Две невесты - Кристин Лестер

Сегодня Сильвия гнала, как обычно, под двести. Она почти не спала ночью, поскольку хорошо отдохнула вчера на пляже, уснула только ближе к утру, а в десять вскочила и стремительно начала собираться. Перемерив весь доступный гардероб, она, наконец, нашла вполне приемлемыми для первого свидания салатовые бриджи и желтый топ, практически не прикрывавший ничего. Повертевшись перед зеркалом и послав своему отражению воздушный поцелуй в знак одобрения, Сильвия отправилась в город.

Конечно, она неимоверно опаздывала, как минимум на час. Ведь вчера, когда они с Алексом встретились на площади, было чуть больше девяти утра. А сейчас уже почти одиннадцать.

Но больше всего ее волновала вовсе не собственная непунктуальность, а вопрос о том, стоит ли говорить Алексу, что он был замечен с другой женщиной. И если говорить, то как преподнести?

Жаль, что нельзя закатить сцену ревности, это будет неосмотрительно, ведь сейчас именно она находится в уязвимом положении. И не то чтобы ей был нужен именно Алекс… нужен просто мужчина.

Как все сложно! — подумала Сильвия, миновав полицейский пост на въезде в город. Еще вчера она иронизировала в адрес Люсьены, а сегодня сама готова строить глазки из корыстных соображений. Впрочем, ее корысть выглядит намного благопристойнее: ей всего лишь надо на несколько дней отвлечься от ненавистного Людвига и заодно… заодно доставить себе удовольствие от общения с красивым мужчиной. Душевное и телесное, что уж тут скрывать.

И, будь у Алекса не одна жена, а целый гарем, она все равно заведет с ним роман! Да, заведет. И прямо сегодня.

В её воображении уже начали рисоваться бурные любовные сцены где-нибудь среди заветных пляжных тропинок. Или — на яхте. Ведь по большому счету яхта для того и нужна.

А может быть, ей удастся уговорить Алекса поселиться у мадам Сиси? Сильвия внезапно рассмеялась: тогда ей самой придется потребовать лишний номер. Ох, как они вчера с мадам Сиси смеялись над Люсьеной! А теперь…

Резко вырулив на знакомую площадь, на то же самое место, где вчера загородила Алексу все пути к отступлению, Сильвия остановилась. Откуда-то сзади послышался вой сирены, через минуту возле нее остановилась полицейская машина, из который вышел озадаченно-грустный мужчина в форме патрульного.

— Черт, откуда они так быстро успели материализоваться? И что им надо? — пробормотала она. Раньше ей никогда не приходилось иметь дело с полицейскими, да еще и французскими. И теперь было откровенно страшно: что с ней сейчас сделают?

Но ей просто выписали штраф за превышение скорости, попросили показать права, страховку на автомобиль, а потом пригласили проехать с ними в полицейский участок, потому, что машина отправляется на штрафную стоянку.

И вот тут-то Сильвия испугалась по-настоящему. Все произошло так быстро, что она ничего не успела понять. Только что она мчалась на свидание с мужчиной, и единственное, что терзало ее сердце, — вопрос, спать или не спать с ним прямо сегодня. И вдруг — полицейские. К сразу — страшно, тревожно и обидно. А главное — непонятно.

Как же она будет жить без машины? И без документов? И вообще, в чем она виновата? И откуда ей взять так много наличных… Ужас как много!

— Порча городского имущества, принадлежащего местному муниципалитету… — прочитала она на квитанции. — Осквернение и оскорбление… Бред какой-то! Какого имущества? Вы в своем уме?

— Вы еще рискуете быть оштрафованной за оскорбление должностного лица.

— Что-что?

— Говорите со мной повежливее, это, во-первых.

— А во-вторых?

— А во-вторых, вы оцарапали столб.

— Что-что?

— Что слышали. Только что вы проехали на недопустимой скорости мимо моего поста, потом задели вот этот столб.

Сильвия непроизвольно оглянулась в ту сторону, куда указывал страж порядка. На медном столбе и правда виднелась царапина, но уже старая и вряд ли от ее автомобиля.

— Бред какой-то, — повторила она. — Чем я его могла оцарапать, ногтем, что ли?

Он устало вздохнул:

— Не знаю, мадам. Но это — центральная площадь нашего города, а вы ее оскверняете.

Сильвия посмотрела на полицейского исподлобья: интересно, может, он нетрадиционной ориентации? Иначе, почему на него не действуют ее улыбки? Кажется, чем больше она хочет его очаровать, тем злее он становится.

— Н-да, — скривив губы, произнесла она. — Попала я.

— Послушайте, мсье, — вдруг сказали у нее за спиной на ломаном французском.

Сильвия заулыбалась: Алекс!

— А не слишком ли много для одной прекрасной юной француженки, которая и за рулем-то, может быть, сидит второй раз в жизни. Посмотрите на нее, она же мухи не обидит!

— Вряд ли. Она получила права шесть лет назад, как следует из ее документов. К тому же сильно превысила скорость и оцарапала…

— Да не царапала я ничего!

— Конечно, она ничего не царапала, мсье!.. Постойте. Вы сказали, шесть лет назад? А мне вчера показалось, что ты виртуозно водишь для первого раза, сестренка. — Алекс устремил на нее хитрющий взгляд, отчего Сильвии захотелось его задушить, не сходя с места.

— Спасибо за комплимент! Сейчас мне это очень поможет!

Алекс, как ни в чем не бывало, повернулся к полицейскому:

— Иногда с ней совершенно невозможно разговаривать. Но вы уж ее простите!

— Вы хотите сказать, что она вчера впервые села за руль?

— Да. Представьте себе. Она вела машину так медленно и осторожно, что я, привыкший гонять в своей стране на максимальной скорости, был просто обижен такой манерой вождения.

Полицейский явно начал нервничать:

— Что вы мне морочите голову? Какое вчера… Шесть лет… Будьте добры, оплатите штраф через банк! Машину я забираю.

Сильвия тотчас кинулась к нему, молитвенно сложив руки:

— Ну, пожалуйста! Ну не забирайте ее! Меня папа отругает!

— Прошу вас. Моя… сестренка… — Алекс снова выразительно посмотрел на нее, — очень пунктуальный человек. Мы с ней опаздываем на одно важное мероприятие, где нас ждут. Поэтому она так и гнала.

— Что за чушь? Вы американцы?

— Да.

— Вот и гоняйте сколько влезет в своей стране. А в нашей будьте добры соблюдать закон.

— Хорошо. Мы обязательно будем соблюдать закон. Могу я забрать хотя бы свою… сестру?

— Можете.

— А машина?! — обиженно воскликнула Сильвия.

— Машина будет отправлена на штрафную стоянку, как я уже сказал. И будет находиться там, пока вы не заплатите все штрафы. Я вас больше не задерживаю. Всего доброго. — Полицейский развернулся и зашагал к своей машине.

— Какой ужас! Какой ужас! — повторяла Сильвия, нервно перешагивая через бордюры. Ноги почти не слушались, и, если бы не Алекс, который бережно поддерживал ее под локоть, она уже несколько раз рисковала споткнуться и упасть.