Обжигающий огонь страсти - Стефани Блейк

– Да, и я велел нашему управляющему обещать людям крупные премии, если они останутся. Да еще и участие в прибылях.

– Прекрасно. Я не знаю, почему большинство предпринимателей такие тупоголовые. Неужели они не понимают, что доля в прибыли стимулирует хорошую работу?

– То же самое Теренс Трент говорит о правительстве. Чем большее участие принимают люди в управлении обществом, чем активнее, обладая правом голоса, они могут высказываться о законодательстве и законах, тем патриотичнее и предприимчивее становятся.

– Теренс – парень с головой. Моего будущего зятя наверняка ждет блестящее будущее.

Месяцем раньше Джуно и ее жених возвратились из Южной Австралии. Встреча с дочерью была для Крега такой же радостной, как предыдущие встречи с Джейсоном и Адди.

– Ты всегда была моей любимицей, – сказал он темной экзотической красавице. Хотя рот и подбородок были такими же, как и у ее матери, тонкий нос напоминал своим римским изгибом орлиный нос Крега. Молодой Трент понравился Крегу с первой же встречи. Он был похож на Уилла Уэнтворта в молодости: шапка вьющихся рыжих волос, большой завиток на лбу, обезоруживающая мальчишеская улыбка и спокойные манеры сдержанного человека. Но когда затрагивались вопросы политики и социальных реформ, он тут же сбрасывал тогу своей юной сдержанности и темпераментно вступал в бой с ветеранами-политиками вдвое старше и опытнее его.

Как-то Адди призналась Крегу:

– Меня не перестает мучить чувство вины. Все эти годы я и дети жили под крышей дома Джона. Пользовались его защитой и любовью. А теперь я участвую в заговоре против него. Мне от этого не по себе.

Крег положил руки на ее плечи.

– Послушай, Адди. Я понимаю и даже разделяю твои чувства, но ты не должна испытывать чувства вины. Ведь никакого заговора против Джона нет. Его беды проистекают из его близорукости, точнее сказать, неумения предвидеть будущее. Джон и весь его класс живут в прошлом, вместо того чтобы смотреть в будущее.

– Крег, все это, возможно, и так, но, пожалуйста, не обманывайся относительно мотивов своих действий. Именно по личным мотивам ты хочешь уничтожить Джона. Конечно, у тебя есть полное право не любить его за многие беды, которые выпали на твою долю в юности. Но я не могу не сочувствовать ему в эти трудные для него дни.

– Аделаида, моя дорогая. Ты частично права, – согласился он. – У меня и в самом деле есть личные счеты с Блэндингсом, но я отнюдь не замышляю против него никакой вендетты. Если уж говорить откровенно, погубить Джона никоим образом не входит в мои планы. – На его лице появилась загадочная улыбка. – Более того, я собираюсь спасти его.

– Спасти? – Ее рот приоткрылся от изумления. – О чем ты говоришь?

– Да, спасти. Джон – вполне приличный человек, и им не надо пренебрегать во времена великих перемен. Если только суметь направить его усилия в должном направлении, он может многое сделать для развития этой страны. Важная цель – добиться прекращения ссылок в Тасманию. Рабству не место в Австралии. Она больше не должна быть исправительной колонией.

Земли Ван Димена не должно быть на карте мира. Старое название пора уже заменить новым – Тасмания. Имя Абела Тасмана вполне заслуживает, чтобы его увековечили. Ведь именно он открыл остров, а не этот чинуша губернатор Ван Димен с Явы. Австралия становится взрослой, и чтобы она могла спокойно, без потрясений войти во взрослую историю, требуются государственная мудрость, инициативность лучших ее людей. Джон Блэндингс может стать одним из них, если я верно угадываю, что под маской снобизма, самовлюбленности и ханжества скрывается человек вполне достойный. Кстати сказать, еще до истечения этой недели я должен лично поговорить с Джоном.

– О Крег, разумно ли это? Ведь нет никакой гарантии, что он не передаст тебя властям. Тебя могут арестовать и предать суду за все те давнишние дела. Прошу тебя, дорогой, не рискуй. Ради меня. Ради Джейсона и Джуно.

Он прижал ее к себе, поцеловал волосы.

– Адди, сладость моя, никакой опасности нет. Между прочим… – помолчав, он улыбнулся каким-то своим тайным мыслям, – я рассчитываю, что именно Джон сообщит властям о том, кто я такой на самом деле.

– Ты сошел с ума.

– Точнее, схожу с ума. Схожу с ума по тебе, моя женушка Аделаида Мак-Дугал. Думаю, что не так далек день, когда ты будешь официально именоваться миссис Мак-Дугал. Мне чертовски нравится, как это звучит. А тебе?

Он пылко поцеловал ее, и Адди вздохнула:

– Жаль, что еще слишком рано ложиться спать. Он поднял брови.

– А кто это сказал?

Встречу между Джоном и Крегом организовали их адвокаты. Состоялась она в конференц-зале компании «Блэндингс – Диринг».

Когда прибыл Крег, Джон сидел во главе длинного стола. Посетителя встретила секретарша, нервная особа, которая удалилась с такой поспешностью, словно покидала апартаменты королевы Виктории. Могущество, воплощаемое этими двумя титанами, ощущалось как некая устрашающая сила.

Начало беседы было несколько сдержанным, контакт только налаживался, шахматисты пока примеривались друг к другу.

– Черт побери, ведь мы с вами где-то встречались, Доналдсон? – спросил наконец Джон, пристально разглядывая Крега и раздумчиво поглаживая бороду.

У Крега не было ни малейшего желания дальше интриговать своего собеседника.

– Встречались, и много-много раз, Джон. Правда, очень давно.

– Вы не шутите?

– Джон, Доналдсон не настоящее мое имя. Это всего лишь деловой псевдоним. А вообще-то я ваш старый враг – Крег Мак-Дугал. – В какой-то миг ему показалось, что Джона хватит удар или он лишится рассудка. Кровь отлила от его лица. Он попытался встать, но колени подкосились, и ему пришлось ухватиться за край стола. Уголок его левого глаза подрагивал, с губ слетали тихие, нечленораздельные звуки.

– Спокойно, приятель. – Крег прикрыл ладонью его руку. Когда первая реакция прошла, Джон сумел все же вернуть себе самообладание, в непростой для него ситуации он проявил уверенность и достоинство. Они обсудили чудо воскрешения Крега, и Джон был искренне потрясен космическим взлетом его соперника – от калифорнийского фермера до могущественного финансово-промышленного магната.

– Честно сказать, в глубине души я никогда не верил в вашу смерть, Крег. Должно быть, потому, что вы всегда жили в ее уме и душе. Меня не убедил рассказ капитана о вашей безвременной кончине в Баткёрсте.

Джон встал и взвесил на ладонях внушительную кипу документов, подготовленную адвокатами Мак-Дугала.

– Стало быть, вы держите в своих руках большую часть моих акций и ценных бумаг. Компания отныне принадлежит вам, Крег. Вся компания, не исключая и меня самого. – Он покинул свое место и сделал широкий жест. – Я думаю, нам следует обменяться местами. Отныне вы председатель совета компании.