Счастливый шанс - Кэрол Финч

Чокто Джим покосился на восхитительную кудрявую блондинку, которая опиралась на его левую руку. На Кристе Делани был подвенечный наряд из белого атласа в западном стиле. Изящные оборки, украшенные бусинками, и кружевные рукава придавали платью своеобразную прелесть старины. Ансамбль дополняли белые сапожки с кружевной отделкой по голенищу и белый соломенный стетсон с длинной вуалью. В этом наряде, со счастливой улыбкой и радостным блеском загадочных изумрудно-зеленых глаз Криста выглядела ошеломляюще прекрасной невестой.

Джим посмотрел в другую сторону. На его правую руку опиралась другая невеста — рыжеволосая. Во всем, вплоть до белых сапожек, наряд Андреа Флетчер в точности повторял наряд Кристы Делани, но один ее сапожок был украшен цепочкой из маленьких серебряных сердечек. Ее лучистая улыбка и счастливый взгляд фиалковых глаз были устремлены к другой половине свадебной процессии, поджидавшей на противоположном конце красного ковра, расстеленного на лужайке перед домом на ранчо Чулоса.

Джим нарочно отказался ездить с Хэлом по разным аренам — мудрый старик хотел, чтобы перед тем, как он пошлет к своему племяннику Андреа, тот в полной мере прочувствовал всю глубину своего одиночества. Тактика сработала превосходно, и теперь Чокто Джим с двойным удовольствием провожал к алтарю сразу двух невест.

Свадебная церемония напоминала вечеринки для ковбоев, которые, бывало, устраивались на ранчо Чулоса до несчастного случая с Леви Купером. Сейчас Леви Купер с довольным видом восседал на лужайке в инвалидном кресле и гордо улыбался — Нэш выбрал его своим шафером. Рядом с Хэлом стоял Джейсон Флетчер, надевший по такому случаю свой лучший ковбойский наряд.

Чокто Джим двинулся навстречу Нэшу и Хэлу, не сводившим глаз со своих невест, и его сердце пело от счастья. Оба жениха были в черных пиджаках традиционного западного покроя, выходных джинсах и черных ковбойских шляпах. У каждого к лацкану пиджака была приколота красная роза — по настоянию Хэла. В последнее время у него развилась до странности сентиментальная привязанность к красным розам.

Янтарные глаза Нэша остановились на Кристе, а глаза Хэла, сверкающие, как черные бриллианты, на Андреа. Джим расплылся в улыбке, понимая, что в это мгновение его племянники переживают серьезные проблемы со зрением — так напряженно смотрели они на своих приближающихся невест.

Чокто Джим дважды прибег к скрытым методам, тайно играя роль Купидона. Ему хотелось удостовериться, что племянники не упустили свое счастье, что они обрели такую же любовь, какая была у Джима и его жены. Будь Кэти жива, в этом году они бы отпраздновали тридцать пятую годовщину свадьбы. Любовь, которую Джим познал и потерял много лет назад, как бы возродилась заново в его племянниках и их избранницах. В полных обожания взглядах Нэша и Хэла, обращенных к невестам, светились невысказанные клятвы любви — самого драгоценного дара, который только в силах подарить человек другому человеку.

Джим улыбнулся, вспоминая юное прекрасное лицо жены — лицо, которое он никогда не забывал. Мысль, что жена наблюдает с небес за свадебной церемонией вместе с ним, приносила ему тихую радость. В душе Джима всколыхнулась волна необъяснимого тепла, и тихий голос из самого сердца прошептал: «В них я всегда буду видеть нас. Любовь никогда не кончается…»

Чокто Джим передал Кристу и Андреа их женихам. Когда он слушал, как Нэш и Хэл клянутся в любви и верности и Криста и Андреа отвечают им теми же словами, в его глазах заблестели слезы, в горле застрял комок.

«Любовь не кончается, это наше наследие», — снова прошептал тихий голос, и Чокто Джим улыбнулся племянникам той многозначительной улыбкой, которую они никогда толком не понимали… до сегодняшнего дня.

Прием был в самом разгаре. Вдруг Нэш отозвал Хэла в сторону и, к недоумению младшего брата, вручил ему какую-то коробку и венок.

— Что это еще такое?

— А ты открой, — предложил Нэш, лукаво усмехаясь. Поглядывая то на сверток, то на брата, Хэл положил венок на стол и раскрыл коробку. В коробке оказалась веревка с петлей на конце. Хэл нахмурился, ничего не понимая.

— Ты однажды сказал — я цитирую: «Если я когда-нибудь буду вести себя как влюбленный идиот вроде тебя, дай мне веревку. Я повешусь». — Нэш указал на венок и продолжил цитату: — «День, когда я признаюсь в любви, станет днем моей смерти».

Хэл застонал в голос, вспоминая, каким циничным идиотом был еще совсем недавно.

— Спасибо, что напомнил о повешении и похоронах, — проворчал он. — День свадьбы — самое подходящее время, чтобы заставить мужчину взять свои слова обратно.

— Ты не находишь, что под свадебный торт и пунш неплохо проглотить и собственные обещания? — безжалостно сказал Нэш, улыбаясь.

Хэл отложил коробку и посмотрел на Андреа.

— Ради нее я готов терпеть даже твои издевательства, — прошептал он. — Она для меня как воздух.

Насмешливая улыбка сползла с лица Нэша. Он перевел взгляд на Кристу.

— Я тебя прекрасно понимаю.

Братья Гриффин, на пальцах которых сияло по золотом обручальному кольцу, стали в стороне, наблюдая, как их невесты проходят вдоль шеренги ковбоев, жаждущих поздравить новобрачных. Петух Андерсон, известный проказник, устроил целое представление. Обхватив Кристу за талию своей могучей рукой, он запрокинул ее назад и смачно поцеловал прямо в губы, потом проделал то же самое с Андреа. Выпрямившись, он ухмыльнулся обоим женихам.

— Хочешь сам убить негодника или предоставишь мне это сделать? — вполголоса обратился Нэш к младшему брату.

Хэл коротко хохотнул и отхлебнул глоток пунша, в который кто-то — как подозревал Хэл, это был Эйс Кетчем — тайком подлил щедрую порцию виски.

— Оле просто пытается разбудить в тебе и во мне зверя, — И это сработало, — проворчал Нэш, глядя, как Петух передает Кристу следующей паре мускулистых рук.

— Большой братец, да о чем ты скулишь? Подумаешь, ну сорвал он один поцелуй, расслабься, тебе-то Криста досталась на всю жизнь… Эй, чем там занимается этот прохвост Джастин?!

Малыш Монтана, решив, по-видимому, перещеголять Андерсона, подхватил Андреа на руки и приник к ее губам долгим поцелуем.

Нэш усмехнулся:

— Спокойно, парень. Следуй собственному совету.

— Я не возражаю против поцелуя. Но это уже слишком, мы так не договаривались, — проворчал Хэл.

Джастин усмехнулся, изображая ликование, и Хэл уткнулся носом в стакан с пуншем. В следующее мгновение его хмурая гримаса опять сменилась улыбкой: Криста и Андреа плюхнулись на колени к Леви Куперу. Когда каждая невеста поцеловала его раз по пять, Дагер подмигнул Нэшу и Хэлу. Новоиспеченные мужья улыбнулись Леви, который стал для них родным человеком. Братьям Гриффин довелось с болью видеть, как Даггер пытался справиться с последствиями несчастного случая, превратившего его в калеку, но за время испытаний их преданность другу поколебалась лишь однажды. В конце концов дружба, которая возникла много лет назад, стала еще крепче и превратилась в нерушимую связь.