Пушистый талисман - Влада Орлецкая

— Жизнью будешь наслаждаться, кретинка! Картины будешь писать, этюды на своем загородном участке… Для души, а не для денег, понимаешь? Пусть другие на тебя работают…

— Любовь Андреевна, с вами все в порядке? — участливо поинтересовался Поляков, выйдя на крыльцо.

Любка достала из сумки чистый носовой платок и вытерла им глаза.

— Все нормально, — ответила она. — Я сейчас приду.

Когда все закончилось, Поляков пригласил Любку пообедать. Ей самой хотелось о многом поговорить с ним. Как никак, рассудила она, Игорь Васильевич является одним из руководителей компании, душеприказчиком и просто человеком, хорошо осведомленным о последних годах жизни Виктора Слуцкого. Ольга оставила их наедине: у нее были свои дела. Любка пообещала, что непременно пригласит ее на днях за город — в свой особняк. На новоселье.

Сказав о новоселье, она нервно рассмеялась — настолько дико это звучало. Теперь у нее есть свой собственный загородный дом, собственная квартира, два автомобиля, магазины и еще чего только нет. Бред, просто бред…

Красавец-юрист Игорь Поляков остановил свой «Лексус» возле крыльца какого-то ресторана в центре города, с достоинством индейского вождя обошел автомобиль и, распахнув дверь, галантно помог Любке выбраться из салона. Затем все так же, с достоинством и галантностью, отворил перед ней дверь ресторана, проводил внутрь, легонько поддерживая под локоть, и помог снять шубку в гардеробе.

— Почему он умер? — спросила она за чашкой кофе.

— Виктор Евгеньевич был неизлечимо болен.

— Понятно.

Любка не стала углубляться в подробности диагноза.

— Вы покажете мне, где его могила?

— Да, конечно.

— Как же вы меня нашли? Ведь я уже больше пяти лет не живу дома. В смысле, по месту старой прописки.

— Я сначала обратился по адресу, который оставил шеф. Мне там ваши родственники крайне нелюбезно растолковали, где вас искать. Вот я и позвонил. А вы, Любовь Андреевна, кажется, увлекаетесь живописью?

— Да, пытаюсь, — смущенно улыбнулась Любка.

— Вы покажете мне свои картины?

— А вы в этом разбираетесь? — в ее интонации появилась легкая примесь кокетства.

— Скорее всего, нет. Но очень интересно… Хотите взглянуть на свое имущество?

— Если можно, то лучше завтра, Игорь Васильевич. На сегодня с меня достаточно впечатлений.

— Хотите, я отвезу вас домой?

— Благодарю вас, не нужно. Я хочу пройтись.

Она допила кофе и ушла. Игорь Поляков проводил ее заинтересованным, изучающим взглядом. Ничего особенного, беднота, серость безлошадная. Одним словом — то, что надо. С ней не будет много хлопот.

Расставшись с Поляковым, Любка долго бродила по центральным улицам Новосибирска, проходя через уютные дворики между сталинками и хрущевками, мимо современных высотных зданий, возникших вовсе не случайно, а благодаря точечной застройке, среди полувековых строений. Наконец, когда стало совсем холодно без шапки, Любка вышла к остановке и поймала такси.

Вечером она сидела на кухне и задумчиво смотрела в окно, поглаживая Степаниду, забравшуюся на подоконник. Тишину нарушил телефонный звонок — позвонила Княгиня.

— Ты как? — поинтересовалась Ольга.

— Нормально.

— А я до сих пор в себя прийти не могу, — призналась она. — Надо же… Я думала такое только в сказках бывает.

— Не знаю… наверное…

— И знаешь, что я думаю… Это все от того, что у тебя появилась твоя Степанида.

— При чем тут Степанида?

— Ну как при чем? Она стала для тебя чем-то вроде талисмана, понимаешь?

— Не очень.

— Господи… Сказку про Кота в сапогах помнишь?

— Оль, что ты несешь?

— Ничего я не несу. Найденыш — это всегда к удаче.

Любка вздохнула, не зная, что на это ответить. Как ни странно, Ольга, с ее животным прагматизмом, почему-то была крайне суеверна. Она верила в приметы, гороскоп и фэн-шуй, но вера в сказочных персонажей — даже для нее это слишком.

— Ты вспомни, — не унималась Ольга, — и сопоставь факты. Сначала ты находишь котенка, потом тебе ни с того, ни с сего переплачивают за картину и приглашают на день рождения, где знакомят с обалденным мужиком!

При воспоминании о Матвее Любку почему-то бросило в жар.

— С чего ты взяла, что он — обалденный? Ты его даже не видела.

— Он — обалденный, и я это чувствую… А это наследство, — как снег на голову. Нет, Любка! Чудеса существуют…

После разговора с подругой Любка почувствовала небывалый прилив бодрости. Она рассмеялась и, подхватив Степаниду, закружилась с ней по комнате, а потом с размаху упала на диван, подняв котенка над собой на вытянутых руках.

— Так вот ты какой, Кот в сапогах! — воскликнула она, смеясь.

Степанида перебирала в воздухе лапами и жалобно мяукала, словно пыталась дать понять своей спятившей от внезапно привалившего счастья хозяйке, что она тут совершенно ни при чем.