Сердце не обманет - Барбара Картленд

Наконец заставив себя поднять взгляд, он снова содрогнулся. Утешало лишь то, что повреждения скрыли худших херувимов. По потолку через всю картину растянулась плесень.

«И это только одна комната», – подумал он.

В дверь постучали. Открыв, Джон с удивлением увидел двух пожилых женщин с подносами в руках. Когда он отступил в сторону, они чинно прошествовали в комнату и поставили подносы на два низких столика. Джон вынужден был признать, что чай и бутерброды на подносах выглядели весьма аппетитно.

– Добрый вечер, ваша светлость, – сказала первая женщина.

– Добрый вечер, ваша светлость, – подхватила вторая.

Поморгав, Джон сообразил, что женщины похожи друг на друга как две капли воды. У них не только были одинаковые лица, но и одинаковые синие платья, которые, как видно, когда-то считались роскошными и дорогими, но теперь выглядели старыми и поношенными.

– Доброе утро, – несколько растерянно ответил он. – Я новый герцог.

– Да, ваша светлость, мы знаем это.

– Рад с вами познакомиться. Вы долго служили у моего дяди?

– Мы не служили. Мы с ним дружили.

– Что, простите?

– Он приютил нас, – сказала другая женщина. – Нам негде было жить, и он предложил нам жить с ним.

Тут Джон начал понимать. Это «заблудшие овцы».

– Я Имельда.

– А я Соня.

– Как поживаете… э-э-э… сударыни?

Как к ним обращаться, он не понимал, но разговаривали они культурно, что при их внешнем виде было особенно странно слышать. В конце концов он решил, что безопаснее будет счесть их леди.

– Джеремайя передает, что надеется, еда вам понравится, ваша светлость. Он сделал все возможное, но, не зная заранее о прибытии вашей светлости сегодня…

– Джеремайя? – воскликнул Джон. – Разве повара дяди звали не Говард?

– Мистер Говард уехал, – заявила Имельда. Или это была Соня?

– Почему?

– Ему задерживали жалованье, ваша светлость, – сказала Соня. Или Имельда?

– А как же Джеремайя?

– Ему не нужно платить, – сказала одна из них.

Значит, Джеремайя тоже один из «заблудших», догадался Джон.

– Что ж… Спасибо!

– Мы надеемся, вам здесь понравится, ваша светлость.

– Не нужно повторять «ваша светлость» каждый раз, – сказал он. – Достаточно говорить просто «сэр».

– Что вы, нет, ваша светлость. Вы же герцог.

– И все, похоже, сговорились мне об этом напоминать. Еще вчера я был просто Джон Честер, а сегодня уже девятый граф Честертон.

– Десятый, – вставила одна из женщин.

– Что?

– Покойный герцог был девятым, следовательно, ваша светлость – десятый.

– Вы уверены?

– Совершенно, ваша светлость.

Он не стал спорить. Похоже, на мили вокруг все были осведомлены о его положении и знали, что ему делать, гораздо лучше его самого. Джина была только началом.

– Наверняка вы правы. В будущем, пожалуйста, называйте меня «сэр».

– Да, ваша светлость.

Одновременно кивнув, они развернулись и такой же важной процессией покинули комнату.

Джон рвал на себе волосы, пытаясь понять, не оказался ли он в сумасшедшем доме. А если да, то действительно ли это его сумасшедший дом?

«Хорошо хоть еда вкусная», – подумал он, жадно поглощая бутерброды. Чай оказался как раз таким, как ему нравилось.

Но то был лишь один лучик света в темноте. Настроение, которое создала Джина, начало покидать его. Теперь ее идея восстановления замка казалась похожей на сказку.

«Непрактичная фантазия, – подумал он. – И как ей удалось заставить меня поверить в нее?»

Потом Джон задумался: не проявил ли он слабость характера? Наверняка Джина так и подумала. Он вспомнил, какой восторг услышал в ее голосе, когда она рассказывала о своих планах, и каким светом загорелись ее глаза.

«Я не могу ее подвести», – сказал он самому себе и задумался: почему для него это так важно, если он с ней только что познакомился?

Почему-то искать ответ на этот вопрос он побоялся.

* * *

На следующее утро он проснулся и оделся раньше всех.

Из своей спальни (он так и не смог заставить себя называть ее королевскими покоями) Джон направился в переднюю часть замка, где крыша и два крыла были наиболее разрушенными.

Одно крыло почти полностью обвалилось. Чем дольше он осматривал помещение, тем тяжелее становилось у него на душе.

«Что же делать?» – спросил себя молодой человек, и, как будто в ответ, в отдалении раздался грохот.

«Это знак! – решил наследник разрушенного замка. – Какая-то высшая сила говорит мне, что ничего не получится. Мне даже не нужно будет ничего объяснять Джине. Она сама увидит, насколько все безнадежно».

Он вышел во двор, чтобы осмотреть разрушения с внешней стороны, и там увидел пожилого мужчину, который стоял возле булыжника внушительных размеров и смотрел в небо так, будто камень только что свалился оттуда.

– Что с вами? – взволнованно спросил Джон.

– Со мною все в порядке, друг мой, – сказал старик. – Просто от неба отвалился кусок.

– Это больше похоже на кусок стены.

Чудак посмотрел на него с сомнением.

– В самом деле? Нет, не думаю. Стены здесь идеально прочные. Никогда не видел стен крепче. А вот небо порой падает.

Он указал на камень под ногами. Молодой герцог внимательно посмотрел на старика, начиная понимать, что у этого человека свой взгляд на вещи.

– У него неправильный цвет, – заметил Джон. – Смотрите, камень серый, а небо голубое.

– Он был голубым, когда только начал падать, – с уверенностью произнес его собеседник. – Шутка ли, столько пролететь-то…

– Понимаю, – согласился владелец «идеально прочных стен». – Да, возможно, вы правы. Кстати, меня зовут Джон Честер.

– Новый герцог. Да, знаю. Я Фараон.

– Фараон? Вы имеете в виду, правитель?

– Друг мой, вы слишком добры. Я не настаиваю на формальностях. Зовите меня просто Фараоном.

– В таком случае зовите меня просто Джоном, – сказал он, радуясь тому, что наконец нашел кого-то, кто разделяет его желание обходиться без церемоний. Но его ждало новое разочарование.

– Звать вас Джоном? – поразился старик. – О нет, я не могу, ваша светлость. Правила нужно соблюдать.

– Но вы…

– О, я выше всего этого. И я думаю, небеса именно из-за этого все время пытаются извести меня. По-моему, вполне логично.