Все, что она хочет. Эротика - Ирина Лем

По обеим сторонам улицы заведения, предлагающие нескучно провести вечер: рестораны, бары, клубы, кинотеатры. Они стоят, как солдаты на параде - ровными шеренгами плечом к плечу. С их витрин, реклам и вывесок льется на улицу столько света, что фонари не требуются.

Прогуливающийся народ четко разделяется на две категории - приезжие и местные. Приезжие ходят группками или вдвоем, глазеют на объявления, выискивая ресторан повкуснее, клуб подешевле, фильм поэротичнее. Местные, в основном чернокожие ребята, по одному снуют - вроде без дела. На вывески внимания не обращают, внутрь не заходят. Иногда встретятся вдвоем, перебросятся парой слов и опять разбегаются в разные стороны.

Проституток и наркоторговцев незаметно, но Марк отлично знал - и то, и другое найти при желании не составит труда.

- Где мы?

- На Авеню Фонтанов. Смотри в оба, - предупредил Зак. - Спокойствие здесь обманчивое, впрочем, как повсюду в ЭлЭй. Хочешь для настроения кокаинчику нюхнуть?

- Нет. Я с ним завязал еще в студенческие годы. Один раз попробовал, слишком понравилось. Побоялся привыкнуть.

- Ерунда, порошок неопасен. - Зак беспечно махнул рукой. - Морган Фриман - классный артист, всю жизнь марихуану курит и не скрывает. Ему уже под восемьдесят. Конечно, такие вещи хороши в разумных дозах.

- В том-то и дело, что разумную дозу трудно определить. Особенно, когда втянулся. Ладно, не обращай внимания. Себе покупай, мне нет.

- Пройдись пока, я сейчас.

Засунув руки в карманы, Марк двинулся вдоль фасада «Анаконды». К левой стене ее прижался низкий китайский ресторанчик: красная крыша с загнутыми углами, два красных окна и четыре миниатюрных красных колонны. На фоне громады ночного клуба он казался карликом в красной шапке. Название ресторана стояло на вертикальной, подсвеченной доске большими иероглифами и еле заметными буквами на английском «Золотой Будда». Заглавный герой присутствовал тут же - жизнелюб, толстяк и хохмач.

Удаляться нет смысла. Марк остановился напротив ресторанчика, заглянул в открытую дверь - полно людей разных расцветок. Развернулся в обратную сторону.

Он видел все, что происходило на другом углу. Зак остановился у витрины, будто читал меню, и как бы непроизвольно чиркнул пальцем по носу. Тотчас к нему неторопливо-развязной походкой направились двое парней, неизвестно откуда взявшихся. Один встал спиной к проезжей части, загораживая происходящее на тротуаре, другой коснулся руки клиента. Обмен произошел молниеносно: пакетик туда - банкнота сюда. Тут же разошлись.

- Пошли в клуб, - сказал Зак.

- Ты разве не сейчас будешь...?

- Нет. На входе контроль. Учуют запах, не пустят. Я потом в туалете заряжусь. Может, и тебя соблазню, а?

- Не соблазнишь. Я лучше что-нибудь выпью для настроения.

25.

Ко входу в клуб вели две невысокие ступеньки, две створки деревянной двери открыты внутрь. Там два охранника-портье, одетые в одинаковые костюмы и похожие как два клона - круглоголовые, толстошеие, с бицепсами, которые выпирают из пиджаков. Только один белый, другой черный.

Зак вошел первым, подал охраннику какую-то карточку. Тот махнул ею перед сканером, получил разрешающий сигнал и согласно кивнул. Окинул Марка ощупывающим взглядом, еле заметно раздвинул губы, что означало улыбку, сделал приглашающий жест внутрь.

- Что ты ему показал? - спросил Марк, проходя в холл.

- Карточку постоянного члена. Мужчин в заведение просто так не пускают. Только по картам или надо входной билет покупать. Член клуба может провести одного человека бесплатно. Девушкам вход свободный.

- Опять дискриминация по половому признаку.

- Терпи, приятель. Мужчины дискриминировали женщин на протяжении всей истории человечества. Нам выпало отвечать за проступки предков.

- И стать подкаблучниками?

- Иногда удобно передать инициативу в руки дам. В сексе, например. Или в воспитании детей. Хотя в воспитании мальчиков отец непременно должен участвовать. Вот у этих двоих, - Зак показал глазами на проходивших мимо парней, державшихся за руки. - Или вообще не было отцов, или мамы слишком жестко держали пап в руках.

- Это клуб для гомо?

- Это клуб для всех, и мне нравится его толерантность. Здесь чувствуешь себя непринужденно и можешь быть самим собой, в определенных рамках, конечно. Если эти двое вздумают целоваться на виду у всех, их тут же выведут. Здесь атмосфера спокойствия и невмешательства в дела другого. Здесь не напиваются до блевотины и не устраивают драк. Правило одно: пришел веселиться - веселись. Все остальное за пределами заведения. Ну, как тебе первое впечатление?

- Уютно.

Уют в холле создавали низкие потолки, неяркое освещение и ковролин на полу, приглушавший голоса и другие звуки. Цвета спокойные - все оттенки фиолетового плюс розовый, в точности как на вывеске. Стиль интерьера - сочетание классики и современности, по принципу: мягкая мебель должна быть мягкой, отделка натуральной, никаких футуристических деталей или холодного металла. Такой стиль подходит для гостиной в доме. Именно уютную домашнюю обстановку рассчитывали создать хозяева и не пожалели денег.

- Клуб предоставляет развлечения на любой вкус, вот здесь ресторан, - сказал Зак тоном экскурсовода и кивнул головой вправо.

Ресторан не имел стен или дверей: входи, устраивайся, отдыхай. Вместо стульев диваны-углы со столиками. Удобно - сидишь вроде как в отдельном купе, в то же время не совсем обособленно. Прохаживаются официанты, исключительно молодые парни, в лиловых рубашках, черных брюках и жилетках, на нагрудных карманах эмблемы в виде золотой змейки.

- Здесь просидишь всю ночь и не соскучишься. Выбор блюд небольшой, зато приготовлены отлично. На сцене обязательно кто-нибудь выступает - музыканты, фокусники, жонглеры. Официанты вышколены как для королевского приема, ловят взгляд. В других ресторанах их порой не дозовешься.

В глубине холла - лестница с как бы висящими в воздухе деревянными ступеньками и перилами из прозрачного материала.

- Куда она ведет? - спросил Марк.

- На второй этаж. Там кинозал, бар и тот самый стриптиз-клуб, куда мы сегодня не пойдем. Учитывая твое состояние.

- Нормальное у меня состояние...

- Поправился?

- Да. - Марк не чувствовал себя в порядке, но надоело ловить на себе жалостливые взгляды друга. Сочувствие окружающих делает нас слабее. - Но наверх не пойдем.

- Как скажешь. Сегодня ты принцесса, я Аладдин.

- Ха, Аладдин! Тогда исполни желание...

- Знаю я твое желание. Извини, волшебную лампу дома оставил.

В самой дальней стене - вход, оформленный как пещера, и коридор, призывно мерцавший огоньками. Он вел в танцевальный зал, откуда глухо доносилась музыка - достаточно мелодичная, ритмичная. Хорошо, что не отупляющее техно, которое Марк ненавидел. Из холла видно - в зале не протолкнуться.