Хозяйка покинутой усадьбы - Юлия Нова

Я же поняла, что мне срочно следовало съездить в город и дать нужные распоряжения в лавке. Да и в поместье не мешало заехать, и не только из-за приказа короля. Была у меня та самая идея, которую я всё равно собиралась воплотить. Но во время обеда я донесла только официальную причину поездки.

Улия удивила, попросив составить мне компанию. А на вопрос брата, зачем, решительно ответила:

— Все в замке готовятся к встрече с его величеством. Знаю я, куда всё дальше пойдёт. Скоро ты совсем запретишь куда-либо ездить. Тогда уж напоследок проветрюсь. Да и зимний сад очень хочется посмотреть. Тот, что я и помогла укомплектовывать. Ты же не откажешь мне, Лиса?

Улия взяла пример с Кирана и это имя уже стало домашним для всех. Если бы она знала, что я задумала, думаю, она бы просто побежала за мной. В этой милой девушке, любившей растения, авантюрный дух точно имелся. Просто она его как раз и выражала в экспериментах с её любимой флорой.

У меня появилась одна идея. Я уже поняла, что Улия не примет от меня отказ.

«Значит, будет сообщницей в моём деле» — решила я.

Всё дело было в том самом золотом концентрате, который я и хотела преобразовать из золотого корня. Его можно было спокойно купить в лавке в Аране. Вот только он был и у Улии в зимнем саду, она его специально выращивала в грядках, чтобы остальные растения не болели.

Поэтому я пообещала юной авантюристке секретный ритуал, если она соберёт золотой корень, желательно всё, что можно было забрать без ущерба остальным растениям, и возьмёт его с собой. Нет, корень я могла бы купить и в городе. Вот только качество у Улии точно было на высшем уровне. А как там было у незнакомого продавца, я понятия не имела.

Улия решила, видимо, что это огромная тайна, но Киран перед тем, как отпустить нас в поездку, поинтересовался:

— И зачем вам столько этого корня? Что вы собираетесь с ним делать?

Я хмыкнула, а моя юная сообщница замерла, она как раз говорила слуге, куда его стоило положить, чтобы он не промёрз. Я даже не удивилась, что Киран знал всё, что делала его сестра. Тем более пытаясь так явно сохранить это в секрете.

— Киран, мы хотели с Улией провести очень важный и тайный эксперимент… — И видя, что жених заинтересованно начал слушать, продолжила: — То, что поможет нам быть такими красивыми и милыми глазу.

Разговор о женских штучках — лучший способ отбить у мужчины интерес. Вещи были уложены и мы уселись в карету. Улия с восхищением посмотрела на меня и даже захихикала, поделившись своими переживаниями:

— Я так растерялась, Лиса. Думала всё, по привычке расскажу всё Кирану. А если попытаюсь что-то утаить, он же сразу поймёт по мне.

— Вот, учись, пока можешь. Мужчины не любят всех этих разговоров о женских делах. Тебе в будущем точно пригодится. Слушай, а, может, сначала съездим в мою лавку в Аране. Посмотрим, может, что и для себя выберем. Уверена, когда городские модницы узнают, что золотой нити теперь долго не будет, они снесут оставшееся в момент.

Вот так, в хорошем настроении ближе к вечеру мы и приехали в моё поместье. Всё было готово для размещения гостьи, да и Улия была неизбалованной девушкой. Я даже не удивилась, что она почти сразу направилась в зимний сад, на верхний этаж.

Я зашла туда позже, через полчаса, отдав все распоряжения. Пока мы ехали, я поделилась в ней, что несколько обычных шелковиц, оставленных мной в саду, уже поменяли свои свойства. Ими кормили колонию золотых шелкопрядов, которых я тоже успела изменить.

Улия встретила меня, полна энтузиазма, показывая на невысокие ещё преображённые мной деревья. А я положила на рабочий стол то, что захватила с собой. Я за ним быстро пристрастилась работать, когда бывала в поместье наездами.

И на её восторги я резонно ответила, показывая на тот самый порошок, которым посыпали деревья, сгнивающие на корню. Это не давало заразе распространиться, а иногда, на начальном этапе заражения, спасти часть посадок золотой шелковицы.

— Когда ты вынесешь наружу эту красоту и посадишь, сколько, думаешь, она проживёт? Споры этой гадости очень летучи. Нам нужно понять, как на этапе преобразующего ритуала внести в золотой концентрат вот этот чудодейственный порошок. Ты, насколько я знаю, даже училась этому.

Глаза юной Улии загорелись в предвкушении, и она стала разглядывать то, что я положила на рабочий стол, обращаясь ко мне:

— А где те твои расчёты, по которым у тебя получилось преобразовать обычную шелковицу?

Через полчаса вдумчивого изучения всего того, что придумал учёный, который и оставил мне книгу, Улия вынесла вердикт, искренне восхищаясь:

— Какая простая и гениальная задумка, Лиса!

Я кивнула, понимая, что впереди нас ждало немало совместных часов подсчётов, проб и ошибок. В результате я не сомневалась, у нас просто не было другого варианта.

Глава 97

Конечно, мы не отправились спать, чтобы с первыми лучами солнца приступить к экспериментам и к изменению последовательности ритуала или рецептуре, по которой готовили золотой концентрат.

Как бы не так! Мы начали сразу же, причём с расчётов. Я показала Улии, к чему пришла, она внимательно изучила и решила зайти совершенно с другой стороны. Удивительно, но вдвоём нам удалось рассчитать всё в точности, чтобы не переделывать сильно весь ритуал. Зелье мы сварили уже к середине ночи. И оставили остывать, чтобы наутро проверить результат.

Спала я беспокойно, а с первыми лучами что-то погнало меня обратно, в мою рабочую комнату. Только я разлила зелье на пару порционных флаконов, как на пороге возникла Улия.

Небольшой надел рядом с поместьем уже был засажен шелковицей, только она была самая обычная. Порошок с собой я взяла, но не спешила посыпать им землю, мне нужен был точный результат. Порошок на ту площадь, что я планировала засадить шелковицей, обошёлся бы слишком дорого, не было у нас таких средств. А вот зелье, способное не только изменить дерево, но и бороться с новой заразой, было очень выгодно. И не только для нашего скромного надела. Для всего королевства. На пороге войны где наше королевство возьмёт свободные средства?

Так я и размышляла, а Улия с таким восторгом слушала меня. Думаю, она и так была готова помогать мне, она любила флору и переживала за гибель растений. А уж полистав ту