Голливудские мужья - Джеки Коллинз

– «Андерман продакшнз», – сказала Юнити в белый телефон. – Одну минутку.

Она постучала по стеклянной перегородке, отделявшей ее от бассейна – у его кромки полулежал в кресле Уэс, стараясь поймать зимнее солнце – как известно, в Калифорнии оно иногда ничуть не уступает летнему.

– Кто? – спросил он одними губами.

– Мистер Сэмюэлс. «Револьюшн пикчерз». Ленивой походкой он пошел к ближайшему телефону.

За три месяца Уэс обучился многому. Он ретиво взял в свои руки все дела Силвер, и хотя ее официальным агентом был Зеппо Уайт, Уэс стал ее личным менеджером и строго следил за соблюдением всех финансовых условий, не позволял провести ее на мякине.

– Хэрри, старина. – Принятый в этом мире язык он освоил сразу. – Вы свое предложение пересмотрели?

Да, пересмотрел, и еще как. Разговор занял несколько минут, в результате они договорились о ленче.

– Закажи мне ленч на среду в «Палм», в половине первого, – велел он Юнити, повесив трубку.

Открыв большой кожаный ежедневник, она записала распоряжение босса.

Он наклонился над ее столом.

– Как вообще дела?

– Отлично, – ответила она не без некоторой чопорности.

Выглядела она вне всякого сомнения отлично. Куда лучше, чем в этом омерзительном баре, где он ее отловил. Бедняжка там от веселой работы едва не загнулась.

Как-то утром, месяца два назад, он проснулся и вспомнил: она говорила, что работает в «Титосе», есть на Голливудском бульваре такой бар. Ай да память! Он решил, что подгребет к ней, заберет свою тысячу, поглядит, как у нее идут дела. Может, она даже отдаст ему собачку.

Пришлось немного выждать – Силвер как раз собиралась уезжать, ее пригласили появиться в благотворительном показе мод. Вообще-то она звала его с собой.

– Ни за что, – отговорился он. – Женщины в одежде нагоняют на меня тоску.

– Мужчина до мозга костей!

Она обворожительно улыбнулась, не сильно возражая, – главное, чтобы он ждал ее, когда она вернется.

Сев в «Роллс-Ройс», он отправился в Голливуд и медленно поехал вдоль чахлого бульвара – где здесь «Титос»?

Оказалось, он удобно приткнулся между кинотеатром порнофильмов и магазином сексуальных товаров. Приятное соседство.

Оставлять «Роллс-Ройс» у счетчика возле кромки тротуара он не захотел – рискованно – и поехал на ближайшую стоянку, где дал служителю-мексиканцу на чай десять долларов – чтобы как следует присматривал за машиной. Тот выкатил на него глаза – решил, что Уэс чокнулся.

– Так присмотришь, или я забираю деньги назад? – пригрозил Уэс.

– Все сделаю, а как же, – радостно осклабился тот.

– То-то же. Если приду и увижу на машине хоть одну царапину, отрежу тебе яйца и подам на десерт вместе с вашей мексиканской энчиладой.

И он быстро зашагал прямо к «Титосу», пройдя мимо секс-магазина, хотя был соблазн зайти и купить Силвер подарок. Ей бы понравилось что-нибудь вульгарное. Скажем, игриво-прозрачный бюстгальтер, а для себя – баночку тигрового бальзама. Тигровый бальзам – это мазь любви, афродизьяк, якобы после него стоит несгибаемо и во веки веков. Он вспомнил, как однажды попользовался им в шестнадцатилетнем возрасте – у него тогда была подружка, оторва лет двадцати, до крайности требовательная. Запершись в туалете, он натер этой мазью пенис. Десять ходов поршня – и он разрядился прямо на пол безо всякой оторвы. Хорошее средство, ничего не скажешь!

Уэсу доводилось бывать в занюханных барах, но этот… н-да. Бармен будто только что освободился из заключения. Клиенты – все шестеро – вполне тянули на его сокамерников. Сгорбившаяся над дряхлой кассой кассирша напоминала бабушку великой Мей Уэст – длинный платинового цвета парик и так далее.