Будь моей - Сьюзен Барри

«Или Айлин — очень умная кокетка?» — спросила себя леди Фитц.

— Вот еще! — грубо воскликнула миниатюрная маркиза с безжалостными глазами. — Я знаю женщин… особенно плохо воспитанных молодых женщин за пределами Португалии!.. Они бы назвали Себастьяна «завидным женихом». Он богат, у него огромные поместья, он овдовел год назад. В Америке они гонялись за ним, забыв всякий стыд… на корабле было то же самое, всегда одно и то же!.. — Казалось, она сейчас задохнется от отвращения.

Себастьян бросил на нее серьезный взгляд.

— А мужчины быстро забывают! — Маркиза промокнула заблестевшие глаза носовым платком. — Им так легко забыть… — По ее щеке действительно скатилась слеза.

— Я никогда не забуду! — сказал Себастьян с такой яростью, что его мачеха задрожала. Она поняла, что поступила неразумно.

— Нет, мой дорогой, ты никогда не забудешь, — согласилась она, шмыгая носом, к которому поднесла платок. — Бедная Хильдегард! Я надеялась заменить ее достойной женщиной, и только поэтому я… я…

Но Себастьян не выдержал и резко вышел из комнаты.

Леди Фитц тихо сказала:

— Если не хочешь, чтобы он стал все делать наоборот, не вмешивайся в его личные дела, Паула. Вот мой тебе совет!

Но Паула явно не разделяла мнения леди Фитц и не поехала с ним на следующий день в Литл-Карриг. Поэтому она так и не узнала, какой блестящий успех он имел у семьи Шеридан. Даже Кэти с трудом верилось, что Себастьян смягчился до такой степени. Ее мать сразу пала жертвой его обаяния, а с ее отцом он обращался почтительно. Джеральд Шеридан надел поношенный пиджак спортивного покроя с кожаными заплатами на рукавах, но при этом свежую рубашку и галстук выпускника Итона. Возможность поговорить на разные темы с мужчиной моложе себя доставила ему такое удовольствие, что он, казалось, даже кашлял меньше обычного. Он узнал, что Себастьян тоже любит ловить рыбу и что он тоже ненавидит обедать в гостях, когда не в настроении.

К тому же маркиз бывал в тех краях, где все еще надеялся побывать бедный Джеральд. После завтрака Джеральд повел гостя к себе в кабинет и начал с задумчивым видом расспрашивать его о других странах. От темы путешествий они перешли к другим темам, и, когда настало время пить чай — к немалому удивлению семьи Шеридан, маркиз остался пить чай, — отец Кэти выглядел небывало счастливым, хотя и немало удивленным.

Айлин расхаживала по дому с веселым, оживленным лицом. У Айлин постоянно колотилось сердце, и, когда важный гость провел столько времени в кабинете ее отца, ей пришла в голову мысль, от которой у нее захватило дух, когда она помогала мыть посуду на кухне… или, вернее, убрала пару тарелок, пока остальные их мыли и вытирали. А когда Кэти заняла место за кухонным столом, чтобы на скорую руку приготовить булочки и несколько миндальных крокетов к чаю, эта мысль настолько взволновала Айлин, что она на мгновение даже покраснела.

Айлин показалось, что маркизу свойственна прямота. Для нее было странно, что человек его положения нашел столько общего с ее замкнутым пожилым отцом. Даже если они обсуждали свою старую школу и перемены, со временем произошедшие в заведении, которое никогда не менялось внешне… которое сближало людей со всех концов света, если они когда-то были его частью… то даже такая дискуссия не могла продолжаться вечно, и, когда Айлин посмотрела на часы, она поняла, что они беседуют не меньше двух часов. Два часа… А ее отец, как правило, был неразговорчив!

О чем же в таком случае они разговаривают?..

Миссис Шеридан поставила вазу со свежими цветами в центр стола, покрытого скатертью с кружевной каймой. После чего взглянула поверх изящного сервиза из мильтоновского фарфора и серебряного чайника на свою любимую дочь.

— Ты выглядишь взволнованной, милая, — сказала она. — Может быть, ты поднимешься наверх, напудришься и переоденешься? В желтое трикотажное платье с серебристым поясом. — Ее взгляд стал заговорщическим. — И бирюзовые серьги, которые так идут к этому платью.

Айлин послушалась и бросилась вверх по лестнице. Брайд, с которой маркиз был серьезен и обаятелен, с презрением подумала, что такими вещами мужчину не привлечь. Надо быть гораздо тоньше… О, гораздо, гораздо тоньше!

Наконец присоединившийся к ним маркиз вел себя невероятно спокойно и сдержанно. Мистер Шеридан предпочел выпить чаю в одиночестве у себя в кабинете, сообщил он. В желтом трикотажном платье Айлин была золотистой, как нарцисс, а бирюзовые серьги у нее в ушах напоминали цветы. Когда маркиз вошел в комнату, она взглянула прямо на него…

— Смиренно прошу прощения, — обратился он к миссис Шеридан, кланяясь ей в свойственной ему манере, замысловатой и очень церемонной, — за то, что отсутствовал целый день, но мне надо было о многом поговорить с мистером Шериданом… О многом поговорить!

Кэти налила ему чаю, и он похвалил восхитительно воздушные булочки. Она почувствовала, что краснеет, — вообще-то ей и без того стало жарко у плиты, — признаваясь, что это она их приготовила. Он пристально и с мягкой насмешкой посмотрел ей в лицо.

— По-моему, вы необыкновенно талантливая молодая женщина. — Его белые зубы блеснули. — Секретарша, повар… и только благодаря вам я не простудился в тот вечер!

Айлин вопросительно посмотрела на него, но он не удовлетворил ее любопытство. Миссис Шеридан заговорила с ним о мачехе и выразила сожаление, что им не удалось встретиться. Она, должно быть, очаровательна! Но может быть, возможность познакомиться с ней все же представится? Если леди Фитц повезет и гости останутся подольше?

— Еще неделю, — ответил Себастьян. — Я останусь здесь на неделю, а потом поеду в Лондон. Моя мачеха может поехать со мной или сразу вернуться в Португалию. Наверное, она сразу вернется в Португалию.

— А после Лондона? — лукаво спросила миссис Шеридан. — Не в Париж ли? Думаю, вы очень хорошо знаете Париж.

— У меня там квартира. Но в ближайшем будущем я не собираюсь в Париж. Как только закончу дела в Лондоне, я тоже вернусь в Португалию.

Айлин словно готова была что-то возразить, но мать предостерегающе на нее посмотрела. Себастьян повернулся к Брайд и спросил, есть ли у нее какое-нибудь хобби. Она призналась, что собирает граммофонные пластинки. Себастьян прослушал одну или две пластинки, после чего поднялся, собираясь уйти. Он любезно поблагодарил хозяйку дома за теплый прием, поцеловал ей руку, а потом поцеловал руку каждой из сестер. Айлин попыталась было убедить себя, что на прощание он взглянул на нее особенно многозначительно… даже многообещающе… но потом все-таки поняла, что обманывает сама себя. Стоя рядом с ней, Брайд еле заметно улыбнулась с презрительным выражением. Она прекрасно все поняла. С Кэти Себастьян попрощался последней. Он попросил ее проводить его в коридор

— Если моя крестная пригласит вас завтра вечером на обед, придете? — тихо спросил он.

— З-завтра вечером?

— Конечно, она пришлет за вами машину.

— Но… но почему леди Фитц?..