Интрижка - Кристен Эшли

Джонни провел большим пальцем по моей щеке, чтобы стереть мокрый след, который она оставила после себя.

— Я упоминал о сексуальном котенке, который позволяет мне делать с ней все, что я хочу, и не возражает лежать на мне вся в моей сперме? — тихо спросил он.

Я сглотнула и хрипло ответила:

— Нет, об этом ты еще не упоминал.

Он нежно улыбнулся мне.

— Ну, так оно и есть. — Улыбка исчезла, и он прошептал: — Он не вернулся за тобой, потому что он гигантский мудак, а не потому, что ты не стоила того, чтобы за тобой вернуться. И если это займет всю жизнь, детка, если на это уйдет каждый цент, который у меня есть, я сделаю все, что в моих силах, чтобы ты покинула этот мир, зная, насколько ты чертовски удивительная, и стоишь всего и вся.

Я больше не могла этого выносить и уткнулась лицом ему в шею.

Джонни запустил пальцы мне в волосы и обхватил ладонями мой затылок.

У меня ушло на это некоторое время, но когда все им сказанное глубоко осело в сердце и сознании, я спросила:

— Ты купил кольцо?

— О, нет, spätzchen, все будет не так. Ты не узнаешь, когда и как я это сделаю. Возможно, за ужином при свечах и с шампанским, и я даже могу настолько расчувствоваться, чтобы опущусь на колено. Возможно, в хижине сразу после того, как я вернусь с рыбалки, принесу ужин, который ты не будешь есть. Возможно, после того, как заставлю тебя кончить для меня, и ты будешь вся нежная, влажная и сладкая. Возможно, когда буду готовить тебе яичницу на завтрак. Это может произойти в любой момент, но ты не будешь знать точно. Я могу лишь пообещать, что этот момент будет идеальным. Момент, когда я могу быть уверен, что запомню выражение твоего лица, чтобы рассказать нашим детям историю о том, как их папочка подарил мамочке кольцо. Так что прямо сейчас, знай, что ты — весь мой мир, и я буду держаться за него всегда, но ты не узнаешь, когда я попрошу тебя выйти за меня замуж.

— Меня это вполне устраивает, — пробормотала я.

В его голосе звучало веселье, когда он ответил:

— Хорошо. Теперь, как думаешь, нам стоит пойти в душ, а потом, возможно, поужинать?

Я подняла голову.

— Может, вместо этого мы примем ванну?

Он смотрел мне в глаза, продолжая быть единственным, кем он мог быть.

Моим Джонни.

— Мы сделаем все, что ты захочешь, Иззи.

Я улыбнулась ему.

И он улыбнулся мне в ответ.

Потом мы встали с постели и приняли ванну.

***

Я переехала к Джонни через неделю и два дня.

Весь следующий месяц Адди и Брукс жили у меня бесплатно, а через месяц, когда ее адвокат, которого оплатил Джонни, уничтожил Перри, она начала выплачивать ипотеку.

Перри был удостоен одним уик-эндом посещения в месяц.

Он приезжал забрать Брукса дважды, после чего мы больше его не видели.

Он также дважды выплатил алименты на ребенка и на этом все.

В течение этого времени Адди очень плохо скрывала, что влюбляется в Тоби.

Со своей стороны, Тоби очень плохо скрывал, что влюбляется в Адди.

Брукс, однако, не утруждал себя тем, чтобы скрывать, что он влюбился по уши в обоих мужчин Гэмбл.

И, к слову, за всем этим было очень забавно наблюдать.

Дианна и Марго тоже так считали.

Хотя Джонни с нами не согласился.

***

Джонни не опустился на колено.

Но на его обеденном столе стояло шампанское и розы, а стейки он приготовил с чесноком, травами и сыром, как я любила.

Он провел меня.

Во-первых, сам все время готовил. Говорил, это потому, что приходил домой первым и был голоден.

Но я знала, что он делал это для меня.

Стейки были его фирменным блюдом, но он проявил себя великолепным поваром, и все блюда, что он готовил, были фантастическими.

Кроме того, когда я переехала, он узнал, что я каждую пятницу хожу в цветочный магазин «Мэйси». Поэтому начал привозить цветы каждый четверг.

Это был Джонни Гэмбл.

Да.

Это был мой Джонни.

В тот день были готовы конюшни. Именно тогда он сделал мне предложение. Мы утвердили проект за неделю после того, как Джонни нашел подрядчика, с которым хотел работать. Времени, прежде чем земля замерзнет, было не так много, поэтому Джонни заплатил двойную стоимость, чтобы я могла привезти с собой Серенгети и Амаретто.

Я не сказала ни слова.

Я должна была догадаться, когда пришла домой, а на островке стояла розовая обувная коробка с замшевыми босоножками Alexandre Birman, которые мы с Дианной обсуждали на прошлой неделе, сидя за ноутбуком.

Он пытался сбить меня со следа, проявив двойную щедрость.

Это сработало.

После того, как я поставила новый бокал с вином и собиралась взяться за вилку и нож, чтобы продолжить наслаждаться стейком, он пробормотал:

— Дай мне руку, spätzchen.

Я посмотрела на него и протянула правую руку.

— Другую, Иззи.

У меня перехватило дыхание, и я протянула ему левую руку.

Он был прав.

Кольцо оказалось необыкновенным.

Мне оно понравилось.

Так сильно, что ужинать мы так и не закончили.

***

В ту ночь, в ночь кольца, я не знала, что меня разбудило.

Но я проснулась.

Я мгновенно поняла, что нахожусь в постели одна.

Я повернулась.

Джонни стоял снаружи, залитый лунным светом, в спортивных штанах и толстовке на молнии с высоким воротником.

Он стоял у перил, глядя сквозь темноту на ручей.

Я откинула одеяло и пошла по коридору в ванную и в гардеробную, а за мной следовали три собаки (Тоби подарил Адди и Бруксу собаку из приюта, наполовину риджбека, наполовину мы не знали, кого. Видите? Он плохо скрывал влюбленность).

Я натянула толстые носки Джонни, перешла к другому ящику и надела через голову другую его толстовку поверх футболки, в которой я уже была.

Затем мы с собаками направились обратно, по коридору, к балконной двери.

Выйдя все вместе наружу, увидели, что Джонни хмуро смотрит в нашу сторону.

— Элиза, твои ноги.

Наверняка было холодно.

Полагаю.

Я этого не почувствовала.

Именно тогда я обнаружила, что его кольцо обладает магической силой.

Оно согревало меня до мозга костей.

Я подошла к Джонни, прижалась к нему и обняла, чувствуя странное ощущение того, как кольцо смещается на пальце из-за веса камня.

Мне нравилось это ощущение.

Джонни обнял меня.

— Почему ты не спишь? — пробормотала я ему в грудь.