Чужая судьба - Ирина Сафина

— Глупости. Тебе надо продержаться только четыре дня. Всего четыре! Потом вы с Викой поменяетесь обратно. За это время ты ничего не успеешь испортить! Зато можешь многое узнать от тетушки. Она ведь при смерти, больна, одинока, захочет исповедаться, как пить дать!

— Думаешь?

— Уверена!

Подруги смотрели друг на друга. Лиза все еще сомневалась, а Катькин взгляд буравил ее, подстегивал, ждал ответа.

Внезапно балконная дверь распахнулась и оттуда буквально выскочила взволнованная, но радостная Виктория.

— Все! — возвестила она. — Позвонил тетушкин юрист, и я сказала, что еду!

— Но я еще не согласилась…

— Лиза, прости, но времени совещаться не было. Я решила за нас обоих.

Лиза хотела возмутиться, но Катька вытащила из ее пальцев недокуренную сигарету и выбросила ее за балкон.

— Ну и отлично! Кто-то должен был решить за нее. Лиза у нас молодец, только раскачивается долго.

— Катя!

— Что Катя? Вика все правильно сделала, так и надо. Кто еще час назад говорил: «Я стала другой, стревой, решительной! Хочу перемен!». Там, в кафе, я тебе даже поверила.

Виктория слушала перебранку подруг с улыбкой.

— Это правда? — спросила она Лизу. — Ты хочешь стать стервой?

Лиза почувствовала, как начинают гореть ее щеки. Зачем Катька об этом сказала? Ведь это было настолько личное… Лиза опустила голову.

— Забудь… глупости это…

— Ничего не глупости! — возразила Виктория. — Это замечательно! Потому что я — стерва! Да, да! Настоящая стерва! К тому же я капризная, так что любую свою нестандартную выходку у тети можешь смело списывать на каприз, говорить: «Я так хочу!». Поверь, это никому не покажется странным.

— И еще Тори ужасно ленива, поэтому можешь особо не напрягаться по хозяйству, — заявил заглянувший в дверной проем Глен.

— Боже мой, — Лиза сидела, обхватив голову руками. Смысл содеянного только-только начал в полной мере доходить до нее. Она собирается совершить мошенничество! Выдать себя за другого человека! Но… разве не этого она хотела? Лиза вспомнила, как накануне, в порыве отчаяния, кричала в ночь, что хочет другую судьбу. Все исполнилось. Рядом стоит Виктория, и ей предстоит четыре дня жить чужой жизнью под чужим именем. Чужой судьбой.

Виктория не дала Лизе времени и дальше упиваться запоздалыми размышлениями. Она хлопнула в ладоши и заявила:

— А теперь прошу всех в дом, пойдем пить кофе, ночью спать не придется. Лиза, я дам тебе блокнот, будешь записывать все важные моменты. Прошу!

Всю ночь заговорщики, всей компанией, провели за столом в гостиной. Виктория показывала Лизе семейные фотографии, кое-какие дала с собой. Лиза записывала памятные даты и кратко о важных этапах жизни Виктории, также записала несколько существенных деталей: что Виктория любит из еды, что не ест совсем, а также другие мелочи. Несмотря на насыщенный событиями день и бессонную ночь, она не чувствовала усталости, только адреналин, предчувствие нового этапа в ее жизни. Будущее приключение будоражило кровь.

Единственное, о чем умолчала Виктория — это о Вильгельме и о Вячеславе. О Вильгельме, потому что это тайна для всех, кроме нее с Гленом, а о Вячеславе… Виктория сама не знала почему. Умолчала и все. Даже фотографию почти бывшего мужа не показала.

Утром, перед тем, как распрощаться, Виктория позвала Лизу в спальню. Пошарив в прикроватной тумбочке, достала оттуда свой паспорт и отдала его Лизе.

— А как же ты? — удивилась Лиза. — Тебе ведь в Германию ехать? Вдруг кроме заграна российский понадобится?

Виктория отмахнулась.

— Прорвемся! Знаешь, мне кажется, что нашу встречу готовили на небесах, — сказала она. — Так получилось, что у меня два паспорта. Год назад я думала, что потеряла паспорт, написала заявление, сделала новый, а потом тот, потерянный, нашелся. Он, конечно, недействительный, и кредит по нему не получишь, но на всякий случай в приложении к заграну сойдет, хотя вряд ли он вообще понадобится. Вот тебе без моего действующего паспорта никак. Я на этот паспорт тебе билет на самолет до Питера заказала. Так что — бери, пользуйся!

Лиза паспорт взяла.

— Билеты курьер привезет?

— Обещали где-то через час. Кстати! Чуть не забыла самое главное! — Виктория расстегнула блузку, сняла с шеи нательный крест и отдала его Лизе. — Возьми, это твоя визитная карточка. Крест золотой, с драгоценными камнями, антикварный. Мне его дядя Семен подарил на совершеннолетие. Можно сказать, что это его предсмертный подарок, через месяц дядя умер.

— Дядя Семен это муж тетушки? — на всякий случай уточнила Лиза.

— Молодчина! — похвалила ее Виктория. — Запомнила! Надень крест, я с ним никогда не расставалась, об этом все знают. Увидят крест, сразу сомневаться перестанут, решат, что ты — это я.

— Может, не надо…

— Надо!

Лиза с осторожностью приняла из рук Виктории драгоценность. Не очень большой, но ощутимый по весу крест был усыпан мелкими драгоценными камнями. Лиза камни любила. Ей даже удалось скопить деньги на хороший гарнитур — сережки и кольцо с изумрудами и бриллиантами. Она отдала за гарнитур почти сорок тысяч рублей и надевала его только по праздникам. А вот маленькие сережки с крохотными бриллиантиками носила постоянно и копила деньги на хороший гарнитур с сапфирами. Так что, Лиза камни любила, часто заглядывала на интернетовские странички заводов изготовителей, любовалась украшениями и считала, что уже может в них разбираться.

Крест с россыпью бриллиантов, рубинов и сапфиров был выше всяких похвал. У Лизы захватило дух. Несмело, с благоговейным трепетом она накинула на шею цепочку и застегнула замок.

— Где у тебя зеркало?

— Да вон же, — хихикнула Виктория, — целая зеркальная стена!

Лиза смутилась. Действительно, что-то она совсем растерялась при виде драгоценности! Сбоку от широкой двуспальной кровати — встроенный шкаф купе с полностью зеркальными дверцами. Лиза подошла и с восхищением затаила дыхание — так изысканно смотрелся крест на ее груди.

— Сними это немедленно! — раздался грубый Катькин окрик за ее спиной.

Увлеченная созерцанием себя, Лиза не заметила, как Катька с Гленом вошли в спальню.

— Почему? — возмутилась Лиза.

— Это я дала, — пояснила Виктория. — Это мой крест, я ношу его постоянно. Если он будет на Лизе никто даже не усомниться, что она — это я.

— Потому и сними! — настаивала Катька и протянула к Лизе руку. — Отдай немедленно!

— Кать, что за муха тебя укусила?

— Ты что, дура совсем? Не понимаешь?

— Катя, прекрати! Не сниму, так надо.

— Вы точно с ума посходили. Одно дело назваться чужим именем, подменить подругу, если вы так схожи, но другое — надеть чужой крест!