Мечта балерины - Мэгги Кокс

— Как твоя голова?

Она подняла глаза и увидела Мака, который с улыбкой смотрел на нее. На нем тоже был белый халат, волосы были гладко зачесаны назад, с лица исчезло выражение беспокойства. Он сразу помолодел, вид у него был почти мальчишеский. Сердце Тары пропустило удар.

— Больше не болит, — прошептала она.

— Значит, мы не зря приехали?

— Не зря. Мне очень понравилось.

— Отлично. — Подвинув ближе соседний стул, он сел, улыбаясь Таре. — Ты совсем не жалеешь себя.

— Кто бы говорил.

Смущенный взгляд ее зеленых глаз сладко тревожил его расслабленное тело. У него мелькнула мысль, что под халатом у Тары, наверное, ничего нет, и ему снова захотелось увидеть жену обнаженной. Но не просто еще раз… Ему хотелось быть с ней всегда, пока смерть не разлучит их, как они когда-то поклялись друг другу. Его грудь заныла от непреодолимого желания. Никакой успех в делах не мог сравниться с тем, что он испытывал рядом с Тарой. Рядом с ней он чувствовал себя настоящим мужчиной. Как он мог упустить главное в погоне за карьерой? В рекламном мире его называли волшебником, потому что ему удавались самые сложные проекты. Его рекламные кампании отличались высоким уровнем, в них использовались самые последние достижения, они были прекрасно продуманы. «Произведение искусства» — такую оценку дал один восхищенный деловой аналитик в центральной газете. Но в своей семейной жизни Мак отнюдь не был волшебником. Он был скорее разрушителем.

Мак молчал, и Тару это удивило. Ей показалось, что в его глазах снова появилось беспокойство, и прежде чем успела подумать над своим действием, она дотронулась до его колена.

— Ты опять нахмурился, — сказала она. — Что такое. Мак? О чем ты думаешь?

Взглянув на ее изящную белую руку на своем колене, Мак с трудом перевел дыхание. Откуда ей знать, что ее прикосновение сжигает его, причиняет боль, и ее не утолит ни новое прикосновение, ни близость. Только искупив эту ужасную пятилетнюю разлуку, он сможет обрести покой.

— Я решил поехать в путешествие.

— О! — Тара резко отдернула руку, как будто ее ужалили. Разочарование и боль сдавили ей горло.

Чтобы скрыть свое смятение, она стала перелистывать журнал, лежавший у нее на коленях, но текст и картинки расплывались у нее перед глазами.

— Я хочу, чтобы ты поехала со мной.

Ее сердце забилось, как бывает, когда нечаянно оступишься.

— В путешествие? Куда?

— В Ирландию. У моего друга там дом, совсем рядом с морем. Я не гарантирую хорошую погоду, зато у нас будет достаточно времени побродить по пляжу и заново узнать друг друга. — Он испытующе посмотрел на удивленную Тару.

— Когда ты думаешь ехать?

Он вздохнул с облегчением. Она не сказала бесповоротное «нет».

— Завтра или послезавтра. — Он считал, что ехать надо как можно скорее.

— И надолго? — Тара накручивала на палец прядь волос.

— На сколько захотим. Дом будет свободен до Рождества.

— Ax, Мак! — Тара вдруг в волнении вскочила на ноги, прошлась по комнате и остановилась, глядя ему в лицо. Гладкий деревянный пол остужал ее горящие босые ступни. — Нам надо прекратить мучить друг друга и развестись! Мы обманываем себя, надеясь все исправить!

Теперь и Мак поднялся.

— Как ты можешь говорить, даже не попытавшись? Ты все еще мне не безразлична, Тара. Поэтому я и хочу попробовать снова.

Тара была тронута искренностью его завораживающего голоса.

— Но ведь ты собирался жениться на другой, тихо произнесла она, не в силах скрыть дрожь в голосе.

Его ноздри чуть раздулись.

— Нет. Я понял, что должен прислушаться к своим чувствам, прежде чем сделать такой серьезный шаг. Амели не создана для брака.

— А ты?

Ее вопрос повис в воздухе, как топор, готовый рассечь бревно пополам. Мак опустил голову.

— Я изменился, Тара. Я жил не правильно. Все люди ошибаются.

Тара смущенно кивнула. Конечно. Она и сама не раз ошибалась.

— Хорошо, я поеду в Ирландию. Мы поговорим, поживем вместе какое-то время… Но я ничего не могу обещать. И настаиваю на том, чтобы жить в разных комнатах.

— Это все, на чем ты настаиваешь? — Мак не мог не улыбнуться. Тара согласилась поехать с ним, значит, рано или поздно, она уступит. Она обманывает себя, если думает, что притяжение между ними исчезло. Короткие вспышки страсти между ними превратятся в настоящее пламя.

— Мне нужно привести себя в порядок. — Непринужденно взглянув на Мака, Тара повернулась и направилась в женскую комнату.