Посылка для Анны - Миранда Дикинсон

Мрачная фигура Бена стала ближе. Он сутулился, глядя себе под ноги и пиная гравий. Исчезла привычная бравада, исчезла злость, заставившая его уйти. Теперь он выглядел маленьким потерянным мальчиком, полным сожалений, с которыми сам был не в силах управиться.

– Бен.

Он не ответил. Анна шагнула ближе:

– Бен…

Он обернулся:

– Привет.

– Тут холодает, тебе не кажется?

– Я… не могу сказать, что заметил. А ты?.. – Он посмотрел на пиджак, который держал в руке, и протянул его ей.

– Нет, спасибо. Бен…

Он закрыл глаза.

– Не говори этого.

– Но…

– Анна, я серьезно, не говори этого. Я злился и сглупил. Но у меня не было на это права. Ты не ошиблась: я тебя использовал. Не с самого начала, но, когда у меня появился шанс написать о тебе статью, я не медлил. Ты не заслуживала такого отношения.

– Все уже в прошлом. И я не злюсь. В жизни есть куда более важные вещи.

Она смело потянулась к нему и взяла за руку, ощутив его неуверенность и то, что он едва не отшатнулся. Но затем его пальцы нерешительно двинулись по ее коже, переплетаясь с ее пальцами, сжимаясь. Некоторое время оба молчали – прикосновение сделало слова ненужными. А когда Бен снова обрел способность говорить, голос его был тихим и мягким.

– Я думал, ты больше не сможешь мне доверять.

– Я тоже.

– Что изменилось?

– Я поняла, что решение за мной. Вся моя жизнь – это мой выбор. И я выбрала тебя частью своей жизни. Если ты все еще хочешь ею быть.

– Сильнее, чем ты думаешь, Анна. И мне жаль, что так вышло.

– Я знаю.

Стоило ли ей его поцеловать? Их тела чуть сблизились, когда соприкоснулись руки, и теперь Анна ощущала тепло дыхания Бена, ласкающего ее щеку. Ей никогда еще не приходилось делать первый шаг в подобных делах, но ведь она никогда еще и не была той Анной Браун, которой чувствовала себя сейчас. Со смелостью, которая испугала ее саму, Анна шагнула вперед и коснулась губами его губ. На этот раз он не медлил – одной рукой он обвил ее тело, привлекая к себе, другой продолжал сжимать ее пальцы. Это было прекрасно и изумительно, чистое и сильное чувство, и в объятиях Бена Анна ощутила себя как дома.

Отстранившись, они взглянули друг на друга, словно впервые. Напряжение момента заставило их рассмеяться, и смех раскатился по саду.

– И что это было? – спросил он.

– Это был поцелуй, – поддразнила она. – Жалобы будут?

– Присяжные в отъезде… – Он уже снова привлекал ее к себе. – Лучше попробовать еще раз, для верности.

Они обменивались поцелуями и смеялись, а их настроение менялось от игривости до чистой страсти. То напряжение, которое так долго нарастало между ними, сломалось, как лед, в потоке искренности.

Когда Бен сумел высвободиться, он спросил:

– А как же отправитель посылок?

– А что с ней? – Анна хотела снова его поцеловать, но он отодвинул ее.

– С ней?

Она кивнула.

– Так что я с полной уверенностью могу заявить, что я в нее не влюблена.

– Кто это?

– Не могу сказать.

– Можешь. Теперь, когда мы поцеловались, ты можешь рассказать мне что угодно.

– И рискнуть тем, что это появится в очередном твоем эксклюзиве? Нет, спасибо.

– Анна, ну перестань! Ты не можешь оставить меня в подвешенном состоянии.

– Нет уж, скоро ты выяснишь, что могу, – засмеялась она и не стала сопротивляться, когда он снова ее поцеловал.

Возможно, однажды она ему скажет – например, когда высокочтимый редактор «Дейли мессенджер» уйдет в отставку. Но пока что она с радостью будет хранить свой секрет.

Итак, под чернильно-черным лондонским небом, подсвеченным кружащей головы луной, Анна Браун получила свой последний подарок. Он не был обернут в коричневую бумагу с идеальными аккуратными уголками. Его не доставил курьер, и никто из коллег не присутствовал при доставке. В этот раз информация об отправителе была полной и завершенной и подарок стоил больше, чем она когда-либо смела мечтать и надеяться.

Им стал дар принимать собственные решения. И он был идеален.