Забытая ночь - Ксения Суханова

- Покиньте, пожалуйста, мой кабинет. - сквозь зубы произношу и отталкиваю мужчину от себя, вскакивая с места.  - Дверь можете не закрывать. 

Я подхожу к окну, скрещиваю руки на груди и прикрываю глаза. 

Я даже не представляю, кто этот Некрасов. Я знаю про Злату, а он - нет. Я знаю ту девушку с фотографий, Нику, очень хорошо знаю. То есть, знала... Я понятия не имею, что с ней сейчас, жива ли она, а если да, то не знаю, чем живет, чем дышит... 

Злата - это единственное, что осталось от прежней жизни. Она - мое всё. А он - простой прохожий, которому нет дела до моих проблем. И никогда не будет. Власов не понял бы, не стал вникать во всю ситуацию. 

Он просто уйдет, как сделали это мои родители. Так проще. 

Почему я вообще рассматриваю его как человека, которому можно было бы довериться? Это не та ситуация, Аня. Совсем не та. 

Куча сумбурных мыслей мешает мне сосредоточиться. 

- Ты же умная, да? - внезапно, Демьян разворачивает меня к себе, обхватывает горячими ладонями лицо и прижимает спиной к прохладному стеклу. - Ты же понимаешь, что рано или поздно я узнаю обо всём, что меня интересует. А сейчас, именно сейчас, я даю возможность самой рассказать о том, что связывает тебя и Нику. Пока мои люди не стали рыть землю, по которой ты ходишь. - с холодной усмешкой произносит, пристально смотря мне в глаза, а затем приближается. - Уверяю, лучше бы тебе самой начать свой рассказ. 

- Можешь начинать копать, Власов. - с такой же, холодной улыбкой отвечаю мужчине, смотря в его темные, как ночь глаза. 

Мне нечего ему сказать. 

- Ты так в этом уверена? - руки перемещаются на шею, потом на грудь, исследуя каждый сантиметр моего тела. 

- Да, и уберите от меня свои руки. - я с отвращением смотрю на мужчину. 

Нельзя показывать свой страх, Аня, нельзя. Такие люди как Власов, имеют много общего с хищниками, которые загоняют в угол свою жертву, а потом наслаждаются их страхами, постепенно убивая. И это не имидж - это его суть. 

Но мне не понятны его движения, прикосновения, поглаживания... В них отсутствует логика. 

- Хорошо, Анюта. Это твой последний рабочий день. - он резко отпускает меня и вытирает руки о синий пиджак, который, как бы это печально не звучало, отлично на нем сидит. - Можешь начинать паковать свои не многочисленные вещи. 

Добегалась. 

И что мне делать в данной ситуации? 

Зарычав от безысходности, я принялась перебирать в голове всю нецензурную брань и гипнотизировать дверь, за которой скрылся начальник. 

Вряд-ли Власов сможет узнать, что произошло восемь лет назад. Ему могут сообщить только то, что есть в документах. А в документах чисто. Его люди не смогут ничего конкретного найти. 

Зачем искать то, чего никогда не было, так? 

О знакомстве с Никой я могу и сама ему рассказать, но, почему-то мне кажется, что его беспокоит не сколько моё общение с Вероникой, сколько призрачное знакомство с неким Некрасовым. 

Сейчас меня больше всего волнует другой вопрос. Меня и правда уволили? За секс с начальством или, все же, за нежелание рассказывать о личной жизни? 

Если столько думать, то можно и свихнуться. Вернувшись за письменный стол, принялась считать оставшееся время до обеденного перерыва. Как назло, я не могла сосредоточиться на работе. А нужно ли мне работать в такой ситуации? 

- Спокойно, Аня, спокойно... 

Эти несколько часов тянулись вечность, я успела поиграть в пасьянс, отсортировать папки на рабочем столе по алфавиту и еще раз сыграть в пасьянс. Когда, наконец, наступило время обеда, я мигом собралась и выбежала из кабинета в направлении лифта. 

Начальство начальством, а еда по расписанию. Тем более, что обед у меня намечается в компании очень хорошего человека. 

Спустившись в холл первого этажа, я сразу направилась к главному выходу, именно там меня уже ждал Илья - мой единственный близкий друг. Мы с ним познакомились около семи лет назад, когда я пришла на подработку в одну из строительных фирм. В мои обязанности в основном входила готовка кофе и чая начальству, в некоторых случаях я разносила документы по кабинетам, но случилось так, что компанию настигло полное банкротство и её выкупил один из конкурентов за бесценок. 

Этим конкурентом и стал Илья Афанасьевич Кошелев. Неформально заговорили мы еще через несколько лет после знакомства, но айсберг был повержен и расколот на части. Я не могу описать словами, насколько важен этот человек в моей жизни и сколько он для меня сделал. 

- Кого я вижу! - громко восклицает молодой мужчина и направляется ко мне, широко распахивая свои объятия. - Ну что, деловая колбаса, идем обедать? 

- Привет! - я, не обращая внимания на странно поглядывающих на меня коллег, с разбега врезаюсь в друга и крепко его обнимаю. - Не колбаса, а колбаска. Чего так грубо? 

Рассмеявшись, он отстраняется, берет меня за руку и ведет в сторону от офиса. 

- Ну, рассказывай, что у тебя произошло и почему ты вчера отменила нашу встречу? 

- Нуу... - дернув его на себя, заставляю придвинуться ближе и заговорчески проговариваю: - Тебе правду или можно солгать? 

- Правду, Аня, только правду. - мужчина обнимает меня за плечи. 

Погода, кстати, просто отлично подходит для пешей прогулки. Небо, насыщенно синего цвета, что завораживает, подчиняет своей красотой и неотразимостью. Ослепляюще яркое солнце отражается от небоскребов, расположившихся вокруг нас, заставляет натянуть солнцезащитные очки как можно выше на переносицу. Шум города, без которого я уже и не представляю жизни, придает уверенности, отгоняя тревожные мысли, которых в последние дни слишком много. 

- Для начала хочу сказать, что я - самая настоящая дура. 

- Это я и так знал. - хмыкает и ободряюще сжимает мое плечо. - Дальше, Ань.