Опасности и правда - Алекс Мирез

Прежде чем что-то сказать, Александр опасливо покосился на дверь. Затем пристально посмотрел на меня.

– Ты должна знать, – сказал он, садясь на край постели, – это Риган приказал устроить аварию. Тебе крупно повезло, что ты выжила.

В эту минуту у меня в голове ярко вспыхнули воспоминания: покер с Эганом, спор с Адриком, видеозапись с Эдриеном и, наконец, ошеломленное лицо Лэндера в момент аварии.

В голове осталась лишь одна мысль.

– А что с Арти? – тут же встревоженно спросила я. – И с Лэндером?

Александр прижал палец к губам.

– Тсс! – прошептал он.

И обеспокоенно посмотрел в сторону двери.

– Я не должен здесь находиться, – прошептал он. – Арти и Лэндер в реанимации.

– Они живы, – с облегчением выдохнула я.

Александр беспомощно развел руками.

– Да, но их состояние нестабильно.

Сердце забилось как автомат, а в ушах невыносимо зазвенело. У меня страшно закружилась голова, как будто вот-вот потеряю сознание, но я сумела взять себя в руки и не упасть в обморок.

– Я должна их увидеть, – заявила я. – Я должна быть с ними.

Это случилось по моей вине, так что…

Я резко попыталась встать с постели, но Александр придержал меня за плечи. От его рук мне стало больно. Каждое движение причиняло адскую боль.

– Нет, не волнуйся, – прошептал он. – В реанимации они в безопасности. Их вытащат, но на это потребуется время. Вот кто сейчас в опасности, так это ты.

В моей голове неустанно стучало: «Простите, простите, простите…»

– Сейчас Риган занят другими делами, – с расстановкой продолжал Александр, чтобы до меня дошло, насколько все серьезно, – но если он узнает, что ты осталась жива, то прикажет кому-нибудь довершить начатое. Поэтому я и пришел за тобой.

Его слова звучали вполне понятно, но мне казались сложными и запутанными. Я растерянно посмотрела на него.

– За мной?

Александр кивнул. В эту минуту до меня дошло, что он одет в белую униформу медбрата. В последнюю нашу встречу он выглядел вымотанным и с трехдневной щетиной, но сейчас щетины уже не было, и он не казался усталым. На языке у меня крутился вопрос: сколько времени я провела в больнице?

Я хотела об этом спросить, но он опередил меня:

– Итак, план такой: мы забираем тебя из больницы, никому об этом не сообщая, и увозим в надежное место.

Я покачала головой.

– Арти и Лэндер…

Я снова попыталась встать, но Александр опять прижал меня к кровати.

Черт, ну можно иметь хоть капельку такта?

– Послушай, – сурово произнес он, чтобы я утихла, – твоя группа крови и ДНК не совпадают с ДНК Джуд Дерри, чьи данные зарегистрированы в системе. Врачи сообщили в полицию и теперь ждут, пока ты придешь в себя, чтобы арестовать тебя. Если останешься здесь, – добавил он, – то отправишься прямиком в тюрьму. Ты это понимаешь?

– Мне плевать, я…

Александр заставил меня посмотреть на него.

– С твоими друзьями все будет хорошо, – заверил он. – Я позаботился о том, чтобы ими занялись лучшие врачи. Но если будешь поблизости, то потащишь их за собой. Ты намерена допустить, чтобы это случилось из-за твоей глупой бравады, или будешь вести себя разумно хотя бы в этот раз?

Я коснулась рукой лба. Трогать было больно. Я нащупала на голове повязку, а под ней – какую-то выпуклость. Должно быть, рану зашивали.

Мозг, казалось, раскалывался на тысячу кусочков, но я была уверена, что не хочу тащить за собой Арти и Лэндера.

Да, я могла вести себя благоразумно, хоть и не знала точно, поможет это или нет. Но это было уже неважно. Если меня все же поймают, то пусть это случится подальше от них, чтобы друзей не привлекли к ответственности.

В первый раз я не стала спорить.

– Как мы отсюда выйдем? – спросила я.

Александр указал на бейдж, висевший у него на шее. Я едва разглядела его фотографию и фальшивое имя. Внизу было написано: «МОРГ».

– Ты раньше когда-нибудь умирала? – спросил он.

Лишь теперь я увидела в углу палаты носилки, на которых лежал черный клеенчатый мешок.

Только этого не хватало! Я подробно разработала план мести, но до такого еще не додумалась: прикинуться трупом!

Я посмотрела на Александра, глупо хлопая ресницами.

– Ты серьезно?

Александр пожал плечами.

– У меня не настолько богатая фантазия, – виновато признался он. – Но я видел такое в кино.

Я не была уверена, что это выгорит, но другого выхода все равно не оставалось. Он помог мне лечь на носилки и забраться в мешок. Каждое движение давалось ценой неимоверных усилий и боли. Все-таки я еще не поправилась, была слишком слаба, разбита и едва держала равновесие. Я чувствовала себя слишком измученной, перед глазами все плыло, но все же мне удалось взять себя в руки.

Я вытянулась и застыла на холодных носилках. Александр застегнул молнию на клеенчатом мешке, оставив в конце небольшое отверстие, чтобы я могла дышать. Но все равно в мешке было душно и страшно. Через крошечное отверстие я не могла толком вдохнуть. Казалось, эту пытку нарочно придумали, чтобы снова убить мой оживший труп.

– Не шевелись, пока я не скажу, – предупредил Александр. – Сколько бы времени ни прошло – не двигайся ни в коем случае.

Я и сама не хотела шевелиться. У меня все болело до самых печенок. Я оказалась в полной темноте. Через несколько секунд носилки покатились. Я не знала точно, что происходит снаружи, но отчетливо слышала каждый звук. Я прислушивалась к голосам снаружи, словно ожидая, как кто-нибудь скажет: «Смотри-ка, а ведь эта не мертвая! Она живая – побитая, но живая!».

Александр строго-настрого запретил мне шевелить даже пальцем, потребовав, чтобы я неподвижно лежала в самой неудобной позе. Колесики носилок противно скрежетали по полу. Я крепко зажмурилась, стараясь оставаться неподвижной. Даже дышать было трудно.

Наконец носилки остановились. Я смотрела в черноту, как полная дура. Сердце отчаянно стучало в груди. Кто-то что-то спросил.

– В морг, – услышала я голос Александра.

– Ты стажер?

– Да, уже два месяца. У доктора Карсона.

– А распоряжение?

Черт, ведь должно быть еще и распоряжение? А где он его возьмет?

– Вот, – ответил Александр.

Ну что ж, хорошо, если так.

Вот черт, и когда он успел провернуть все это? Он что же, консультировался со сценаристами «Мыслить как преступник»?

В напряженном молчании прошло несколько секунд, и я уже решила, что черный мешок расстегнут.

Но носилки снова покатились.

Пока мы пробирались к выходу, мне показалось, что прошла целая вечность. По дороге