Сон - Кэт Мартин

Говард огляделся по сторонам, но никого не увидел. Что привело сюда Дженни? Причина могла быть только одна. Лютый гнев закипел в его груди.

Будь она проклята! Будь проклята эта лживая сучка! Сегодня утром он говорил с ней. Оба ни словом не обмолвились о Бреннене. Он думал, что Дженни порвала с ним, что их непродолжительная интрижка закончилась. К чертовой матери эту шлюху!

Сжав кулаки, Говард направился к своему двенадцатиметровому «бертраму», стоявшему у причала «J», через один причал от места постоянной швартовки «Мародера». Ничего, с сегодняшнего дня их соседство прекратится. Эта мысль легла бальзамом на его душу.

Проходя мимо причала «Н», он обернулся и решил проверить, нет ли там Дженни. Маккормик просунул в замок карточку, открыл высокую железную калитку и двинулся по настилу плавучей пристани. Однако у стапеля, где обычно швартовался «Мародер», Дженни не оказалось. Говард заметил ее на дальнем конце причала; она напряженно всматривалась в горловину бухты.

Эта сучка ждала Бреннена! Так он и думал.

Он готов был лопнуть от ярости, но заставил себя сдержаться и неторопливо двинулся вперед. Услышав шаги, Дженни резко обернулась.

— Говард! Ч-что ты здесь делаешь? — Краска стыда, проступившая на нежной коже, не могла стереть возбуждения, с которым она ждала своего любовника.

— Хэлло, Дженни! Я мог бы спросить тебя о том же, но все и так ясно без слов. Ты ждешь Джека. А ведь ты говорила, что порвала с ним.

Она посмотрела на Говарда с жалостью. Это окончательно привело его в бешенство.

— Говард, мне очень жаль, но это действительно так. Надеюсь, я не обидела тебя. Я не хотела этого.

Маккормик промолчал. Он боялся выдать себя.

— Дело в том, что мы с Джеком любим друг друга. В какой-то момент произошло недоразумение, но теперь все встало на свои места. Я люблю Джека и собираюсь за него замуж.

Говард был вне себя от изумления:

— Замуж?! Ты собираешься замуж за Джека Бреннена?!

— Говард, он хороший человек. Я люблю его и знаю, что он любит меня.

Он смотрел на Дженни налитыми кровью глазами. Она предпочла ему Бреннена и сделала это не раз и не два! Она играла с ним в кошки-мышки и считала последним идиотом! Маккормик, взбешенный выражением жалости на лице Дженни, сдерживался изо всех сил, чтобы не залепить ей пощечину.

— Ну что ж, если так, то тебе лучше всего идти со мной! — Он больно схватил женщину за запястье и потащил за собой.

— Постой, Говард… Куда мы идем?

— Я отвезу тебя к Бреннену. Ты ведь хочешь этого, правда?

— Да, но… Говард, я ничего не понимаю. Он должен скоро прибыть. Почему не подождать его здесь?

— Вряд ли это случится. У «Мародера» что-то неладно с двигателем. Джек все еще на месте крушения. — Он провел Дженни в калитку.

— Но…

— Я все объясню по дороге.

Она пыталась спорить, задавать вопросы, но Говард молчал. Что ж, как-никак, он был ее другом. Она доверяла ему. У Говарда была голова на плечах.

Вслед за ним Дженни прошла по мосткам на причал «J», где на швартовах покачивалась яхта Маккормика.

— Марти, подай даме руку! — велел он человеку, стоявшему на палубе.

— Есть, босс! — Это был жилистый темноволосый мужчина лет тридцати пяти. Марти верой и правдой служил Маккормику несколько лет. Он был мастером на все руки и умел обстряпывать дела, в том числе и самые щекотливые.

Джонс помог Дженни забраться на палубу. Говард поднялся следом, взял ее за руку и повел в кают-компанию, в то время как Марти отдавал швартовы. Несколько минут спустя заработали двигатели, и яхта отошла от причала. Дженни заволновалась и начала рыться в сумочке.

— Я… мне нужно наклеить пластырь! Я взяла его с собой на тот случай, если Джеку придется вернуться. Без пластыря у меня начинается морская болезнь.

— Пожалуйста, наклеивай. В хэде есть зеркало. Вниз по трапу.

— Надеюсь, это поможет, — пробормотала она скорее себе, чем ему, только бы поскорее…

Говард промолчал. Зачем спешить на собственные похороны? Ее и Джека. Интересно, видел ли кто-нибудь, что он увел Дженни? Если видел, то надо будет придумать, что сказать полиции. Зачем он повез ее на корабль? Проще простого. Она любила Джека. Каждый поверит, что ей захотелось побыть с ним.

Кроме того, взрыв примут за обычный несчастный случай, который ни у кого не вызовет подозрений.

Дженни спустилась в душ хозяйской каюты, а затем вернулась и пристально посмотрела ему в глаза:

— А теперь, Говард, выкладывай, что происходит. Говори, почему мы здесь, как ты узнал, что у Джека неполадки с двигателем, и почему мы плывем к нему?

Он криво усмехнулся:

— Хочешь знать, что происходит? Так и быть, скажу. Я плыву за частями для компьютеров, которые утонули с «Опусом-2». Вот что происходит, моя дорогая.

— Что?!

— Вот именно. Мои люди несколько дней наблюдали за ходом спасательных работ. Сегодня днем он поднял несколько алюминиевых контейнеров. Они мне нужны, и они будут моими!

— Ради Бога, Говард… Джек продаст их тебе. Я уже говорила…

Его губы сжались в тонкую линию:

— Боюсь, слишком поздно. Бреннен не воспользовался своим шансом. Теперь моя очередь.

Дженни скептически подняла темную бровь:

— Говард, я не верю этому. Ты в своем уме? Ты не можешь украсть эти ящики. О Господи, да Джек засадит тебя в тюрьму!

— Это моя забота. А пока устраивайся поудобнее.

Дженни не двигалась.

— Ты сказал, что у Джека сломался мотор. Это тоже дело рук твоих молодчиков?

Маккормик просверлил ее взглядом:

— Забитый впуск. Это вызывает перегрев двигателя. Джеку придется поколдовать над ним. А мы тем временем прибудем и проведем маленькую дискуссию.

— Ушам своим не верю!.. Ты ли это, Говард?

— Просто мне нужны эти ящики.

— Тут я тебе не помощник. Я твой деловой партнер и тоже имею право голоса. Я не позволю тебе украсть их!

Говард только усмехнулся.

— Ладно, ладно! Поговорим об этом позже. — Черт побери, все складывалось как нельзя лучше. Будучи душеприказчиком Билла Остина, последние два года он управлял долей Дженни в компании «Маккормик — Остин». В августе она получала право самостоятельно распоряжаться собственными акциями.

К тому времени он собирался жениться на ней. Ну что ж… вместо этого он станет ее душеприказчиком. Когда Дженни исчезнет, он по-прежнему будет управлять ее долей. Конечно, акции придется продать и вернуть деньги наследникам. Но он сумеет убедить их, что является единственным заинтересованным покупателем и предлагает за акции более чем справедливую цену.