Игра теней - Наталья Рощина

– Вовсе нет. Это мама перестраховывается. Вообще я ни от кого не скрываюсь, – засмеялась Даша. Она была искренне рада услышать Женю.

– Ты все такая же красавица с роскошной русой шевелюрой?

– Не преувеличивай, – засмеялась Даша. – А ты такая же хохотушка?

– Точно. По-другому не умею. Толстая, вечно улыбающаяся, никогда не впадающая в хандру брюнетка с чернющими глазами. Муж говорит, что с такими глазами можно далеко пойти, – льстит.

– Думаю, он говорит чистую правду.

– Ладно, Даш. Напомни, какая у тебя сейчас фамилия?

– Дубровина.

– Неплохо.

– А ты когда замуж вышла? – в свою очередь поинтересовалась Даша.

– Да чуть больше года, но фамилию оставила свою.

– Почему?

– Так решила, – уклончиво ответила Женя. – Слушай, я ведь к тебе по делу звоню. Раз в сто лет и то по делу.

– Слушаю тебя, Женечка.

– Ты работаешь?

– Нет.

– Ты не в декрете?

– Нет. Пока не решились, – ответила Даша и подумала, что за четыре года разговор о ребенке возникал дважды: в самом начале и два месяца назад, когда после очередного скандала Стас заявил, что им нужен ребенок. Если бы он узнал, что она четвертый год принимает контрацептивы, то наверняка пришел бы в бешенство.

– Если тебя вообще интересует вопрос трудоустройства, то у меня есть предложение, – продолжала Женя. – Предлагаю работу администратора в бильярдной. Очень бойкое место в центре. Хозяин комплекса мой хороший знакомый. В свое время он-то и помог нам устроиться. Его бизнес постоянно расширяется. Теперь вот открывает бильярдную. Эти заведения сейчас переживают новую волну популярности. Я почему-то сразу вспомнила о тебе. По-моему, у тебя все должно отлично получиться.

– Ничего себе.

– А что нам, красивым! – засмеялась Женя. – Не хочется брать человека с улицы, а о тебе у меня остались самые приятные воспоминания, хотя мы и маловато общались. Ты умница, да еще плюс красивая внешность. Это редкость в наше время.

– Спасибо, я уже краснею.

– Излишняя скромность сейчас не в моде. Так ты подумаешь?

– Конечно. Это очень здорово. Я засиделась дома. Неблагодарное занятие, скажу я тебе, – ответила Даша, в душе невероятно обрадовавшись, и добавила: – Только посоветуюсь с мужем. – Когда я должна дать ответ?

– Через пару дней. Я оставлю тебе свой телефон. И не мешало бы посмотреть на свое рабочее место, как ты думаешь? Вот и увидимся.

– Договорились.

Прихода Стаса Даша ждала с особым нетерпением. На его обычный звонок перед возвращением домой она ответила неожиданно радостно.

– Ты скоро, да? Приезжай скорее.

– Через час буду, – пообещал Дубровин. Он давно не слышал такого оживления в голосе Даши.

Но радость его была недолгой, потому что уже с порога Даша налетела на него с сообщением о звонке своей сокурсницы, и так далее, и так далее.

– Ты собираешься стать королевой прокуренной бильярдной? – сложив на груди руки, он презрительно усмехнулся. – Вроде девочек, которые вышагивают по рингу в купальниках перед боем. Своеобразный разогрев, магнит для уродов!

– О чем ты говоришь? – Даша опешила. – Я не собираюсь ходить в купальнике. По-моему, ты выбрал неудачный пример для сравнения.

– А ты время для подобного разговора.

– Почему?

– Заботливая жена не станет портить мужу настроение перед ужином, – проворчал Дубровин. Он поджал губы и пошел мыть руки. Даша медленно направилась за ним.

– Хорошо. Мы поговорим после ужина, – обреченно выдохнула она, наблюдая, как Стас нарочито медленно и тщательно моет руки.

– Я вообще не хочу разговаривать на эту тему! – закричал Стас, отшвырнув полотенце. – Чего тебе не хватает? Кажется, ни одно твое желание я не оставляю без внимания. У тебя есть все, о чем только может мечтать женщина!

– Ты так думаешь? – тихо спросила Даша. И этот контраст ее едва слышного потерянного голоса и его крика на мгновение остановил Дубровина и привел в замешательство. Воспользовавшись паузой, Даша подошла к нему вплотную. – Откуда ты знаешь, о чем я мечтаю? Ты ведь только и делаешь, что орешь, навязываешь мне свою волю. Я должна смотреть на мир твоими глазами, говорить только то, что тебе приятно слышать, делать только то, что ты мне милостиво разрешаешь. Это что, по-твоему? Как можно назвать такое существование молодой замужней женщины?

– Ты сгущаешь краски, – прямо глядя ей в глаза, зловеще ответил Дубровин. Он отстранил ее и медленно направился по длинному коридору в столовую.

– Неправда! Стас, во что мы превратили нашу любовь? Мы убиваем ее изо дня в день. У нее скоро не останется сил, чтобы выживать в этом убийственном потоке эгоизма и непонимания, – Даша не двигалась с места, повышая голос, чтобы Дубровин отчетливо слышал каждое ее слово. – Где мы? Я ищу и не нахожу нас. Мы потерялись, как это ни странно.

– Послушай себя, Даш. Это демагогия чистой воды.

– Это правда. Тебя хватило на год. Иногда мне казалось, что ты даже не дашь мне закончить университет. Я едва выносила твои постоянные допросы о причинах задержки на кафедре, о моих встречах с научным руководителем.

– Ты снова преувеличиваешь.

– Ты знаешь, что я говорю правду. Я перестала существовать. Мне кажется, что у меня даже тени нет. Меня нет, потому что я не живу больше. – Даша на мгновение умолкла, заметив, что Дубровин остановился. – Стас, ты не умеешь любить – в этом все дело. Ты ведь сам сказал однажды, что не любил никого до меня. А теперь ты не знаешь, что с этой любовью делать.

– Оставь. Ты начиталась плохих романов. Я говорил, что тебе нужно найти хобби. Это лучшее средство от ненужных философских размышлений, – не поворачивая головы, ответил он.

– А почему ты не скажешь, что нам нужен ребенок? – спросила Даша, догоняя Дубровина.

– Я не считаю нужным говорить на эту тему.

– Почему?

– Когда ты сообщишь мне об этом событии, я буду счастлив, – нетерпеливо ответил Стас.

– А сейчас?

– И сейчас. Перестань. В конце концов ребенок – это действительно выход. Ты забудешь о своей идиотской идее работать, а займешься тем, чем положено женщине. В нашем доме действительно не хватает только задорного детского смеха.

– Нет, он не сможет здесь прижиться, – Даша подошла к нему еще ближе. – Наш дом – полная чаша. У нас в холодильнике всегда есть красная икра, деликатесы, мои любимые пирожные, которые ты не забываешь покупать. Мой шкаф забит нарядами, а на обувных полках нет свободного места, но мне давно хочется картошки в мундире и свободно щеголять по городу в джинсовом костюме и поношенных кроссовках.