Опасные клятвы - М. Джеймс

Волна удовольствия, нахлынувшая на меня, неожиданна и ошеломляюща: оргазм охватывает меня от ощущения огромного члена Тео, заполняющего меня, от жара его спермы, от боли и наслаждения, и от вида Адрика, во второй раз выплескивающего сперму на пол, его мускулистое тело напряжено, когда он горбится вперед, его рука шарит по его набухшей длине, а взгляд с ненавистью устремлен на сцену перед ним.

Тео внезапно выскальзывает из меня, оставляя меня в пустоте сжиматься. Я знаю, что каждый мужчина в комнате может видеть мою набухшую киску, капающую спермой, сжимающуюся вокруг ничего, пока Тео стоит позади меня. Я не понимаю, что он делает, пока не слышу его низкий голос, снова наполняющий комнату.

— Повернись и встань на колени, Марика.

Я с трудом заставляю себя пошевелиться. Мое тело жесткое, болезненное и в то же время бескостное от удовольствия, странная смесь ощущений, кожа влажно прилипает к дереву, когда я отстраняюсь. Я скорее падаю, чем встаю на колени, неловко приземляюсь перед Тео и устало поднимаю на него глаза. Я не сразу замечаю, что его рука все еще сжимает член, и понимаю, что он вылил последние капли спермы на пол передо мной.

— Вылижи его, — приказывает он. — А потом вымой мой член, пока они смотрят, как хорошая маленькая шлюшка.

Я в ужасе смотрю на него.

— Тео…

— Не смей отказываться. — Его голос теперь полон чего-то другого, каких-то рваных эмоций, и я вижу на его лице что-то непонятное, и это пугает меня еще больше. — Вылижи это, Марика, а потом вымой меня. А если не вылижешь, я заставлю тебя вылизать своего любовника, а потом позволю каждому мужчине здесь позаботиться о железном стояке, который, как я знаю, у них у всех есть, и ты сможешь вытирать языком каждую лужицу спермы, которую они оставят после себя, пока не вымоешь этот пол до блеска. — Его лицо такое жесткое и злобное, что я с ужасающей уверенностью понимаю, что он так и сделает. — Или ты можешь убраться за мной, как хорошая девочка, и мы закончим на этом.

Слезы снова стекают по моему лицу, когда я наклоняю голову к луже на полу, слизывая его сперму. Я чувствую на себе взгляды всех мужчин в комнате, и знаю, что все они думают о чем-то своем. Кто-то испытывает отвращение, а кто-то возбуждение. Некоторые, возможно, хотели бы оказаться на месте Тео. Некоторые, возможно, хотели бы, чтобы я не сдавалась и отказалась, чтобы они могли подрочить при виде моей обнаженной, стоящей на коленях фигуры, а потом посмотреть, как я слизываю их сперму.

Я и раньше получала сперму Тео в рот, и мне это нравилось. Но это совсем другое. Я вижу, как Адрик смотрит на меня, и отвращение охватывает его черты, и я чувствую к нему настоящую ненависть, потому что это его вина, как и моя. Если бы он не прокладывал себе путь в Ирландию, я могла бы выпутаться из этого. Все могло бы пойти совсем по-другому. По крайней мере, я не была бы сейчас здесь, в этот самый момент.

Если он снова начнет напрягаться, глядя на это, я могу убить его сама.

К счастью, два раунда — это, похоже, все, на что хватило Адрика. Тео мог бы и больше, думаю я, не осознавая этого. Мое лицо пылает, когда я понимаю, что по какой-то причине я все еще защищаю этого человека, который сделал со мной все это сегодня. Я вижу, что Адрик стоит там, его правая рука снова в наручниках, его член прижат к бедру, пока я убираю беспорядок Тео на полу, и когда я поднимаю глаза на Тео, я вижу, что он все еще наполовину твердый, наблюдая за мной.

— А теперь почисти мой член, — рычит он, его рука тянется к моим волосам и сжимает их в кулак, пока он тянет мой рот к своей головке. Я слышу низкий стон со стены, вижу, как другой охранник дергается и вздрагивает, теряя контроль над своей эрекцией, и провожу языком по члену Тео, вытирая наше смешанное возбуждение и его сперму так же, как я делала это днем в фойе особняка, только в тот раз я делала это с нетерпением.

Он твердеет на моих губах, когда я провожу языком по головке его члена, слизывая остатки его спермы, и я чувствую, как его рука сжимает мои волосы, когда он вводит свой член мне в рот. Это не медленно и не нежно, он затыкает мне рот, и я слышу еще один придушенный стон, который говорит мне о том, что еще один охранник проиграл борьбу с затянувшимся секс-шоу, которое их всех заставили смотреть. На самом деле я не могу их винить. Не думаю, что кто-то из них ожидал такого.

Тео трахает мое лицо так же, как он трахал мою киску, жесткими ударами, от которых у меня начинается рвотный рефлекс, его кулак сильно бьет меня по затылку, когда он стонет, его лицо напряжено от вожделения, когда он наблюдает, как мои губы растягиваются в попытке принять весь его огромный член. Краем глаза я вижу, как член Адрика тоже начинает подниматься, но ему так и не удается достичь больше половины эрекции, пока Тео водит членом по моему языку и горлу снова и снова, его стоны наслаждения заставляют мою киску снова и снова капать.

— Потри свой клитор, — хрипло приказывает он. — Встань передо мной на колени, Марика, но только после того, как я скажу, что ты можешь.

Это последняя часть моего наказания, и я знаю это. Моя рука беспомощно скользит между бедер, пальцы скользят по скользкому, набухшему клитору, а бедра выгибаются дугой, желая получить еще больше постыдного удовольствия, пока муж трахает мое лицо на глазах у зрителей, и когда он напрягается на моем языке, я знаю, что произойдет