Попутчица - Оксана Лебедева

- Честно? Я понятия не имею, как мне поступить. Знаю только, что с Кариной жить больше не смогу. Даже, если она простит, даже, если я откажусь от Риты и постараюсь всё забыть, мы сможем построить только какую-то призрачную иллюзию семьи, да и то вряд ли. Но с другой стороны, вот так рубить с плеча....Знаешь, что меня больше всего пугает? Сашка. Я боюсь, что в случае развода просто потеряю сына. Она итак начала настраивать его против меня.

- Кто? Карина? Каким образом?

- Говорит ему, что я их бросил, что мне нет до них никакого дела. Представляешь, я его позавчера из садика приехал забирать, а он, как только меня увидел, в угол зажался и не подошёл. Обычно, радостно бежал обниматься, а тут стоит, насупив губы, и обиженно на меня смотрит. Оказывается, Карина ему внушила, что я полюбил другую тётю, которая скоро родит меня другого, гораздо более любимого ребёнка, а он мне уже не нужен. Ну, вот как мне после этого себя вести?

- Даааа,...какие же всё-таки бабы дуры! Детьми манипулируют!

- В том-то и дело, - резко подавшись вперёд, горячо заговорил мужчина. - Я хочу развестись, очень хочу. И если честно, плевать мне на все эти восемь лет, что мы прожили вместе. Я, наверное, скотина полнейшая, но я за собой даже особой вины не чувствую. Перед НЕЙ не чувствую, а перед сыном...Я как представлю, что он может стать разменной монетой во всём этом деле...Дьявол, если бы было можно забрать его, оставить после развода себе, но это просто нереально! Как я могу лишить ребёнка матери?

- Да, дело тупиковое...Может подождать, пока Сашка подрастёт чуть-чуть?

- Я думал об этом, но, сколько придётся ждать? Десять, пятнадцать лет? ОНА не согласится, да и я сам так не смогу, - устало потерев глаза, Тимур резко помотал головой, видимо желая избавиться от этих и без того уже который день не дающих ему покоя мыслей. Достав из-под стола большой разноцветный пакет, мужчина широко улыбнулся. - Глянь, что я Саньке купил. Он давно именно о таком мечтал. Пришлось не один магазин объездить.

- Ничего себе! Я сам готов в детство впасть, чтоб с таким вертолётиком повозиться.

- Ты лучше прикрой меня, - рассмеявшись на слова друга, Тимур встал с кресла, бережно, боясь что-нибудь сломать, поставив на стол подарок. - Я, когда Саньку в прошлый раз из садика забирал, мне воспитательница сказала, что у них сегодня должен быть какой-то праздник. Мой стихи будет читать, а под конец, с остальной мелочью танец танцевать. На танец, я конечно, вряд ли останусь, но хоть на полчасика заскочу, стишок послушаю и подарок подарю. Если Рахманенько раньше приедет, встретишь его? А то я могу опоздать.

- Да без вопросов! Езжай, конечно, к своему соплюхе. Дети - это святое!

Как только мужчина оказался на детской площадке, абсолютно все, самые мрачные и самые терзающие его мысли развеялись в ту же секунду. Глядя, как какие-то мальчуганы играют в догонялки, весело, просто до ужаса заразительно хохоча без остановки, Тимур представлял, как засияют глазки его белобрыстика, когда он увидит вертолёт. Огромный, едва ли не больше самого Сашки, с посадочной площадкой, радиопультом и ещё целым пакетов прибамбасов. Мужчина уже даже словно чувствовал объятия и радостный визг сынишки, как вдруг, у самого входа в здание, столкнулся с воспитательницей сына. Крупной, пожилой женщиной, с уже седыми прядями волос, светлыми голубыми глазами и всегда доброй улыбкой. Она его узнала, и почему-то Тимуру показалось, что женщина как-то растерялась.

- Здравствуйте, Нина Григорьевна. Скажите, я не сильно опоздал? Праздник уже начался?

- Начался, - женщина улыбнулась всё той же доброй, но на этот раз ещё и почему-то растерянной улыбкой. - А вы к кому?

- В смысле? - опешив от такого вопроса, мужчина тут же замер на месте, чувствуя как непонятная, ещё ничем не обоснованная тревога уже зарождается в груди. - К сыну, конечно. Саша Вербицкий, младшая группа, вы, что не помните?

- Да нет, помню, разумеется. Просто вы же его забрали.

- Кто забрал? Куда?

- Вчера приезжала ваша жена и сказала, что Саша в наш садик больше ходить не будет.

- Как не будет? - чувствуя, как внутри всё холодеет, Тимур потрясённо уставился на воспитательницу. - Почему?

- Ну, я не знаю, - растерявшись, робко произнесла женщина. - Они вроде уезжать куда-то собирались....А вы разве не знали?

Чувствуя, как дикая паника охватывает всё его существо, Тимур уже был готов взвыть, как подбитый зверь, пока ждал, когда пройдут бесконечно долгие гудки в трубке.

- Чёрт подери, ты где? - сразу же, наплевав на весь этикет и прочую ерунду, грубо рявкнул в трубку Тимур, как только вызов приняли.

- Ух ты, кто позвонил, - с другого конца послышался усмехающийся ироничный голос. - С чего такая честь?

- Твою мать, где ты?! Я был на квартире, там никого нет!

- Надо же, ты решил наконец появиться дома, с чего бы? - всё с той же издевкой в голосе усмехнулась женщина.

- Где ты?! - теряя самообладание, уже просто заорал в трубку Вербицкий.

- Успокойся, чего так нервничаешь? Я уехала.

- Куда?

- Куда захотела, туда и уехала. Я женщина свободная, ни перед кем отчитываться не обязана.

- Где Саша?!

- Что значит где? Со мной, конечно!

- Какого... - едва сдержав, душащую его нецензурщину, Тимур уже побледнел от злости. - Какого чёрта ты увезла его без моего разрешения? Какое ты имела на это право?

- Тимур, я не буду с тобой разговаривать в таком тоне, хотя нет, я с тобой вообще не буду разговаривать. Созвонись со своими адвокатами, они тебе всё объяснят.

- Что? Какие адвокаты? Ты вообще о чём? Где Саша?

Ответа мужчина не получил. В трубке послышались гудки.