Поиграем в любовь? - Лаура Эллиот

Линн слегка помрачнела и напряглась.

— Не знаю… Тихой, серьезной. Книжным червяком.

— Звучит довольно угрожающе, — подшутил над ней он.

Она посмотрела на него и наморщила нос.

— А что, непохоже? Но это правда. Я действительно ужасно скучная. Как овсянка без молока и джема.

— Что ж, значит, те ребята, которые крутятся возле тебя, очень любят овсянку без молока и джема.

— Да. Они решили, что я надежная и безопасная.

— А что, ты ненадежная и опасная?

— Ладно, ты поймал меня, Энди. Да, я надежная и безопасная. Спасибо тебе, Энди, за желание помочь. Ты можешь теперь отвезти меня домой. Мои братья уже наверняка вернулись к своим женам.

По идее, ему нужно было так и сделать — отвезти девушку домой. Но он почему-то не был вполне уверен, что ее братья разошлись по домам. Он на минуточку представил себя на месте ее брата. Если бы у него была сестра, похожая на Линн, такая же милая и добропорядочная, что бы он делал, если бы она покинула дом с таким мужчиной, как он? Он отлично знал свои привычки. И если бы он был одним из его братьев, события сегодняшнего вечера мало бы порадовали его. Нет, он не смог бы уехать домой, не дождавшись ее возвращения.

Он с сомнением посмотрел на нее.

— Правда. Я уверена, — сказала она.

Но он в ответ покачал головой.

— А мне показалось, что у нас свидание.

Она повернула к нему голову. Дивные зеленые глаза уставились на него, и ему пришлось перевести взгляд на дорогу.

— Но ведь это не настоящее свидание, — удивилась она. — Это слишком мило с твоей стороны, Энди.

Он не удержался от усмешки. Не многие люди говорили ему, что он мил…

— У тебя есть другие планы на вечер? — спросил он.

— Нет. Не на сегодня.

— Тогда скажи, куда бы ты хотела пойти?

Она на минуту задумалась. Потом неловко заерзала на сиденье.

— К тебе. Но только, чтобы посмотреть на дом, — быстро добавила она. — Ты говорил, что тебе предстоит многое поменять там и переоборудовать его в ресторан. Что ж, может, для меня это единственный шанс взглянуть на дом до того, как он изменится.

— Понятно, значит, тебя интересует только мой дом, мисс Моррис. Признаться, мне вдруг стало казаться, что я ем овсянку без молока и джема.

Она звонко и весело рассмеялась.

— Знаешь, Энди, а тебя трудно назвать скучным, — сказала она. — Можно сказать, что ты таинственный. Не ошибешься, если скажешь, что ты интригующий. Люди шепчутся о тебе с тех пор, как ты здесь появился. Ты вернул нашему городку жизнь. Итак, едем к тебе?

Ее вопрос, резко сменивший тему, застал его врасплох. О да, конечно, подумал он. О нет! Ни в коем случае! — тут же опротестовал он свое безрассудное решение. Оказаться с этой красивой, невинной девушкой наедине в пустом доме просто немыслимо. Он всего лишь человек. А еще он мужчина и далеко не идеальный. Разумнее всего будет просто отстраниться от всей этой ситуации и держаться подальше от искушения. Но тут, как назло, в его памяти воскрес образ девчушки, очарованно глазеющей на его дом. Она была такой робкой, что так никогда и не осмелилась попросить у его чопорных родителей разрешения осмотреть дом.

Энди попытался отогнать непрошеные воспоминания подальше. Он повернул голову к Линн и вдруг увидел глаза той девчушки. Они говорили о большем, чем могли сказать слова.

— Итак, следующая остановка — «Морская даль», — объявил он и свернул на дорогу, ведущую к океану.

— Ты не приезжал сюда много лет, — неожиданно проговорила она. — Неужели не скучал по своему дому?

Он около минуты молчал, пытаясь подыскать наиболее тактичный ответ — такой, который не заставил бы его вспомнить обо всех печальных событиях, связанных с этим домом.

— У меня много домов в разных городах, — сказал он наконец.

— Да, но «Морская даль» тоже один из них. — Она вдруг закачала головой. — Прости, может, это мои предубеждения, просто Мейн всегда был моим единственным домом, и я люблю его. Конечно, ты привык вести более интересную жизнь, полную приключений и разных переживаний. В Слоанс Коув так жить невозможно.

Энди не ответил. Он не знал, хочется ли ему рассказать такой девушке, как Линн, о своей суетливой и пустой жизни, тем более что такая жизнь вполне его устраивала.

— Итак, как ты думаешь, сумели мы убедить твоих братьев в твоей точке зрения? — спросил он, намереваясь сменить тему.

— А как ты думаешь?

Он улыбнулся, глядя в сгущающиеся сумерки.

— А я думаю, что позволить тебе общаться со мной для них немыслимо. Уверен, что они уже обзвонили всех известных им одиноких и достойных особей мужского пола в городе и в округе примерно на сто миль. Так что в ближайшие дни жди очередного нашествия.

— Я знаю, — сказала она. — И все же хорошо, что хоть один вечер я смогу провести по-своему.

Он свернул под арку и медленно повел машину по круговой аллее перед огромной виллой с ее изогнутыми боковыми портиками, центральным фронтоном и аллеями, усаженными ивами.

Тоскливый тон, сквозивший в ее последних словах, взбудоражил все чувства Энди. Ему хотелось обхватить ее руками и сделать все, что можно, только бы вернуть ей радость.

Но он не позволил себе поддаться этому чувству и просто подавил его. Глупо даже допускать подобные мысли, потому что через несколько недель он будет уже далеко отсюда и, возможно, никогда больше не вспомнит о Линн Моррис. Он будет только рад, если ничем не обидит ее. Скорее всего, виной этих странных чувств и побуждений послужила сама ночь с ее темным небом и эта одинокая вилла, которая укрывала за своими стенами много поколений жильцов, но никогда никому не была домом.

— Мне всегда нравилось смотреть на этот дом, — снова заговорила она, когда он помогал ей выйти из машины. — Он похож на прочное убежище. Высокий и крепкий, способный выстоять в любую непогоду. Он похож на заветную гавань для мужчины, вернувшегося с моря, и для женщины, ждущей его. Я всегда представляла себе этот дом таким. Знаю, это выглядит причудой и все же…

— И все же это очень подходящий образ, — согласился он.

Несколько минут они стояли рядом и молча разглядывали виллу. Наконец Линн украдкой посмотрела на него, пытаясь догадаться, о чем он думает. Но нет, этого мужчину нелегко понять или разгадать. Она до сих пор почти не знает его. Он приезжал в их городок крайне редко и проводил здесь всего несколько недель летом. Он никогда не завязывал дружбы с местными, но в ее памяти всплыл один день, когда, как ей тогда казалось, они могли стать друзьями. Это было в середине лета. Они встретились тогда на дороге, и она умудрилась не только без запинки ответить на его приветствие, но и улыбнуться. Он ответил на ее улыбку, и эта улыбка согрела ей сердце. Они пошли вместе по тропинкам вдоль моря, потом карабкались на скалу, пытаясь разглядеть корабли вдалеке. На следующий день он уехал, и с тех пор она не видела его.