Все, что она хочет. Эротика - Ирина Лем

Подошел к окну.

Выражение «Город, который никогда не спит» подходит Лос Анджелесу тоже, только он «не спит» красивее, чем Нью Йорк.

Это вообще города-противопоставления. Нью Йорк создавали трезво мыслящие архитекторы, которые прежде всего заботились о комфорте для людей, ведущих бизнес. Старые здания помпезны и прямолинейны, новые - высоки и высокомерны, глядят на человека сверху вниз, подавляя, заставляя подчиняться правилам. Ночью город освещен строго по-деловому - там, где нужно, и так, как нужно. Правильно пел Стинг «Мягкости, простоте здесь не место». К Нью Йорку надо долго привыкать, подлаживаться, только тогда полюбишь. Или возненавидишь. К Марку относилось второе.

В Лос Анджелесе он сразу почувствовал себя как дома. Если бы не родители, никогда больше не наведался в родной Остин. Зак посчитал бы его предателем, но имелось подозрение, что он тоже проникся... если не любовью, то бо-о-ольшой симпатией к Элэй, хотя вслух ни за что бы не признался.

Сразу видно - город возвели художники с открытым сердцем и трепетной душой, которым захотелось создать красоту, и чтобы люди ею насладились. Наверное, они вдохновлялись сказкой про Аладдина - столько здесь восточных элементов: башни, дворцы, галереи, арки, фонтаны, пальмовые аллеи. Ночью они искусно подсвечены разноцветными лампами, лучи их расходятся вверху как веер, постепенно растворяясь во мраке.

Ночь здесь многоцветна, многолюдна, многообещающа - как в любом субтропическом приморском мегаполисе. И необязательно проводить время в ресторане или клубе. Здорово - просто проехать по улицам, неторопливо оглядеться по сторонам, заметить вещи, которые днем выглядят обычно, а ночью с оттенком волшебства.

Лос Анджелес - это не только солнце, волны и песок. Это город- впечатление. Когда-то он упорно трудился, чтобы заполучить мировую славу, теперь слава работает на него. Но город не остановился на достигнутом, он развивается, ищет новые идеи. Продолжает удивлять, увлекать. Обещает и исполняет обещанное.

Хотите прикоснуться к легенде Голливуда? Пожалуйста! Вот вам Аллея Звезд, кинотеатр «Кодак», Беверли Хиллз. Хотите знать, как снимались самые известные зрелищные фильмы - вот вам студия «Юниверсал». Хотите обозреть городскую панораму до самого горизонта, заодно полюбоваться на космические тела - вот вам планетарий Гриффит.

Оставайтесь с нами, мы не дадим вам заскучать - лозунг Элэй, и Марк любил его за креативность, беспокойство, доброжелательность.

Сейчас он смотрел на квадратные окна соседнего небоскреба и ощущал себя некомфортно. Буквально из ниоткуда, из пустого воздуха возникла проблема, которую ничто не предвещало еще четверть часа назад. Не проблема, а небольшое неудобство. Точнее сказать, полнейшая неопределенность. Девушка, танцующая под музыку двадцатилетней давности...

Чем она, собственно, его зацепила?

Нет, глупо. Ничего специального в ней нет. Глаза, фигура - да. Но недостаточно, чтобы надолго захватить мысли. Нет, ерунда. Расслабился после секса с Розалиной. Видимо, не до конца удовлетворился - только физически, а фантазия осталась неутоленной.

При виде незнакомки она встрепенулась, нарисовала соблазнительные картины, потребовала их осуществить. Все-таки, мужчины не так примитивны в сексе, как принято думать. У них богатая фантазия - стоит ли ее серьезно воспринимать? Нет, не стоит. Фантазия нематериальна - нечто эфемерное, расплывчатое, невозможное пощупать.

Блажь, несерьезно. Напридумывал чепухи - глаза цвета тумана... Романтик. Услышал старую мелодию, вспомнил первые юношеские порывы, перенес на девушку.

На самом деле она ничего из себя не представляет - типичная клуша, недалекая умом. Поговорить с ней пять минут, окажется толкушкой вроде той наследницы отельного бизнеса, которая ежедневно мелькает на телеэкране. Или замужней матроной с тремя детьми. Или любительницей собственного пола. Или вообще... мужчиной. Нет, хуже - инопланетянкой. Да мало ли фриков в городе!

Усмехнулся. Честно признаться - очень не хотелось, чтобы хоть одно из предположений оказалось правдой. Выяснить бы, но как? Пойти снова начать с ней разговор? Порасспросить в подробностях о личной жизни? О сексуальной принадлежности, количестве любовников, заодно - планах на ближайший уик-энд? Нет, о нейтральном - музыкальных предпочтениях. Нет, поздно. Попрощался до следующего четверга и возвращаться сегодня просто неприлично. Что он скажет? Простите, забыл полюбопытствовать...

Неудобно. Девушка насторожится - его поведение попахивает нездоровым интересом, который не пристало иметь шефу адвокатской конторы. Если она феминистка, ухватится, раскрутит сканадал.

И что он перед ней растерялся? Свернул беседу, не спросив имени... Глупо. Но еще глупее оставаться здесь. Сейчас она придет наводить порядок, а он будет мешаться под ногами.

«Немедленно убираться отсюда!» - приказал себе Марк, подхватил портфель и быстрым, каким-то истерическим шагом направился к выходу. В коридоре он опять услышал музыку, приглушенно. И двери всех кабинетов стояли закрытыми.

Интересно, она все еще танцует или занимается прямыми обязанностями? - пришла нелепая мысль, когда он входил в лифт.

9.

Лифт был не из тех, что проскакивают десять метров за секунду, погружался в шахту не торопясь - если не останавливался на этажах, достигал вестибюля за четырнадцать секунд. Все это время Марк желал одного: чтобы она поскорее закончила... танцевать? убирать? Ну неважно... Закончила то, чем занималась.

Проходя через холл, он попрощался с охранниками, сидевшими за стойкой ресепшена, и вышел через служебную дверь в гараж. Нельзя сказать, что он пустовал, пара-тройка автомобилей в разных углах дожидались хозяев. У второй колонны, метрах в десяти стоял новенький, желтовато-перламутровый «Мерседес»-кабриолет на четыре персоны, сияя под лампой как елочная игрушка. Марк обласкал его глазами: цвет шампанского был цветом года и очень нравился.

Дилер уговаривал купить «Форд-фокус-спорт», но тот не понравился на вид - тупорылый, никакого изящества. Вдобавок стоил на три с половиной тысячи дороже и предназначался только для двоих. Удобно для романтического путешествия, но Марку не подходило - чаще, чем девушек, он возил родителей, которые регулярно наезжали из Техаса.

Он давно сделал выбор в пользу немецкой фирмы и ни разу не разочаровался. Нравился ее концепт - не поддаваться веяниям автомоды, не тратить время и деньги на оригинальные штучки, не имеющие практической надобности. Поднимающиеся двери или фары, открывающиеся как глаза - трюки для позеров, к которым Марк себя не относил.

Машина - это не одежда «от кутюр», которая только для показа. Она должна быть по старозаветному добротна, надежна, комфортабельна. И не шарабан на внешность.

«Мерседес» отвечал требованиям - рабочая лошадка королевских кровей.

Достал ключ с черным брелком и фирменным знаком, нажал кнопку дистанционного управления. Машина отозвалась радостным сигналом, будто крикнула хозяину - «я здесь!», отчетливо щелкнула замками, снимая блокировку дверей. Приятно с ней общаться, почти как с девушкой. В конце концов Мерседес - женское имя, так звали дочку основателя, и она была милашка.