Горячие сердца - Патриция Хэган

Китти стояла у окна спальни, глядя в сад, но ничего не видя перед собой. Как мог Тревис пойти на такое? Она прикусила губу и обернулась, окидывая взглядом опустевшую комнату. Как он мог забрать с собой беспомощного младенца, нуждающегося в постоянном уходе? Как надеялся дать ему все необходимое? От Северной Каролины до Луизианы путь неблизкий. Неужели он поедет верхом, с шестимесячным малышом? Чем будет его кормить? Откуда ему знать, какая еда нужна грудному ребенку? С той ночи прошла уже целая неделя. Возможно, сейчас они уже в Луизиане.

Прижав дрожащие пальцы к вискам, Китти попыталась собраться с мыслями. Кори похоронили три дня назад без особых церемоний – присутствовали священник, неохотно согласившийся прийти, и несколько слуг. Хьюго убили той же ночью, так же как и Рэнса. Прислуга приводила дом в порядок после учиненной в нем резни, а Китти почти все время сидела у себя в комнате то молясь, то проклиная судьбу.

Теперь у нее были деньги, много денег, и все они принадлежали ей одной. Предсмертные слова Кори не были ложью. Неприятный адвокат из Голдсборо, навестивший ее в день похорон, сообщил о том, что она унаследовала все имущество мужа. Она стала весьма состоятельной женщиной, но ее занимало лишь одно: как привезти Джона обратно из Луизианы.

Она принялась нервно ходить по комнате, пытаясь представить Тревиса с их сыном в старом фамильном доме Колтрейнов среди болот Луизианы. Он часто описывал ей в своих рассказах сколоченный из неотесанных бревен домик на высоких сваях, стоявший на самом берегу реки, где на многие мили вокруг не было ничего, кроме болот. Тревис и его семья искони жили в этом краю – ловили рыбу, ставили ловушки на диких животных и продавали кожу аллигаторов заезжим торговцам.

Ее глубокое раздумье прервал робкий стук в дверь.

– Да? – отозвалась она резко. – Кто там?

– Это я, мисс Китти, – донесся до нее сквозь сосновую дверь голос Лотти. – Внизу вас ждет гость. Я говорила ему, что вы строго-настрого запретили кому-либо вас беспокоить, но он сказал, что если я не пойду и не доложу вам о нем, то он сам поднимется. Я просто не знала, что мне делать.

Вздохнув, Китти направилась к двери и распахнула ее. Лотти, понурив голову, теребила в пухлых руках фартук. Китти пожалела ее и мягко спросила:

– Кто ждет меня внизу, Лотти? Кто хочет меня видеть?

– Тот человек. – Негритянка осеклась и подняла заплаканные глаза. – Тот самый, что убил масса Макрея. Хватило дерзости явиться сюда после того, что он сделал. Ему-де нужно вас видеть.

– Ты говоришь о мистере Дантоне? – переспросила Китти недоверчиво. – Он здесь? В этом доме?

– Да, мэм.

Китти затаила дыхание.

– Хорошо. – Она сгорала от любопытства. – Спущусь вниз и узнаю, что привело этого человека в наш дом. Я-то думала, что он в тюрьме.

Шелестя юбками, она прошла мимо Лотти, не спеша проследовала по коридору и спустилась по лестнице вниз, где у парадной двери стоял Джером Дантон. Она молчала и, опираясь на перила, смотрела на него.

– Китти, я должен с вами поговорить… – начал он и бросил взгляд на двух слуг, которые вертелись поблизости, не сводя с него широко раскрытых от изумления глаз. – Есть ли в доме место, где мы можем побеседовать… наедине?

– В гостиной, – произнесла она холодно и, приподняв юбки, пошла впереди.

Как только двойные двери закрылись за ними, Китти обернулась и оказалась с ним лицом к лицу.

– Перейдем к сути дела. Зачем ты пришел?

– Похоже, ты сердишься на меня. – На его губах играла улыбка. – Китти, я оказал тебе услугу, прикончив твоего мужа. Ты его никогда не любила, сама говорила, как жестоко он с тобой обошелся. Он был порочным человеком и заслужил смерть.

– Значит, ты пришел не за тем, чтобы выразить свои соболезнования безутешной вдове?

– Ты отнюдь не безутешная вдова, – усмехнулся он, – и я ни о чем не сожалею. Причины, которые привели меня сюда, сугубо личные.

– Вряд ли нам с тобой есть что обсуждать. И почему ты не в тюрьме?

Подойдя к буфету, Китти налила вино в две хрустальные рюмки и протянула одну из них ему.

Он сделал глоток и уселся на кушетку, скрестив ноги.

– Я не в тюрьме, потому что на предварительном слушании дела, принимая во внимание все обстоятельства, судья не признал ни меня, ни моих людей виновными в убийстве. Это была междуусобная война, взаимная неприязнь, борьба за первенство – называй как угодно. Теперь ей пришел конец, только и всего. – Он одним большим глотком выпил вино. – Китти, ты стремилась к материальной независимости ради своего сына, но теперь у тебя нет сына. У тебя не осталось ничего, кроме этого дома и земли, которой владел твой покойный муж. Мне искренне жаль тебя. Именно за этим я и пришел – предложить тебе помощь.

– Каким образом ты можешь мне помочь?

– Позволь мне приступить к делу с самого начала. Помнишь ту ночь, когда Нэнси будто бы случайно заметила, как ты вошла в гостиницу, и известила Кори, где ты?

Китти кивнула.

– Я ведь не глупец, – усмехнулся он. – Я знал, что представляла собой Нэнси, когда женился на ней, но мне нужна была жена. Я надеялся, что она изменится, но, как видно, ошибался. В то время меня куда больше заботило, как свести счеты с Кори. Я признаю, что стою во главе местного отделения ку-клукс-клана, но мы имеем дело с жадными до денег и чужих земель «саквояжниками» и нахальными черномазыми, а не с беззащитными вдовами. Когда он попытался взвалить на меня изнасилование Мэтти Гласс, я поклялся, что скорее сам лягу в могилу, чем позволю, чтобы это сошло ему с рук. Да ведь мы не раз живьем спускали шкуру с негров, которые осмеливались только искоса взглянуть на белую женщину! Неужели ты думаешь, что мы опустились бы до того, чтобы надругаться над одной из них?

– Ближе к сути, Джером.

– Дело в том, что я вышвырнул из дома Нэнси, как только все осталось позади. Не спрашивай меня, что с ней сталось, потому что мне на это ровным счетом наплевать. Она ушла навсегда. Теперь у меня есть только мои деньги и мои люди я хочу помочь тебе вернуть сына.

– И как ты советуешь это сделать? – Ее сердце на миг замерло в груди.

– Ты собираешься отсиживаться здесь и допустишь, чтобы человек, похитивший твоего ребенка, остался безнаказанным? – Джером подошел к буфету и налил себе еще одну рюмку вина. Обернувшись, он бросил на Китти испытующий взгляд. – Или надеешься, что он сам вернет его тебе? Нет, черт побери! Мальчик потерян для тебя навсегда, если ты не примешь меры для его розыска.