Искушение любовью - Эйлин Драйер

– Хотите, я помогу вам?

– Нет! – в один голос воскликнули мужчины.

Фиона улыбнулась:

– Может, вы еще передумаете. Алекс подтвердит, что я не кисейная барышня и к тому же хорошо знаю всех, кто вас интересует. Так что подумайте.

Дрейк пронзил ее взглядом своих острых светло-карих глаз и произнес, опустив руки на лежащую перед ним раскрытую папку:

– Полагаю, у вас и без этого есть над чем подумать.

Фиона решила, что слишком рано возомнила, будто почва перестала качаться под ногами, и слова Дрейка были тому подтверждением, и сказала, пытаясь справиться с неприятным покалыванием в животе:

– О, пришел и мой черед? Что ж, мои прегрешения отнюдь не столь невинны, о чем ты напомнил мне этой ночью. И совершены были не на службе королю.

Дрейк отвел взгляд и сосредоточился на бумагах, которые держал. Фиона не шевелилась, только сильнее сжимала руку Алекса. Она чувствовала его молчаливую поддержку, и это придавало ей силы.

– Суть в том,  – начал Дрейк, заглядывая в свою папку,  – что оба происшествия не вызывают никаких вопросов. В первом случае мы имеем дело с применением ножа в целях необходимой самообороны, а в другом…  – Он поднял голову, и Фиона наконец увидела сочувствие в его глазах. – Скажем, э-э… полиция Эдинбурга не была ни удивлена, ни огорчена кончиной того джентльмена.

Дрейк неторопливо поднялся со стула и продолжил уже менее официальным тоном:

– Однако в следующий раз я бы посоветовал вам подобрать не столь печально известный яд. Симптомы отравления наперстянкой знакомы любому практикующему врачу уже хотя бы потому, что это растение используется в качестве лекарства.

– И я благодарю Бога за это! – воскликнул сэр Джозеф, также поднявшись со своего кресла, и на лице его светилась счастливая улыбка. – Это все, насколько я понял?

– Все,  – подтвердил Дрейк, захлопывая свою папку. – Все вы теперь имеете основания для радости, а я – для надежды, что мое скромное жилище будет оставлено с миром.

Алекс помог Фионе подняться и хотел что-то сказать, но в этот момент дверь с грохотом распахнулась, ударившись о стену.

Алекс резким движением загородил собой Фиону, а она нагнулась, чтобы вынуть нож, однако в комнату влетела Мейрид, а за ней следом – Чаффи.

– Вы не можете арестовать мою сестру! – воскликнула Мей тоном трагической актрисы.

Дрейк прислонился к столу и, явно наслаждаясь происходящим, крикнул, поворачиваясь к Чаффи:

– Я чего-то не могу? Ты не знаешь, о чем это она?

– Представь, нет. Сидели себе, говорили о свадьбе, и вдруг она вскочила, раскричалась и побежала. Я сам едва понял куда.

– А запах апельсинов не чувствовали? – спросила взволнованно леди Би.

– О здравствуйте, леди Би! – в один голос приветствовали даму Чаффи и Мейрид, без особой, впрочем, радости.

Дрейк вздохнул, а Фиона, уже почти успокоившись, едва не рассмеялась, но взяла себя в руки и ровным тоном сказала:

– Мне ничто не угрожает, Мей. Практически мы закончили.

– Но тебя не могут арестовать! – упрямо заявила та, уперев руки в бока. – Я спасу тебя!

Фиона раскрыла объятия.

– Ты немного опоздала, сладкая: лорд Дрейк уже сделал это.

Мейрид нахмурилась, пытаясь оценить ситуацию.

– А Алекс тебе уже сделал предложение?

Пришла очередь Фионы краснеть.

– Нет… и это не твое дело. Кстати, не пора ли нам всем покинуть это помещение? Не припозднились ли мы с завтраком?

– Пора заморить червячка,  – поддержала ее леди Би, кивнув.

– Почему не сделал? Трусишь? Боишься, что и со мной придется возиться? Но тебе не придется. Для этого есть Чаффи,  – будто ничего не слышала, продолжала Мей.

– Но я сделал…  – возразил Алекс не вполне уверенно. – Только вот ответа не получил.

Все посмотрели на Фиону, и той захотелось провалиться сквозь землю.

– Это,  – многозначительно посмотрела она на сестру,  – тема не для общего обсуждения.

Мейрид вновь повернулся к Алексу.

– Ты будешь заботиться о ней? У тебя есть поместье? Деньги в фондах? Из какой ты семьи? Я имею право задать эти вопросы.

– Потому что она старшая сестра,  – объяснила Фиона, едва сдерживая смех, и подумала: «День становится все более непредсказуемым и интересным».

– Она? – не сдержал удивления Дрейк.

– Я готов ответить. – Алекс, не отворачиваясь от пристального взгляда Мейрид, которая стояла подбоченившись посреди комнаты под руку с Чаффи, указал рукой на сэра Джозефа: – Ну, моего отца ты уже видела, а поместье, когда выйдешь замуж, будешь видеть очень часто.

Мейрид нахмурилась:

– Очень часто? Почему? У Чаффи же есть свое…

Алекс удивленно посмотрел на друга:

– Ты ей не говорил?

– Как-то не подумал,  – ответил тот, пожимая плечами, и повернулся к Мей. – Оно по соседству.

Услышанное весьма заинтересовало не столько Мейрид, сколько Фиону.

– По соседству? По соседству с чем?

– С владениями Чаффи,  – улыбнулся Алекс. – Его поместье граничит с моим. Мы и познакомились, когда я летом приезжал к своему дяде, который собирался оставить мне эти земли в наследство. Честно говоря, если бы Чаф не оказался рядом, в этих поездках было бы мало приятного.

Чаффи закивал в подтверждение:

– И моим родителям он очень нравится. Они думают, что он прямо-таки совершенен.

– А я такой и есть,  – рассмеялся Алекс, но Мейрид перевела взгляд на Чаффи и строго сказала:

– Не он совершенен, а ты.

Чаффи с улыбкой пожал плечами:

– Да не важно… В общем, не стоит обращать такое внимание на слова. А сейчас давай позволим Алексу заняться своими делами.

Мейрид направилась было к двери, но остановилась и, обернувшись, погрозила Алексу пальцем:

– Смотри, сделай так, чтобы она вышла за тебя замуж. Ты ей нужен. Значит, и мне тоже. Я не смогу выйти замуж, если не буду знать, что она счастлива. А сейчас нельзя сказать, что она счастлива. Ты должен помочь ей стать такой, или я не скажу, как разгадала ваш шифр.

Она была уже у двери, когда до всех дошел смысл сказанного.

– Постой! – крикнула Фиона, не менее всех остальных, включая Чаффи, удивленная заявлением сестры. – Что ты имеешь в виду?

Но Мейрид обернулась не к ней, а к Чаффи, и глаза ее триумфально светились радостью открытия.

– Ты в самом деле не догадываешься? А я ведь все поняла, когда ты читал свою поэму.