Катастрофа в две полоски - Алекс Коваль

Костя.

На его ухаживания упрямица так и не ответила. Хотя сдается мне, что что-то между этими двумя все же случилось. Но оба молчали, как воды в рот набрав, и напрочь отказывались общаться на темы друг друга. А на наших семейных праздниках лишний раз вообще старались не пересекаться, подчеркнуто не замечая друг друга. Мы с Миром первое время пытались их примерить и даже свести, но потом плюнули на это дело и пустили все на самотек. Если это их, то рано или поздно жизнь все равно столкнет их лбами. Как нас например. Рыпайся не рыпайся от судьбы не убежишь. Этот урок я тоже очень хорошо усвоила...

Ну, а что касается меня?

Я начала писать романы. Просто в один момент, как озаренная вспышкой, бессонной ночью, когда сынок в животе устраивал буйные пляски – я написала свою первую в жизни главу любовного романа. Витиеватым путем моя любовь к журналистике и “маранию бумаги” привела меня к книгам. Неожиданно для родителей, мужа, Соньки и даже себя – во мне открылся писательский талант. По крайне мере так говорили. А когда я поняла, что это дело мне с успехом удается и на восьмом месяце беременности со мной связалось издательство и предложило купить права на мой роман – я поняла, что журналистика это был так… разгон.

В общем и целом – я была счастлива. Настолько, что за спиной выросли крылья, а жизнь засияла такими красками, о которых раньше я и подумать не могла. И все благодаря всего одному человеку. Идеальному. Невероятному. Единственному и неповторимому. Любимому мужу, история с которым началась ярко, как вспышка. А жизнь с которым обещает быть самым восхитительным и очаровательным приключением, длинной в целую счастливую семейную жизнь!

– Чего ты так разулыбалась? – услышала я шепот на ушко. Сильные руки обвили мою необъятную талию, притягивая к мужской груди, ровно вздымающейся от мерного дыхания. А у меня по рукам побежали волнующие мурашки. И так каждый раз, даже спустя почти пол года, что прошло с момента нашего знакомства.

– Лер-р-ра...

– Да так, – хохотнула я, запоздало отвечая на вопрос муженьки, – мысли приятные. Вспомнилось отчего-то как мы с тобой познакомились. На маскараде.

– О да, чудесное было время. Мы были глупые, – улыбнулся Мир, целуя в висок, – молодые, и..

– Ужасно свободные! – рассмеялась я, поворачиваясь в руках Мирона и обвивая руками шею.

– Я хотел сказать упрямые, но твой вариант тоже неплох.

– Кстати, всегда хотела спросить: почему я? Почему ты тогда подсел ко мне у бара?

– Не знаю. – Задумчиво улыбнулся муж. – Просто взгляд упал на твою залипательную фигурку, сразу, как только ты появилась в зале. Мне кажется я уже тогда почувствовал, что это все. Пропал. И знаешь? Я ни на секунду о своем решении не пожалел!

– Еще бы! – гордо вздернула я носик, получив в лоб легкий чмок.

– Как ты себя чувствуешь?

– Лучше не бывает, – ответила я предельно честно, укладывая ладошку, сверху на ладонь мужа, покоящуюся у меня на животике.

Срок был уже приличный и со дня на день мы с Мироном ожидали поездки в роддом. Долгожданное пополнение должно было случится вот-вот, а пока же малыш сидел тише воды ниже травы. Правда, как всегда, только учуяв прикосновения и голос папы, зашевелился, начав активно подпинывать изнутри. У них уже сейчас ощущалась какая-то особая связь. Чувствую там растет настоящий папин сын.

– Время уже много, идем спать? – чмокнув меня в уголок губ, спросил Мир, ненавязчиво увлекая за собой. – Завтра тяжелый день, прилет родственников, – изобразив страдальческий вид, протянул мой любимый мужчина.

Рожать Мир увез меня в Штаты. Как я не сопротивлялась, но в плане здоровья он был непреклонен. Все-таки прожив в США много лет, Мирон был уверен, что для ребенка появиться на свет здесь, в одной из самых известных в мире клиник, будет лучше всего. А в компетентности врачей он не сомневался ни секунды.

Я первое время возражала, но не долго. Доверилась и ни капли не пожалела о своем решении. Эта беременность стала для меня настоящим праздником и чудом благодаря постоянной заботе, опеке и бесконечной любви Мира, который, дай ему волю, на руках бы все девять месяцев проносил...

Так что, да. Мир прав. Пора бы укладываться спать, а то завтра и правда должны были прилететь мне на помощь наши мамы и день обещал быть насыщенным. Аэропорт, встреча, слезы умиления, задушевные разговоры за чашечкой чая, долгие прогулки – думала я…

Но посреди ночи наш пузожитель показал, что у него тоже на этот день есть свои планы. Решил, что время пришло. И прилет бабуль самый подходящий момент, чтобы появиться на свет.

Эпилог

Четыре года спустя…

Мирон

Стоит только переступить порог дома, как до моих ушей тут же доноситься радостное:

– Папуля!

Захлопываю дверь и оборачиваюсь, расплываясь в довольной улыбке. Мне на встречу сломя голову несется маленькое, кудрявое темноволосое чудо, ракинув свои ручонки, и с разбегу залетая в мои объятия. Цепляясь за мою шею, как маленькая шкодливая обезьянка.

Он у нас с Лерой вообще получился тем еще бандитом! Любимым до умопомрачения и именно до этого же умопомрачения непоседливым. Ребенок, который способен вымотать за день и нас с Лерой и старичка Роки в придачу.

– Пливет, папуля!

– Сынок, привет, мой хороший! – улыбаюсь, прижимая к себе своего сорванца, зацеловывая румяные щечки.

Мальчуган весь взъерошенный, раскрасневшийся и запыхавшийся. Наверняка опять с Лерой и Роки в догонялки играли. Благо площадь нового дома позволяет, и этому забавному трио есть где “разгуляться”. А если учесть, что в этом доме, помимо двух этажей и целой тучи спален, есть еще просторный задний дворик и летний домик на участке, то моим домашним скучать некогда.

– Папуля, а мы тебя заждались! – важно вещает сын. – А где ты был? Ты лаботал, да? А ты пливез мне подалок на день лождения? Подалишь?

Хитро улыбаюсь, ероша пятерней сыну темную макушку и подмигиваю.

– Не подалю, – передразниваю ребенка, усаживая себе на шею.

– Посему?

– Потому что твой день рождения