Две свадьбы - Мари Феррарелла

Брюс выбрал ресторан. У него были сомнения по поводу того, удастся ли им в пятницу вечером получить столик. Но они приехали в ресторан во время одного из редких затиший. Там все еще было несколько свободных столиков.

Метрдотель провел их к столу, стоявшему почти в центре зала. Брюс заметил, что за их продвижением следит не одна пара глаз. Марго привлекала взгляды. У Брюса создалось впечатление, что даже в мешковине и в рваных тапочках она могла бы заставить головы поворачиваться в ее сторону.

— Мы, пожалуй, выберем вот этот. — Брюс указал на пустой столик с видом на озеро. Он был более уединенным, а у него внезапно возникла потребность в уединении.

— Решено.

Отодвигая для Марго стул, метрдотель немного замешкался. Брюс отметил одобрительный блеск у него в глазах, а потом последовал завистливый взгляд на Брюса.

— Надеюсь, что вам будет удобно, — пробормотал метрдотель. Официант принял их заказ на коктейли.

Марго, сцепив пальцы, залюбовалась озером.

— Вы часто сюда приходите?

В центре стола стояла свеча в круглом желтоватом подсвечнике. Свет мерцал в волосах Марго, пламя бросало отблески на лицо и шею. Брюс открыл меню и заставил себя заняться им, хотя уже знал, что закажет.

— На деловые обеды и с клиентами, когда встречи затягиваются.

Не намеренно ли он притворяется застенчивым? Нет, он не умеет притворяться.

— А как насчет интимных обедов с дамами? — спросила она.

Его привлекательное лицо с резкими чертами было как книга. Она могла прочитать каждую мысль.

— Да, я сую нос не в свое дело, — призналась она без малейших признаков раскаяния. — Я люблю так поступать, часто это единственное средство что-либо узнать. Когда я прямо спрашиваю, человек обычно бывает так потрясен, что все рассказывает, не сознавая, что я вмешиваюсь в его частные дела.

Благодаря такой непосредственности люди многое прощали ей. Марго и мысли не допускала, что Брюс от них может отличаться.

— Поговорите со мной. Случается ли вам посещать это место просто для удовольствия?

— Я сейчас получаю удовольствие.

— Ну а кроме сегодняшнего дня?

Брюс поежился, мечтая, чтобы поскорее возвратился официант.

— Не могу припомнить.

— Вы отказываетесь рассказать мне то, о чем я хочу знать.

— Пусть будет по-вашему.

Эта женщина обладает невиданным упорством.

— Я никогда не приходил сюда, кроме как по делам бизнеса.

Она рассмеялась. Брюсу показалось, что ее смех похож на опиум: услышав его, хочется слышать его постоянно.

Смеется ли она так, когда испытывает наслаждение? Если видит желание в глазах мужчины?

Марго приподняла свой бокал.

— За будущее.

Брюс подумал, что тост достаточно безобидный. Его будущее казалось прочным и достаточно предсказуемым, а ее будущее представлялось как беспрерывные перемены. Брюс и Марго — две крайности, настолько далекие друг от друга, насколько это только возможно.

— За будущее, — повторил он. — И за самую прекрасную женщину.

Он совершенно не предполагал, что скажет такие слова. Брюс не жалел о них, только удивлялся себе.

Марго задержала бокал у губ. Ей говорили комплименты и раньше, более цветистыми фразами, чем сейчас. Но вот этот тост очень ее тронул. Брюс не пытался произвести впечатление, а искренне восхищался. Интересно, знает ли он, как редко такое встречается.

Она улыбнулась ему.

— А вы говорите, что скованы в словах.

Ему стало неловко.

Брюс знал, что не силен в общении с женщинами. Но он сам решил так провести вечер с Марго и должен пройти через это испытание: сидеть в сгущающихся сумерках наедине с прекрасной женщиной.

Он поднял бокал.

Марго отпила маленький глоточек и вертела бокал, не отводя от него взгляда.

— Вы думаете, что я настырная. — Это не было вопросом. Марго знала, что он так думает. Мысль читалась у него в глазах.