Корабль мечты - Лука Ди Фульвио

– Но деньги – это не главная проблема. Проблема в том, что мы будем работать, как мужчины, – задумчиво протянула Октавия.

– Отец меня поддержит, – заявила Джудитта.

– Хорошо, мы подумаем об этом. – Женщина робко улыбнулась. Эти разговоры пугали ее.

– Еще нам нужно придумать название, – восторженно заявила Джудитта.

– Какое еще название? «Джудитта-старьевщица»? Или «Джудитта и Октавия, старьевщицы из Гетто Нуово»?

Девушка взяла серебряную бабочку, подаренную ей Меркурио, и показала ее Октавии.

– «Бабочка»? – удивленно приподняла брови Октавия. – Тебе не кажется, что это звучит немного странно?

Джудитта звонко рассмеялась.

– Остров, на котором я выросла, раньше принадлежал венецианцам, теперь же он отошел туркам, но живут там греки, древний и мудрый народ. Ты знаешь, что в греческой мифологии бабочка – символ души? А знаешь, как будет по-гречески «душа»?

– Нет.

– Конечно, знаешь, – рассмеялась Джудитта. – Это все знают.

– Нет, правда.

– Психея.

– Психея?

– Да. Значит, нашу мастерскую мы назовем «Психея».

– «Психея»?

– Прекрати повторять за мной, Октавия!

Женщина кивнула, внимательно рассматривая серебряную бабочку.

– Кто тебе это подарил?

– Кто-то. – Джудитта покраснела.

Октавия улыбнулась.

– Глядя, как ты залилась краской, я понимаю, что это была не женщина. И не старик.

Джудитта пожала плечами.

– Это тот мальчик… который был у ворот?

Девушка молчала.

– Он не еврей. Об этом тоже говорят в общине, – заметила Октавия.

Джудитта потупилась.

– Ну хорошо… Вернее, плохо, конечно. – Вздохнув, Октавия осторожно дотронулась до броши кончиками пальцев. – А эта бабочка… Она представляет твою душу? Или его?

Джудитта нежно погладила серебряные крылья.

– Нашу, – задумчиво сказала она.

– Нашу? – Октавия закатила глаза, качая головой. – Вот, значит, до чего дело дошло. Да, весело. – Женщина вздохнула. – Ну да ладно. За работу. Будем решать проблемы постепенно. Вначале нужно найти швей. А ты позаботься о выкройках для платьев. – Октавия направилась к двери. – Нет, ты пойдешь со мной. Когда нас будут побивать камнями, мы хотя бы будем вместе.

Джудитта со смехом встала, убрала брошь-бабочку в карман, набросила шерстяную накидку и вместе с Октавией вышла из дома.

– Мне нужно купить ткань, – уже на лестнице сказала она.

– Тебе нужно купить себе новую голову, девочка, – отрезала ее подруга. – Да и мне заодно. Ты понимаешь, что мы собираемся наделать кучу глупостей?

– Да, – со смехом ответила Джудитта.

– Да, проклятье! – воскликнула Октавия, подходя к двери у арки перед домом.

Там она нашла своего мужа.

– Мессир ростовщик, дай-ка мне золотой, я собираюсь наделать глупостей.

Вздернув брови, муж с улыбкой посмотрел на нее, достал кошель и выдал ей монету.

– Думаешь, я шучу, любимый? – Она повернулась к Джудитте. – Мой милый мессир думает, что я шучу. – Женщина вновь посмотрела на мужа. – Запомни. Я тебя предупредила, что собираюсь сглупить, а ты меня не отговорил. – Она ткнула пальцем ему в грудь.

Мужчина улыбнулся, подозревая, что не вполне ее понимает.

Октавия взяла Джудитту под руку и потащила в сторону моста у Гетто Нуово.

Проходя внутренние ворота, Джудитта остановилась и погладила деревянную створку, которой касался Меркурио. Девушка закрыла глаза, думая о том, как быстро все изменилось. Эти ворота были символом их неволи, а теперь стали знаком любви.

Октавия пихнула ее под бок.

– Все на тебя смотрят.

– Мне все равно, – рассмеялась Джудитта.

Когда мост остался позади, женщины пошли по набережной Ормезини, глядя на витрины с тканями и кружевами.

– Это не твой христианин? – Октавия указала на мужчину лет тридцати с волевым подбородком.

Джудитта посмотрела на него.

– Нет, конечно! – возмущенно воскликнула она. – Меркурио не такой старый. Кроме того, он намного красивее!

Октавия притворно вздохнула.

– Меркурио… Ну что у этих христиан за имена такие? У древних римлян Меркурий был богом-покровителем воров. Но ведь твой Меркурио не вор, верно?

– Нет, конечно же нет… – Джудитта смущенно улыбнулась.

И в тот же миг из бокового переулка выскочил какой-то тощий мальчишка. Ворот его шерстяной рубашки был поднят, закрывая кончик носа, а потрепанную шапку малец надвинул на лоб.

Затем все произошло очень быстро.

Мальчик набросился на Джудитту, схватил ее за волосы и сильно дернул. От острой боли девушка завопила. Она увидела, что мальчишка сжимает в руке клок ее волос.

– Проклятая жидовка! – крикнул он, срывая у Джудитты с головы шапочку.

Малец скрылся столь же быстро, как и появился. От неожиданности Джудитта остолбенела, но мальчик с необычным желтоватым оттенком кожи показался ей знакомым.

– А ну стой, вор! – крикнул стоявший неподалеку продавец.

Он попытался схватить мальчишку, но тот с кошачьей ловкостью увернулся.

Мужчина повернулся к Джудитте.

– Как вы?

Девушка провела ладонью по больному месту. На пальцах осталось немного крови.

Октавия обняла подругу.

– Вы ранены? – спросил мужчина.

Джудитта испуганно уставилась на него.

– Я не могу тут оставаться, мне нужен желтый убор! – выдавила она, зажимая рану ладонью.

Чувствуя себя голой, она добежала до моста в Гетто Нуово. Октавия следовала за ней. Только оказавшись на площади в Гетто Нуово, женщины остановились, и Октавия опустила ладонь Джудитте на плечо.

– Джудитта ди Негропонте…

Они оглянулись. Перед ними стоял Ариэль Бар-Цадок, торговец тканями.

– Что вам нужно? – не очень-то приветливо осведомилась Октавия.

– Джудитта ди Негропонте, – торжественно, даже немного благоговейно начал Ариэль, сделав шаг вперед. – Если вы позволите… Я хотел бы поговорить с вами по делу и…

– Сейчас неподходящий момент, – решительно прервала его Октавия. – Неужели вы не видели, что только что случилось?

– Нет, я… – смутился торговец.

– Говорите, Ариэль, – ровным тоном произнесла Джудитта, надеясь, что Бар-Цадок отвлечет ее от произошедшего.