ужасе выдыхает она. Интересно, чего так испугалась? Где-то я надавил на болячку и сам не понял.

— Ты даже не представляешь, девочка, предела моих прав и возможностей. По большому счету его просто нет. Поэтому, советую перестать выделываться и согласиться на мое предложение.

— Мне нужно подумать, — шепчет она и на всех парах спешит к бассейну, где с кругом плавает Лиза.

Беги-беги, куколка! Далеко не убежишь. — Я лениво смотрю вслед и никуда не думаю уходить. Знаком подзываю Михаила, крутящегося неподалеку.

— Как обычно, Миш.

И пока наш бармен-официант в определенной последовательности смешивает водку с ромом, серебряную текилу и джин, я  как зачарованный гляжу, на Кристину. Моя будущая жена наиграно весело возится с дочкой в бассейне.

Непредсказуемая девица! Похоже, наш предстоящий брак не будет скучным!

12. Кристина. Внимание, тревога!

Наша комната после возвращения с собачьей фермы встречает нас первозданным видом. Широкая кровать посредине, прикрученная к стене плазма и устойчивый деревянный стол, на котором сидит пара кукол и лопоухий заяц. Никаких домиков Барби и кроватей с коронами. Только лишь горничная тщательно пылесосит ковролин.

— Ой, я не успела, Кристина Вячеславовна! — причитает она.

— Ничего страшного, мы погуляем, — успокаиваю ее поспешно.

Но возвращаться к морю не хочется.

Но как только устраиваемся около бассейна, снова приходит Матвей и угрожает. Даже слова не дает сказать в защиту. Упрямо гнет свое.

Нужно уезжать и как можно быстрее. Сбежать в Москву или в Питер. Там нас найти будет труднее.

Ярик обещал помочь. Пусть вывезет. Больше ни о чем его не попрошу.

Вернувшись в номер, лихорадочно перерываю сумку. Визитки нет. Испарилась!

Ну что я за дура такая! Почему не спрятала сразу. Тут столько народа прошло. Даже не знаю на кого думать. Горничные, рабочие, переставлявшие мебель. Может, и сам Шершнев заглянул.

С него станется!

— Почитай мне! Пожалуйста, — просит Лиза. Радостно подпрыгивает около чемодана, лежащего на низкой полке.

— Сейчас, родная, — киваю, потянувшись за ним. Но мой багаж кажется непривычно легким. Открываю судорожно. Так и есть! Ничего!

Чувствую, как меня накрывает бешенство. От одной мысли, что кто-то посторонний рылся в наших вещах, сами собой сжимаются кулаки. Что искали? Зачем? Дурдом какой-то!

Подскакиваю рывком и, выскочив за дверь, натыкаюсь на горничную. Теперь она вытирает пыль с золоченных рам написанных маслом картин.

— Настя, а куда делись мои вещи? И кто позволил открывать чемодан? — спрашиваю вроде спокойно, но внутри все клокочет от ярости.

— Так это обычная практика, — отвлекается от очередного завитка Настя. — У нас порядок такой. Всем гостям разбираем багаж и в гардеробной укладываем. А уж хозяевам тем более. Пойдемте, Кристина Вячеславовна, я вам все покажу.

Прикольно, конечно! Но я так жить не привыкла.

В гардеробной Настя открывает ящики комода и створки шкафа.

Наши вещи еще никогда не лежали в таком порядке. В шкафу на плечиках висят  отглаженные платья и даже футболки. А в ящиках ровными стопочками сложено белье и всякие мелочи. Идеально, но мне все равно не нравится.

-А где наши книжки? — интересуюсь спокойно. От моего раздражения не осталось и следа. Что толку выговаривать измотанной горничной, если мы собрались сбежать.

Жаль ее труд. Ну и мне придется все складывать обратно.

— Книги и игрушки здесь, — Настя возвращается в комнату. Быстро выдвигает ящики стола. Тоже ровные стопочки Лизкиных книжечек. Плюс фломастеры и раскраски. Весь нехитрый скарб, способный развлечь ребенка дорогой.

— Все  в порядке? — напряженно спрашивает горничная. Заглядывает в глаза. Видать, боится потерять работу.

— Да, спасибо, — киваю я, наблюдая за Елизаветой, подскочившей к столу. Дочка деловито что-то ищет. А достав книжку с ламинированными толстыми страницами, усаживается за стол.

— Мам, намочи, — просит, протягивая мне маленький замшевый лоскуток.

— Я сделаю, Лизочек, — перехватывает тряпицу Настя. Спешит в санузел. А когда возвращается обратно, в изумлении смотрит, как моя дочь деловито стирает прежние рисунки, сделанные фломастером.

— Ой чего только не придумают! — вздыхает она, направляясь к двери.

Сейчас уйдет и нужно будет сбегать на соседнюю виллу. Попросить Ярика…

Только я могла так облажаться!

В пляжной сумке надрывно звенит сотовый. Тот самый знакомый рингтон, которого я боюсь больше всего на свете. Необязательно брать телефон в руки. Я и так знаю этот злосчастный номер, заканчивающийся на три двойки.

По нашему давнему уговору с отцом я не беру трубку. Такой звонок означает только одно. Хватай Лизу и беги.

Но я сейчас застываю на месте. Пытаюсь выровнять дыхание. Все еще не веря, что прошлые беды снова вернулись в мою жизнь.

Обхватив горло ладонью, стараюсь справиться с подступившим спазмом.

«Дыши. Умоляю тебя, дыши, -велю самой себе. И не сразу замечаю обеспокоенное лицо горничной.

— Вам плохо? — причитает она и на всех парах несется вон из спальни, забыв закрыть дверь Бежит куда-то по коридору. Стучит в дверь.

Идиотка какая-то!

Чуть ли ни сразу в дверном проеме появляется насупленный Шершнев, а за его спиной маячит встревоженный Ярослав.

И если минуту назад мне срочно требовалось удрать с виллы куда подальше, то сейчас — нужен тихий угол. Затаиться на долгое время. Спутать карты моим врагам.

Что ж, для этого предложение Матвея подходит идеально!

13. Матвей. Она согласна!

«Я тебя дожму, — мысленно обращаюсь к Кристине. Пристально вглядываюсь в синюю гладь моря. Сама не заметишь как выйдешь замуж. Тогда моя милая мачеха не посмеет сделать заказ. Что ж за женщина такая, — вздыхаю, размышляя об Инне. — Почему ей всегда нужно кому-то нагадить? Не может без этого…»

А увидев, как по аллее к дому спешит Ярик, спускаюсь навстречу.

Решил приударить за нашей наследной принцессой? Не выйдет. Место занято. Кто раньше встал, того и тапки…

Чувствую как в груди закипает злость. Не злость даже, а самая настоящая ревность. Прислушиваюсь к себе. Пытаюсь унять дикую ярость. И тут же осаживаю себя.

«Она еще не согласилась, придурок!»

А вглядевшись в хмурое